Агнесса вкусила этой горечи сполна, ознакомившись с документами о смерти детей, внуков, друзей.. Ее личное кладбище никогда не переставало пополняться.
Бумажки - бесполезная шелуха. Она может присвоить тебе статус мертвого или живого, замужней или разведенной, больной или здоровой...читать далее
#1 «Dies, nox et omnia»
Michelle Morel [до 27.04]

#2 «In truitina»
Aidan Brannigan [до 24.04]

#3 «Estuans interius»
Riley Wheeler [до 26.04]

#4 «Tempus es iocundum»
Charlotte Corcoran [до 24.04]

#5 «Were diu werlt alle min»
[ЗАВЕРШЁН]
LC

ЛЮК КЛИРУОТЕР
предложения по дополнению матчасти и квестам; вопросы по ордену и гриммам; организационные вопросы и конкурсы;
// AG

АГАТА ГЕЛЛХОРН
графическое наполнение форума, коды; вопросы по медиумам и демонам; партнёрство и реклама; вопросы по квестам;
// RB

РЕЙНА БЛЕЙК
заполнение списков; конкурсы; выдача наград и подарков; вопросы по вампирам и грейворенам;
// AM

АМАРИС МЭЛФРЕЙ
общие вопросы по расам; добавление блоков в вакансии; графика, коды; вопросы по ведьмам и банши;
// GM

ГАБРИЭЛЬ МЭЛФРЕЙ
общие вопросы по расам; реклама; заполнение списков; проверка анкет; графическое оформление;
// RF

РЭЙВОН ФЭЙТ
общие вопросы по расам; массовик-затейник; заполнение списков; выдача наград и подарков;
Генриетта, Британская Колумбия, Канада
январь-март 2017.

Henrietta: altera pars

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Henrietta: altera pars » beyond life and death » There'll be birds on the ground


There'll be birds on the ground

Сообщений 1 страница 9 из 9

1

Ben Howard – Oats In The Water
https://i.imgur.com/gUPrZs6.png

And you'll find loss
And you'll fear what you found
When weather comes
Tearing down

There'll be birds on the ground
Yves Fabre, Edwin Cohen, Matthæus Sørensen
10 февраля, лес недалеко озера Лост.
.
В лесах Генриетты уже давно происходит какая-то чертовщина. Грейворены между собой называют это аномалиями. Теми, которые были созданы из кошмаров их владельцев, сновидцев. Это одна из больших проблем для слуг лей-линий. Поговаривали также, что из-за образовавшихся аномалий, сны грейворенов искажаются, и они порождают нечто немыслимое.
Не так давно в этих местах была найдена ещё одна жертва, от работника лесопилки почти ничего не осталось. Насколько же должен быть свирепым этот зверь? И зверь ли это вообще? Раскрыть дело берутся несколько человек, но даже не предполагают во что ввязываются в итоге.

*за эпиграф спасибо Агате <З
[icon]https://s8.hostingkartinok.com/uploads/images/2018/01/7dc00ef2e2aabca01d06eaddcb460187.jpg[/icon]
[sign]https://image.ibb.co/fR3tOx/monster.gif https://image.ibb.co/nqJSix/gif_ep.gif[/sign]

Отредактировано Matthæus Sørensen (2018-02-08 14:36:13)

