«От страха жмурилась еще с секунд пять, переживая это чувство падения и шейкер внутри. Съежилась. И к черту, что, кажется, обломала и без того...» читать далее
История #1 «Dies, nox et omnia» × Game master [до 25.02]
История #2 «In truitina» × Damian Roy [до 24.02]
История #3 «Estuans interius» × Game master [до 22.02]
История #4 «Tempus es iocundum» × C. Corcoran [до 26.02]
История #5 «Were diu werlt alle min» × Abel Kendall [до 25.02]
HENRIETTA: ALTERA PARS
Генриетта, Британская Колумбия, Канада // январь-март 2017.
// LUKE
ЛЮК КЛИРУОТЕР
предложения по дополнению матчасти и квестам; вопросы по ордену и гриммам; организационные вопросы и конкурсы;
// AGATHA
АГАТА ГЕЛЛХОРН
графическое наполнение форума, коды; вопросы по медиумам и демонам; партнёрство и реклама; вопросы по квестам;
// REINA
РЕЙНА БЛЕЙК
заполнение списков; конкурсы; выдача наград и подарков; вопросы по вампирам и грейворенам;
// AMARIS
АМАРИС МЭЛФРЕЙ
общие вопросы по расам; добавление блоков в вакансии; графика, коды; вопросы по ведьмам и банши;
// GABRIEL
ГАБРИЭЛЬ МЭЛФРЕЙ
общие вопросы по расам; реклама; заполнение списков; проверка анкет; графическое оформление;
//

Henrietta: altera pars

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Henrietta: altera pars » beyond life and death » не прощу никогда


не прощу никогда

Сообщений 1 страница 4 из 4

1


[попозже тут будет графика]
не прощу никогда
Adrian & Marion
Генритта, 15 сентября//дом Абернати.
Марион узнала, что младшая сестра встречалась с опальным братцем. Это событие подстегивает её самой найти Адриана для разговора. У нее есть все причины не верить в его амнезию — у нее вообще ни единой ему верить. Впрочем, никакая вера не должна оправдывать предательство семьи.

+1

2

Pink Floyd - Shine On You Crazy Diamond
- - - - - - - - - - - -
... помни  — женщины мстят всерьез, и в своей мести всегда идут до конца.
- - - - - - - - - - - -
[indent] Говорят, что месть – опустошает, приносит в душу боль и отчаяние, вне зависимости от того, удастся воплотить задуманное в жизнь или нет. Она не созидает и не собирает плоды благодарности. Месть лишь постепенно разъедает часть за частью душу человека, ожесточает его сердце, погружая во тьму с каждым шагом, который приближает его к заветной цели, стоявшей в заглавии его жизненной главы. А ведь исход может быть один – пройти от начала и до конца тропу, на которую ступил однажды, избрав свое будущее в тени бескомпромиссной мести.
Именно таковой и являлась цель Марион – отомстить за всех и каждого, кто отдал жизнь в пожаре, который еще