+4

2

Генриетта прибежище всего сверхъестественного, неудивительно, что здесь порой происходили вещи, про которые простые обыватели обычно слагают легенды, сказки и страшилки. Местные же давно привыкли к разного рода странностям, знали, что в случае чего их защитит Орден, а при обычных преступлениях всегда можно обратиться в полицию, поэтому многие вообще старались не вникать в проблемы магического мира, проживая свою тихую жизнь в живописном городке.
Но, надо сказать, для спокойного и уединенного существования Генриетта все же мало подходила. Время от времени здесь случалось такое, что даже по местным меркам нельзя было назвать нормальным, и последние полгода подобное происходило все чаще, что прибавляло работы, как Ордену, так и полиции.
Всю неделю Эдвин задерживался в департаменте до позднего вечера, собирая разного рода информацию, снабжая команду нужными данными и помогая вести дела. Служба по такому графику выпивала из него все силы, которых к концу дня оставалось только на то, чтобы добраться домой и упасть на кровать, при этом не забыв завести будильник. После прошлогодней ссоры с отцом, Эд решил, что не дело это жить с родителями, особенно, когда все члены семьи упрямы, а характеры и вовсе не подарок. Ему больше не хотелось оставаться на улице, если отцу вдруг снова приспичит пропесочить его по всем фронтам. Эдвин по-прежнему навещал родителей, порой даже оставался на выходные, но теперь жил отдельно и, честно говоря, чувствовал себя совершенно спокойно, когда оказывался в своей уютной квартирке. Прибавилось, конечно, бытовых забот, но в целом так было лучше для всех. Оказалось, что на расстоянии отношения с отцом даже начали понемногу налаживаться. Единственный минус в холостяцкой жизни - если проспал, никто не разбудит, пока сам не очнешься.
Это утро начиналось весьма скверно. Эд даже не помнил, как в полусне отключил будильник, в итоге, осознав весь ужас ситуации, он подскочил с кровати только через час. Опоздал на службу, еще и получил нагоняй от начальства, которое затем сменило гнев на милость, учитывая в каком темпе они работали последние дни, но осадок остался. А затем поступила информация, что в лесу нашли тело работника лесопилки, разодранное в клочья. Эдвин хоть и видел постоянно фото с мест преступлений (а затем старался чем-то перебить красочные впечатления от вида трупов), но от такого зрелища едва не закружилась голова. Кто вообще способен на такое? Аналитик, конечно, слышал о разного рода сумасшедших, обитающих по стране и методично отлавливаемых ФБР, но вряд ли в Генриетте все было так просто. Животные тоже могли постараться, но тогда в лесу завелся настоящий монстр. Обычный зверь вряд ли мог рассвирепеть настолько, да и работники лесопилки всегда осторожны и не стали бы злить местных обитателей. Оставалось еще одно объяснение, которое не попадало под юрисдикцию полицейского департамента, и это объяснение тревожило больше всего.
Давно уже ходили слухи, что в лесу происходит какая-то чертовщина. Грейворенам приходится туго, будто когда-то им вообще было легко, уж это Эдвин знал на примере собственного отца. Выйдя на кухню за очередной порцией кофе, без которого организм просто отказывался работать, аналитик стал невольным свидетелем любопытного разговора. Двое офицеров обсуждали возможность нападения со стороны грезы. Как только Эд вошел, они сразу замолчали, однако подобная версия произошедшего еще больше встревожила аналитика. Его отец, конечно, не единственный грейворен в Генриетте, но убедиться в том, что он в порядке и к этому непричастен все же стоило.
Оставив ненадолго свои дела, аналитик позвонил родителям. Отца не оказалось на рабочем месте - его помощница сообщила, что утром он уехал по срочному вызову в другой город и пока не возвращался. Мама ответила сразу, и после некоторых наводящих вопросов, выяснилось, что отец плохо спал этой ночью и выходил из дома - подышать свежим воздухом - как он потом сказал.
Все это могло оказаться простым совпадением, но у Эдвина на душе кошки скребли. Отец причастен к убийству? В голове не укладывалось. И как не вовремя (или даже очень вовремя) он уехал в другой город.
Попытавшись выбросить все тревожные мысли, Эд еле доработал этот день, а после сразу направился к Иву Фабре, единственному человеку, с которым он мог поделиться своими опасениями, не рискуя навлечь на себя обвинения в сумасшествии. Только ему Эд мог полностью довериться. Со времени их первой встречи они сильно сблизились. Для аналитика Ив стал верным другом и товарищем, к которому можно прийти в любой ситуации и даже совершенно без причины, отвлечься от всего или получить решение своей проблемы.
-  Я думаю, ты слышал о том, что произошло в лесу, а если нет, тогда приготовься, - находясь в уже знакомой гостиной, Эд подробно рассказывал все, что знал об этом странном деле, прибавив к этому свои подозрения. А когда все факты были описаны, он добавил, - На самом деле, я прекрасно понимаю, что причастен может быть любой, а также то, что не стоит соваться в столь опасное дело вперед Ордена. По сути, мы сами ничего сделать не сможем. Но, Ив, если это отец… Я хочу узнать об этом первым, а еще нейтрализовать угрозу, которую он, возможно, создал, пока не погиб еще кто-то. И даже если всему этому есть объяснение, не относящееся к магическому миру, я тоже хочу это знать, чтобы выдохнуть и заняться своей работой, - аналитик сплел пальцы в замок, как всегда делал, когда нервничал, и посмотрел на Фабре. - Мы можем, конечно, поехать вслед за отцом, но страшно даже представить, какую взбучку он нам устроит, если узнает о подозрениях, прошлого раза мне с лихвой хватило. Уж лучше бы я встретился с грезой, - на самом деле Эду еще не приходилось видеть опасные грезы, иначе был бы настроен по-другому. - К тому же, он может и не знать что сотворил. А теперь это что-то обитает в лесу и вопрос времени, когда оно окажется в городе. Я бы предложил сходить туда и все проверить, но не одним, разумеется. Говорят грейворены могут рассеивать грезы, у тебя случайно нет таких знакомых? Что скажешь, Ив? И если ты откажешься, я пойму, все же это очень опасно, но сам ни за что не отступлюсь.
Упрямство, слабоумие и отвага - однажды так и напишут на надгробии Эдвина. Но в этот раз аналитик был уверен, что все обойдется, а еще что именно он должен во всем разобраться, прежде чем его отца упрячут за решетку.

+3

3

О том, что в лесу происходило что-то необычное, Ив знал очень мало, только какие-то слухи - калька с других слухов, - которые рассказывала иногда София. В школе об этом говорили примерно на том же уровне, что и об Оскаре, сломанной ноге преподавателя и приблудившейся к парковке собаке. В планах Фабре было не обращать на это особого внимания, поскольку забот у него было никак не меньше, если даже не больше, чем раньше. Про лесопилку и произошедшее там он вовсе не знал: информация, должно быть, была пока засекреченной, а потому когда Эдвин пришел к нему домой и обо всем рассказал, Ив только хмурил брови и ощущал, как тучи сгущаются уже не только над их с Коэном головами, но и над всей Генриеттой.
Казалось маловероятным, что отец Эда в чем-то виноват, но это лишь на первый взгляд. Чем больше Ив думал об этом, тем сильнее видел совпадения. Да и состояние Роберта было таковым, что рано или поздно он мог сорваться, не выдержать - Ив и Эд думали, что итогом стало бы самоубийство, почему-то не предполагая других вариантов. А ведь Эдвин в первую встречу говорил о том, что в доме порой появляются предметы, которых там раньше не было: значит, уже тогда Фабре мог понять, что Роберт что-то из снов переносит. К несчастью, Ив всегда мало знал о грейворенах, ему было сложно спрогнозировать или даже приблизительно предположить, что и как может произойти.
И вот - человек убит. Конечно, это не вина Ива, разве что косвенно, и от этой косвенности ему было изрядно не по себе.
- Да уж, твой папа головы нам открутит, если мы снова попытаемся в его жизнь вмешаться...
Фабре думал, сжав пальцами виски и уставившись в стол, за которым сидел. Он, несомненно, хотел помочь Эду, потому что тот был его другом, но и еще из-за того, что дело требовало участия. Если бы они точно знали, что в произошедшем на лесопилке виноват кто-то другой, а не Коэн-старший, Ив посоветовал бы Эду расслабиться. Впрочем, если бы так - Эд даже не напрягался бы: незаметно было, чтоб мужчина пытался спасти всех и каждого и поучаствовать везде, где может, и Эд прекрасно сам понимал, что ресурсов даже у них обоих недостаточно, чтоб соваться в лес в одиночку.
- И если ты откажешься, я пойму, все же это очень опасно, но сам ни за что не отступлюсь.
Психотерапевт чуть слышно вздохнул и мягко бросил:
- Ты идиот.
Это не звучало обидно, потому что Фабре прекрасно знал, как работать с интонациями, но идиотом Эдвин действительно немного был. Стоит только представить его одного посреди леса, безоружного не только перед материализовавшейся грезой, но даже перед хищниками или маньяками, если бы они там вдруг оказались. Такая самоотверженность была благородной, но абсолютно непродуманной. И поэтому отказаться Ив просто не мог.
- Позвоню кое-кому, посмотрим, что можно сделать, - наконец решил он, заранее морщась от одной только перспективы пусть и по телефону, но связываться с Рейвоном. Определенно, этого разговора Эдвину лучше не слышать. - Подожди меня пока тут.
***
Все мероприятие казалось Иву сомнительным. Рейвон был как всегда, но все-таки дал номер человека, чье имя пришлось записать и несколько раз проговорить вслух, прежде чем Фабре смог прекратить ломать на нем язык; только после этого он задумался над тем, что как-то странно оно - незнакомого человека просить пойти на риск и встретиться с ними где-то у леса, чтоб потом в этот самый лес пойти, и это с учетом того, что на лесопилке случилось убийство, да и труп, по словам Эда, был в нелицеприятном состоянии.
Но Ив обещал попытаться, а знакомых грейворенов у Рэйвона было не бесконечное количество, поэтому он, для верности  еще разок повторив это имя, позвонил.
Он не знал, какая мотивация была у Маттеуса - может, любительский интерес, а больше на ум ничего и не шло, - однако он согласился, и Ив назначил с ним встречу на этот же день, потому что сроки изрядно поджимали. Потом вернулся из кухни в гостиную, где ждал его Эд, и все еще в легком недоумении пожал плечами:
- Через полчаса собираемся, - он бросил телефон на диван. - Нашел нам одного грейворена, уж не знаю, какой его интерес, но обещал прийти. У тебя оружие есть, или аналитикам не положено?
У него самого был пистолет, и Фабре поспешил достать его и проверить - он вовсе не был уверен в том, что против материализовавшейся грезы это сработает, но с тяжелой рукоятью в руках чувствовал себя увереннее. К тому же, всегда могло оказаться, что в смерти работника лесопилки виноват вполне себе живой человек или колдун - а этих пули берут прекрасно.
Иву все хотелось прихватить что-нибудь еще, и он оставшееся время сновал по дому, как будто там могло вдруг появиться нечто подходящее, но его не было, и Фабре хватал то нож, то какую-нибудь книгу, но клал все обратно на место, мысленно уговаривая себя успокоиться. Перед выходом только предпринял меру предосторожности:
- Я кое-кому сообщу, куда и когда мы ушли, на всякий случай.
И все, и хватит. На этот раз сообщение отправилось не к Рейвону - когда Ив предупреждал его раньше, детектив примчался следом за ним и, сволочь такая, спас жизнь, заставив быть себе обязанным. Больше Фабре такого счастья ему не подарит, и пускай Фэйт уже начал о чем-то догадываться, но подробности ему ни к чему.
Маттс просигналил, когда подъехал, и почти сразу они с Эдом вышли, поздоровавшись с ним и наконец познакомившись, сели в автомобиль - ехать было не так уж далеко, но несколько лишних минут на знакомство им были просто необходимы.
- Значит, ты - грейворен, - завел разговор Фабре. - Разбираешься в этом, да? Скажи, вот если это греза, там, в лесу, чем нам это грозит? И что делать с ней?

+3

4

Сила грейворенов была, пожалуй, наименее изучена из всех “выходящих за рамки способностей”, как осторожно называли магические расы. Это обусловлено и относительной молодостью расы, и тем, что даже природу снов никто и никогда не мог объяснить, не говоря уже о тех, кто мог ими управлять.
И, периодически, возникало что-то новое и прежде не встречающееся, и как все новое пугало.
Конечно, Маттеус был в курсе аномалий, Орден первым делом попытался развести панику и забросить его туда по принципу “на месте разберешся”. Сёренсен высшее руководство с их вот-прям-щас неэтично послал, напоминая, как в ноябре он уже чуть не окончил свое малорадостное существование, послушав главу местного отделения Ордена и сунувшись в аномалию без подготовки. Это ненадолго остудило их пыл, и грейворен занялся изучением.

Несколько ночей он бродил вокруг, составляя карту лей-линий, не рискуя соваться внутрь: в первую ночь он не осмотрительно подошел ближе, и впервые почувствовал как сон буквально вырывается из рук, осыпаясь ошметками кошмаров, и благо что Маттеус смог быстро проснутся. Масштабы проблем, что он мог протащить из сна со своим уровнем сил, грозили обернутся мини-апокалипсисом.
Значит придется действовать на самом нелюбимом поле деятельности - в реальности.
Сообщение о трупе пришло на почту, когда он уже готовил снаряжение. Грейворен негодующе сжал зубы, ни минуты не сомневаясь, что в аномалии таки завелась какая-то дрянь, остро жалея, что снова не успел.

Пальцы напряженно стучали по клавиатуре, когда раздался звонок мобильного, высвечивая неизвестный номер. Маттеус прижал телефон плечом, выдавая не слишком вежливое “ну?” на произнесенное на одном выдохе его имя - приятно, что хоть потренировались.
Как ни странно, звонивший просил помощи по актуальному для грейворену вопросу леса, и прежде чем Сёренсен успел послать и сбросить вызов, прозвучало магическое во всех отношениях имя Рэйвона.
Маттеус потер виски, соглашаясь и уточняя адрес - откладывать дальше не было никакой возможности, раз начались убийства, нужно действовать быстро.
Он не привык работать с кем-то, но Фэйт прекрасно знал, как Сёренсен относится к новым людям и никогда бы не стал давать его номера, если бы это ни было действительно важно. Ну а Рэйвону Матс отказать никогда не мог.

Вполне еще приличный пикап Ford, любезно выделенный Орденом на время проживания грейворена в Генриетте в качестве средства передвижения (лишь бы Сёренсен перестал материться на цены такси и разорять бюджет командировочных расходов Ордена), лихо затормозил у нужного дома уже через полчаса.
Спутники, а их оказалось двое, вышли сразу после короткого сигнала клаксона. Маттеус кивнул на приветствие, осматривая новых теперь уже знакомых, пару раз повторив про себя непривычные имена, срываясь с места, не особо заботясь о скоростных ограничениях.
- Да, - пожимает слегка плечами сразу на два вопроса, решив пока не уточнять, что если кто и разбирается, то только он. - Нам это грозит крупными неприятностями, потому что зона вокруг нестабильна, и что за чертовщина происходит понять можно только уже на месте, - Маттеус подрезает какой-то фольц, по пути проводя короткий инструктаж, все равно собирался. - Развеять, других вариантов нет, это могу сделать только я, а для этого мне нужно какое-то время и возможность сосредоточиться. Огнестрельное оружие грёзам не фатально, грёзы редко ощущают боль и ран не замечают. Но и не бесполезно, необходимо максимально лишить их подвижности, например отстрелив или отрезав конечности, - Маттеус спокойно рассуждал, стараясь охватить все нюансы. - Оружие есть, стрелять умеете? И кто вы по расе? Мне нужно ориентироваться, - чуть извиняющимся тоном уточнил Сёренсен, спрашивать про расу не совсем этично, но в таких случая нужно знать, на что расчитывать. Уже понятно, что не грейворены, иначе бы не задавали вопросов о грёзах.

Какого хрена им понадобилось в лесу даже спрашивать не стал. В здравом уме никто добровольно в этот ад не полезет, значит у них какой-то свой, личный интерес - а о таком хрен кто признается, а отмазки он не хотел слушать. Маттеус только очень надеялся, что он не будет застилать им глаза.
Пикап притормозил у кромки леса, насколько грейворен сопоставлял увиденное во сне с реальной картой, граница аномалии была совсем близко. Выбравшись, Сёренсен достал из багажника сумку, пристегивая меч и надевая наплечную кобуру.
- Пойдем треугольником, я впереди, вы чуть позади, чтобы видеть друг друга. О малейших странностях говорите сразу, - Маттеус очень хотелось попросить их не сдохнуть, но его манеру общения мало кто вывозил. - Вопросы?

+2

5

Собираясь в дом Ива, Эд прокрутил у себя в голове множество вариантов развития событий. Психотерапевт был его другом, поэтому мог прибегнуть к различного рода аргументам, чтобы отговорить от откровенно опасной и, возможно даже, несовместимой с жизнью затеи. То, что соваться в лес - это чистое безумие, Эд и сам прекрасно понимал, но отступить не мог, не позволяло фамильное упрямство и привычка идти во всем до конца. К тому же не мог он сидеть, сложа руки, когда есть хоть малейшая возможность, что во всем может быть замешан его отец. Как аналитик и говорил, за такие подозрения он рискует окончательно потерять расположение своего родителя, но что остается делать, когда Роберт может в любой момент перенести нечто из своих снов.
-  Я знаю, - Эдвин легко улыбнулся и тряхнул головой, откидываясь на диване. После того, как он высказался, стало немного легче, а дружеское замечание Ива немного разрядило обстановку. - Но что еще я могу сделать? Сидеть и ждать очередной смерти? Нет, так можно совсем с ума сойти.
И все же на какой-то миг показалось, что Фабре откажется, просто закроет его в своем доме до выяснения обстоятельств смерти рабочего лесопилки, и Эд ничего не сможет с этим поделать, потому что это будет самое логичное решение. Однако же Ив дал свое согласие и даже обещал сразу связаться с кем-то из своих знакомых. Аналитик лишь надеялся, что самому психотерапевту это не выльется в еще большие проблемы. Выражение его лица почти никогда не выдавало чувств и мыслей больше, чем Ив хотел, но что-то такое прозвучало в его голосе при фразе о звонке, заставившее присмотреться к нему внимательнее. Эд мог как угодно интерпретировать то, что он услышал, но тревогу определил сразу.
Психотерапевт вышел из гостиной, оставив аналитика наедине со своими мыслями. Предположения одно хуже другого метались в голове, не давая покоя, и Эду пришлось приложить немало усилий, чтобы привести свое разум в порядок и настроить на рабочий лад. Несмотря на то, что он по своей сути всегда был рационалистом, в Генриетте трудно сохранять скептический подход ко всему необъяснимому. Оно просто происходит у тебя на глазах, не спрашивая: веришь или нет, и сколько у тебя научных степеней. В такие моменты всегда трудно бороться с эмоциями и иррациональными ощущениями, но пока Эду удавалось держать себя в руках, хоть он заметно нервничал.
Ив, казалось, вернулся практически сразу и с хорошими новостями. Что же, им не придется лезть в самое пекло одним без должной подготовки, и это уже неплохо.
-  Спасибо, - тихо выдохнул Эд, - ты не был обязан помогать в этой безумной авантюре, - иначе и не назовешь. -  Но я очень рад, что обратился к тебе. На самом деле с такой проблемой мне больше не к кому было пойти. Поэтому еще раз большое спасибо, Ив, - он встал с дивана и пожал другу руку. - Аналитикам оружие не положено, - Эд чуть поморщился и разочарованно вздохнул. - Но я прихватил с собой топор. Не бог весть что, конечно, но я может и идиот, однако не до такой степени, чтобы идти в лес безоружным, - топор он взял у деда еще давно, и уже не помнил зачем, но вернуть руки так и не дошли, и орудие так и валялось без дела, зато сейчас очень даже пригодилось.

***
Человек с труднопроизносимым именем по первому впечатлению походил на профессионального детектива, на каких Эд в участке насмотрелся достаточно. Говорил кратко и по делу, дополнительных вопросов не задавал, а значит был уже в курсе того, что происходит в лесу. Аналитику часто приходилось работать с подобными людьми, и опыт чаще всего был положительным. Этот человек знал свое дело и на него явно можно положиться. Но смотря на их нового союзника, Эд никак не мог поверить в то, что тот грейворен. Нет, он, конечно, догадывался, что все они разные и явно не такие закрытые и угрюмые, как его отец, хотя в этом, все же, Маттеус и Роберт были похожи. Впервые аналитик встретился с другим грейвореном и ему хотелось расспросить сразу и обо всем, удовлетворяя свое природное любопытство и научный интерес. Но пока вопросами не по делу он досаждать не стал, хотя так и подмывало узнать - откуда он родом? Необычное имя все никак не давалось в произнесении.
-  Я - человек, - Эд вынырнул из своих размышлений и отозвался на вопрос. - Но с грейворенами знаком не понаслышке.
Информация о том, что у них большие проблемы, заставила напрячься еще сильнее. Хотя, чего он ожидал после тех фотографий с места преступления. В конце концов, не на пикник отправились.
-  И у меня есть топор, - человек с топором - всегда подозрительно, но раз спросили про оружие, почему бы не ответить. А от нервов хотелось говорить и говорить, чтобы хоть как-то снять напряжение.
Лес стеной возвышался на несколько километров вперед. День клонился к закату. И мысль о том, что не стоило на ночь глядя идти сюда, пришла как-то очень запоздало. С другой стороны, дождись они утра - кто знает, что бы еще тут случилось.
Эд вынул из своего походного рюкзака топор и сжал его покрепче, мотнув головой, показывая этим, что пока вопросов у него нет, по крайней мере, по существу. Маттеус хоть и выглядел суровым, как скала, но вызывал уважение, и в компании его и Ива, аналитику было спокойнее. Эдвин пошел по левую сторону, стараясь прислушиваться и приглядываться ко всему, вот только лес любит играть с воображением. Бывает покажется, что впереди что-то странное, но при приближении выяснится, что это просто обгоревшее дерево, коряга или заросший камень. Поэтому странностей Эд поначалу замечал даже слишком много, благо, держал свои наблюдения при себе, особенно, когда понял, что все это лишь обман зрения. Но вот кое-что все же не давало ему покоя. Они шли уже минут двадцать, когда Эд решил все же сообщить о своих наблюдениях.
-  Стойте. Я кажется слышу… песню, - поначалу аналитик думал, что это всего лишь его воображение, но слова, поначалу еле различимые, теперь так громко отзывались в ушах, что это невозможно было игнорировать. - А еще, похоже, кто-то за нами идет, - Эд выдохнул и резко обернулся. Внутри все похолодело, когда он увидел мелькнувшее между ветвей светлое платье. -  Там точно что-то есть.

+2

6

То, что Эд взял с собой топор, не казалось Иву странным ровно до тех пор, как Коэн произнес это вслух, уже сидя в машине. Улыбка невольно стала проситься на лицо, и потому пришлось усиленно тереть подбородок, чтоб себе ее не позволить. Топор – вот же странно! Нет, конечно, лучше, чем быть перед лицом опасности с голыми руками, но топор… его использование предполагается только если подпустить врага совсем близко, а в случае с грезой это может стать фатальным. Что того топора?.. Ну да Ив вскоре опустил руку, перестав смеяться и едва заметно кивнул головой, как будто принимая тем самым факт, что другие люди могут иначе смотреть на вещи, предпочитая топор чему угодно еще.
- Ага, у него отец грейворен, – Ив решил подтвердить фактом то, что Эд имел дело с этой расой. - Я медиум, только это ничего не означает.
Последнее уточнение нужно было для того, чтобы ни Эд, ни Маттеус ни на что особо с его стороны не рассчитывали. Возможности и особенности медиума чаще играли против Фабре, чем ему на руку, он с пребольшим удовольствием поменялся с кем-нибудь на человека: доводилось слышать от людей замечания о том, что они ужасно огорчены своей «никакой» принадлежностью. Как психотерапевт Ив не мог укорять их, но именно этого ему хотелось больше всего. Дать людям понять, что они даже представить себе не могут, насколько им повезло. Вот взять хотя бы самого Ива, или Роберта Коэна, который из-за своей расы мог быть создателем той грезы, за которой они сейчас и ехали.
- У меня пистолет и я знаю, как им пользоваться. Сколько времени нужно, чтоб ты справился? Не факт, конечно, что нам этой ночью вообще повезет, может быть, в лесу уже тихо, а оно уже куда-то ушло… топор тогда пригодится разве что дров нам для костра нарубить.
Повернув голову, Ив подмигнул Эду. Это правда было забавно, и хотя дело, с которым они ехали в лес, нельзя назвать веселым, но до суровой сосредоточенности Маттеуса Иву было далековато. Впрочем, это настроение импонировало Фабре. До последнего он думал, что Рэйвон порекомендует кого-то такого же невыносимого, как и он сам, и тогда Иву пришлось бы изо всех сил сдерживаться, чтоб не выстрелить ему прямиком в голову (потому что продырявить Фэйту башку порой хотелось слишком сильно), но в этот раз услуга детектива была очень даже на высоте. Может быть, Ив даже «спасибо» ему скажет, но это совсем не точно.
Когда доехали до леса и вышли из машины, Ив оказался единственным, у кого совсем не было вещей, ну, кроме пистолета, конечно. Из-за этого он ощущал себя немного неловкой, потому пистолет решил взять в руку, только на предохранитель поставил, чтоб не случилось вдруг чего. Получив указания от Маттеуса, Ив подумал, что тот, наверное, держит их немного за дураков, ну или за детей – было что-то такое в тоне его голоса, то ли в выражении лица… если только это выражение вообще когда-нибудь менялось.
- Не беспокойся, – сказал он, занимая свое место справа. - Я лейтенант военно-морского, а Эд работает в полиции, так что мы тоже кое-что из себя представляем.
Темный сумеречный лес, постепенно превращающийся в ночной, был распоследним местом, которое Ив мог бы выбрать для прогулки. У него не получалось идти так тихо, как ему хотелось бы, и хотя шумом они могли спугнуть только людей или животных, а никак не грезу, но это мешало ему прислушиваться к другим, отдаленным звукам. Эд, конечно, шел не менее громко, да и Маттс не старался соблюсти полную тишину, что немного утешало. Второй момент – это видимость. Ничего серьезного, ведь не было тут ни капканов на волка, ни глубоких нор, ни топкой грязи, но порой он спотыкался, или сбивался с шага, когда уровень земли понижался, или пинал какую-то ветку, и все это раздражало, сбивало с мыслей, отвлекало на себя.
Нет, Фабре определенно любил ровную землю и светлое время суток, да что теперь поделаешь? Хорошо, что здесь не болото или не заросли ельника.
Потом обо всем лишнем Ив думать перестал. Ему показалось, словно они втроем преодолели некую черту, но в чем было отличие местности до и после нее он не понимал. Скорее чувствовал, и это означало, что отличалась вовсе не местность, точнее, не физические ее проявления. Несмотря на то, что медиумом Ив был так себе, но в некоторых своих ощущениях он все же разбирался: нормально как раз для того, чтоб определить нечто потустороннее прямо вокруг них. Пожалуй, это нечто не было опасным, или не более опасным, чем бывало пустое десятиполосное шоссе, по которому автомобиль может промчаться в любой момент. Где-то так.
Порой Ив поглядывал на прямую спину шагающего впереди Маттеуса, и в сторону, на Эда, который проявлял себя вполне достойно, только иногда крутил головой и будто к чему-то прислушивался и присматривался, и чуть назад, на остальных, кто шел за ними с мечами за спинами, топорами и пистолетами в руках – те не издавали звуков, только легкие шорохи были слышны, да иногда кто-то из них переговаривался, но разобрать слов Ив не мог.
Услышал он только когда заговорил Эдвин.
- Что?.. – останавливаться Иву не хотелось, но он все же встал и обернулся – остальные тоже остановились, тоже обернулись назад, и Фабре видел серые спины, а за ними стволы деревьев, покачивающиеся кое-где ветки. - Вроде бы тут только мы…
Он прислушался. Песня? Может быть, какая-нибудь студенческая компания идиотов, не слушающих новостей про этот лес?.. Или ведьмы, будь они неладны, проводят обряд?..
Но нет – тишина. Ни слова, и все свои тоже молчат, и тогда Ив обернулся обратно вперед, к Маттсу:
- Это уже та странность, о которой надо было говорить? Просто, кажется, слышит только Эд, остальные молчат.

+2

7

Маттеус бросает внимательный взгляд в зеркало заднего вида, примеряясь к новым боевым товарищам, чуть качнув головой.
- Топор это очень хорошо, - грейворен максимально серьезен. Сперва он принял такое заявление как тонкое издевательство, но потом вовремя вспомнил, что по себе людей не судят, да и вид у ребят был предельно далекий от шуток. Что ж, обычный человек с топором и медиум с пистолетом.
Маттеус чуть хмыкнул, принимая такой расклад и строя планы исходя из имеющегося количества боевых единиц. Не самых худших, на самом деле. На такое дело не помешали бы грейворены, но у представителей его расы был один существенный недостаток - они в реальности были еще более беспомощны, чем обычные люди. Место применения силы грейворенов сны, в жизни же это обычные библиотекари, пекари или, Боже упаси, видеоблогеры.
Да даже охотники из Ордена показали в некоторые моменты не самым лучшим образом - с последнего общего задания у Сёренсена все еще ныло парочку новоприобретенных шрамов.
Так что человек и медиум, значит отбрасываем все магические составляющие и полагаемся на силу и крепость характера, что главное. Ив и Эд нервничают не больше, чем предполагает предстоящее дело, это уже внушает веру в то, что в ответственный момент на них можно будет положиться и они не струсят, а больше Маттеусу и не нужно.

- Только стреляй не на поражение, а на максимальный травматизм. Как бы грёза не выглядела простреленная голова не доставит ей неудобств, а вот отстреленная конечность вполне, - грейворен напоминает главные правила, ведь они вряд ли когда сталкивались с агрессивными грёзами, Маттеус и сейчас постарается не подпустить ее близко, но ситуации бывают разные. - Смотря в каком я буду состоянии, удерживая рукой внутренности уходит больше времени, - Сёренсен практически улыбается уголком рта, демонстрируя все грани своего чувства юмора. - Рассчитывайте примерно секунд на десять, - в обычной жизни такой срок кажется смешным, но когда на тебя нападает двадцатилапый паук размером с приличного теленка становится не до смеха.

Грейворен махнул рукой, мол нисколько не сомневается в их способностях, и направился вглубь окутываемого сумерками леса. С каждым шагом его накрывало воодушевление, внутри разгорался азарт предстоящей битвы, и Сёренсен едва сдерживал шаг, чтобы не оторваться от товарищей. В пальцах буквально покалывало силы, и тело стало таким легким, будто он помолодел лет на двадцать. Губы помимо воли расплывались в улыбке, которая со стороны была больше похожа на предвкушающий оскал.
Неестественное воодушевление настолько захватило его, что Маттеус и не сразу осознал, что спутники остановились и обращаются к нему. Он недовольно затормозил, раздраженный задержкой - струящаяся по телу сила требовала применения, энергия искала выхода, и грейворен с трудом сосредоточился, вникая в смысл сказанного.

- Песня? - Маттеус прислушался, но не слышал ничего. Какая-то все еще здравомыслящая часть мозга била тревогу, и он с трудом заставил себя стоять на месте, отбрасывая тянущее желание двигаться вперед, переводя взгляд на Ива, осторожно уточняя. - Кто - остальные?
Стоять и выяснять причины слуховых галлюцинаций было скучно, тело требовало действия, но грейворен жестко оборвал себя. Осознанность и самоконтроль это то, что лежит в основе его искусства управлениями снами, если что-то слишком назойливо занимает твое сознание, значит этому доверять не стоит.

- Дальше не двигаемся, - Сёренсен сжал виски, осматриваясь по сторонам, пытаясь вернуть способность ясно мыслить о происходящем, - что вы видите?
Маттеус осекся, смотря на выходящего из чащи оленя. Настоящий красавец, с огромными, ветвистыми рогами, он шел царственно, одним своим видом излучая спокойствие защитника этого леса. Это мало понравилось грейворену, как и огромная улыбка с двумя рядами узких и длинных клыков, слишкам широкая, доходящая практически до ушей, похожая на оскал Паннивайза.
- И самый важный вопрос, вот его вы видите? - Маттеус показывает на оленя, превентивно доставая меч. То, что вокруг творится какая-то хрень стало очевидно, но теперь стоит разобраться, какая часть этой чертовщины реальна и может нести им угрозу, а на что пока что можно забить.

+2

8

Ночь. Лес. Тягостная тишина, нарушаемая только треском веток под их ногами. На ум невольно приходят все страшные истории, которые Эду приходилось слышать в детстве. Его тогдашние друзья очень любили пощекотать себе таким нервы, вот только поначалу рассказчик храбрится и смеется над своими не на шутку перепуганными слушателями, но затем и сам вряд ли уснет, впрочем, как и остальные. Эд пытался прогнать явно неуместные мысли и воспоминания. Он же человек науки, верит только в то, что можно объяснить, обосновать, вывести математически или что находит отражение в законах физики. Однако, живя в Генриетте, трудно оставаться скептиком. Хотя, зная природу магических сил, ее тоже можно более-менее обосновать, предугадать, что произойдет. Но Эд уж точно не был профессором магии, неизвестность того, с чем пришлось столкнуться, да еще впервые - пугала до дрожи, заставляя сжимать свой топор так, что белели пальцы. Он терпеть не мог все эти страшные истории, как и фильмы ужасов. Не понимал - отчего по ним другие так фанатеют? И чтобы в этом никому не признаваться, особенно во время учебы в Штатах, он всегда умело находил себе срочные занятия, чтобы только не попасть на просмотр ужастиков большой компанией. Ему хорошо удавалось скрывать свои страхи, чтобы ими никто не смог воспользоваться. Недоброжелатей в студенчестве уже не было, особенно таких явных, как в школьные годы, но друзья слишком любили дурачиться и разыгрывать, а Эд не мог на это спокойно реагировать.
Какая ирония: он старался всячески избегать ужасов на экране, а в итоге попал как раз в один из таких фильмов. Зато с компанией повезло, с Ивом, бывшим военным, и Маттсом, человеком явно опытным в подобных делах, было относительно спокойно. По крайней мере, они не предложат разделиться и проверить опасное место по одиночке… наверное. Пока ничего странного за своими напарниками Эд не замечал, но что-то явно изменилось, что-то неуловимое для него, заставившие напрячься еще сильнее и стараться подметить любую угрозу вовремя. Как бы им не хотелось, похоже, до костра дела не дойдет, только если огонь не понадобится для уничтожения грезы, да и то, судя по словам Маттса, он вряд ли в этом поможет. Главное, чтобы противник не оказался двухэтажным монстром, похлеще тех, что обычно мелькают в третьесортных программах о "сверхъестественном".
Песня в голове, поначалу едва слышимая, с каждым шагом звучала все громче, а теперь и вовсе оглушала, слова мужчин Эд разбирал с трудом.
-  Ив? Остальные? Надеюсь, ты имеешь в виду нас троих, потому что больше тут никого нет за исключением…, - аналитик нервно сглотнул и снова замер, увидев, как подол платья скрывается за деревом, а на стволе отчетливо виднеется чья-то рука.
Он едва не вскрикнул, еле удержал себя. Сердце колотилось как бешеное, явно намереваясь выскочить из грудной клетки и скрыться подальше от всей этой чертовщины. Кажется, еще секунда, и ноги сами понесут его прочь из леса и от этого видения. Эд прилагал все усилия, чтобы не поддаться страху, готовый в любой момент кинуть топор в то самое дерево, около которого появлялось платье.
-  Беги! Беги, пока можешь! - ему показалось, что это произнес Ив, но нет, тот просто стоял и смотрел на него.
Так, Эд, успокойся, успокойся. Все будет хорошо. Надо просто объяснить все остальным, Маттс явно знает, что тут происходит, а если нет - они серьезно влипли, как бы из-за этих видений друг на друга не наброситься. Эд послушно остановился и немного сбивчиво заговорил. Иррациональный страх парализовывал и не давал как следует сосредоточиться. Сейчас весь его ученый ум и гроша ломаного не стоил. Аналитик чувствовал себя загнанным зайцем, который в любой момент готов сорваться и усвистать из этого леса, настолько быстро, насколько это возможно.
-  Я, - голос все же дрогнул, но Эду удалось взять себя в руки, и дальше он говорил уже более внятно. - Я слышу песню. Ее точно не должно быть тут, она не может звучать по радио, только не в таком исполнении. Ее поет человек, которого нет в Генриетте. Она должна быть в Штатах, не здесь… Но, я слышу ее голос, и он все громче. Ваши слова я разбираю с трудом, песня заглушает все. А еще я вижу д-девушку в длинном светлом платье и…
В этот момент Эд чуть не подпрыгнул, почувствовав за своим поечом чье-то присутствие и явно ощутив дыхание.
-  Я здесь, Эдвин, почему ты не хочешь меня слушать?
И тут аналитик не выдержал, отскочил в сторону и замахнулся топором, рассекая воздух. Рядом с ним никого не было.
Он и сам не понимал, почему ему ТАК страшно. Его студенческая подруга всегда хорошо к нему относилась, а уж как пела - заслушаться можно. Но сейчас ее вид и голос буквально сковывали, отключали мозг, вызывая настоящий ужас, проникающий глубоко в сознание.
-  Боже мой, скажите, что вы ее тоже видите, - Эд тяжело дышал, все еще оглядываясь и держа топор в замахе. - Или лучше нет - пусть это будет галлюцинация. Маттс, ты говорил - будут странности. Это оно и есть? Насколько это опасно для меня?
От страха зуб на зуб не попадал, но вдруг песня начала затихать. Напряжение никуда не исчезло, но по крайней мере, удалось взять себя руки. Черт возьми, только бы сердце не стучало так, будто он уже марафон пробежал. Выдохнув, Эд опустил топор, но продолжал держать его наготове.
-  Если ты про оленя, - аналитик повернулся в ту сторону, куда указывал Маттс, - то я его вижу. Он настоящий или…? - вопрос оборвался на полуслове, когда Эд заметил, как травоядное животное скалится покруче любого хищника и снова стало так жутко, что захотелось закрыть глаза. Но аналитик держался, в конце концов это он в это дело их всех втянул, так что пойдет до конца, как бы страх не пытался овладеть им - будет сопротивляться. Пока что удавалось, не ахти как, но удавалось.
-  Что нам делать? - шепотом произнес он, стараясь лишний раз не шевелиться и не привлекать внимания противника. На самом деле, Эд понятия не имел, что их ждет.

+2

9

Ив уже понимал, что зря решил ввязаться в эту авантюру. Все-таки как бы сильно ни недолюбливал он Орден, а есть в этом мире вещи, которые лучше оставить именно ему, а не соваться в них самостоятельно. Правда, был еще Маттс, который выглядел так, словно по утрам убивает варваров и дикарей, а по ночам бродит по лесам и уничтожает грезы: взять хотя бы его меч. Ив мечи до сих пор только в кино видел, и знать не знал о том, что кто-то ими до сих пор всерьез пользуется - с другой же стороны он не мог не признать, что в руках этого человека меч вселяет некое чувство уверенности. Кроме этого чувства хотелось бы испытывать еще что-то вроде безопасности, но этого не было и в помине. Стоило Эду заговорить о песне, как Ив понял, что впустую эта ночь не пройдет точно.
Ив хмурился. С ними явно было что-то не так, потому что Эд что-то слышал, а Маттс… Похоже, он вдруг перестал видеть остальных. Да и Эд выражал такое удивление, как будто их, остальных, тут и быть не должно - словно кто-то коснулся его памяти и стер из нее небольшой кусочек этого вечера.
- Слушайте, с вами что-то не так, - доверительно сообщил Ив. - Может, лучше отправимся назад. Нас, конечно, много, но мне не хотелось бы, чтобы среди нас были жертвы.
Насчет остальных он еще не был уверен, но Эд был ему дорог, а Маттса надо было беречь, чтобы Рэйвон не вякал потом, будто он своего друга порекомендовал, а Ив его не уберег.
Описание, которое попытался дать Эд, иллюстрируя свои галлюцинации, показалось Иву достаточно подробным, а уж когда он взмахнул топором… Пусть и в другую сторону, но Фабре на всякий случай тоже отшатнулся, а потом, стоило топорищу опуститься вниз, он быстро подошел к Эдвину и отнял у него оружие.
- Побудет пока у меня, - хмуро сказал он. - Не хочется, чтобы ты кого-нибудь зарубил.
Не слишком удобно будет с топором и пистолетом, но Ив справится. Или нет? Он обернулся, но шеренга из их спутников не приближалась - среди них не было желающего обзавестись топором, и настаивать Фабре не стал. У них наверняка свое какое-нибудь оружие, только идиот пошел бы в этот лес с пустыми руками, а все эти люди не выглядели идиотами. Среди них он, к большому своему удивлению, узнал мать Софии; это заставило его немного напрячься, но пока что были другие моменты, на которые он должен был обращать внимание. О матери Софии подумает позже.
Повинуясь указующему жесту Маттса Ив глянул в нужную сторону. Было очень темно, и поначалу видно было только какое-то движение, темное на темном, но потом, стоило пару лишних раз моргнуть, удалось разобрать детали. Вначале ветвистые рога, потом круп и стройные ноги, а неестественный оскал - в самую последнюю очередь. Картина была устрашающей, озноб пробрал Ива до самых костей, так что он поудобнее перехватил левой рукой древко топора, а правой достал пистолет.
- Оленя вижу, но больше ничего странного, - медленно проговорил он, не сводя с чудовища взгляда. - Уже можно в него стрелять или...
Должно быть, греза могла их слышать, потому что на новость о перспективе стрельбы она отреагировала своеобразно. Олень встал на задние ноги, будто гарцующий конь, и как будто увеличился в размерах, став куда более внушительным и пугающим, чего у него и раньше было не отнять. Потом он двинулся вперед - беззвучно, разве что шорох какой-то слышался, но Ив не мог с уверенностью сказать, кто именно его производит - олень, ветер или кто-то из стоящих позади. Невольно Фабре начал пятиться, потому что ему ни капли не хотелось, чтобы чудовище подходило.
Ив поднял пистолет.
- Маттс, ты уже начал? Я считаю десять секунд!
Он знать не знал, как это у грейворенов происходит, плюс к тому не представлял, как именно эти десять секунд считать. Можно по-обыкновенному: раз, два, три и так далее. Можно по-детсадовскому: раз-миссисипи, два-миссисипи... Так дольше, но надежнее. А что, если Маттс вовсе не уложится в это время, независимо от того, считать с "миссисипи" или без?..
Целиться при таком освещении было той еще задачкой, но олень приближался и медлить Ив больше не мог. К тому же, Маттс наверняка собирался напасть на него с мечом, и как только это произойдет, стрелять будет уже опасно. Потому Фабре понадеялся на удачу и нажал на спуск сразу трижды, всякий раз чуть отводя дуло в сторону. Одна из пуль совершенно точно угодила в оленью лапу, насчет других такой уверенности не было, однако Ив слышал и другие выстрелы - наверняка остальные, те, у кого тоже было огнестрельное, взяли с него пример. Таким количеством они точно справятся; поняв это, Фабре изрядно воспрял духом.
- Вы только в своих не попадите! - чуть громче сказал он, обернувшись назад, а потом глянул на Эдвина: - Я тебе топор, наверное, не отдам. Хочешь - возьми пистолет. Там еще пять патронов.
Размахивающий топором Эдвин представлял собой большую угрозу, но Эдвин, палящий из пистолета, был угрозой смертельной. Ив готов был дать ему оружие только потому, что сейчас на них двигалось чудовище из чьих-то больных кошмаров, и что за девушка не являлась бы Эдвину в его личных галлюцинациях, а этот олень был в разы реальнее. Если Эд будет стрелять только в его сторону - все закончится хорошо. Скорее всего.
- Держи! - он вложил оружие в его руку. - Надеюсь, в полиции ты стрелял, - он не делал из фразы вопрос только потому, что в данном случае роли это не играло. Так или иначе, а научить Эда стрелять он может и потом, при дневном свете и по банкам вместо чудищ. Так будет наверняка надежнее.

+1


Вы здесь » Henrietta: altera pars » beyond life and death » There'll be birds on the ground


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC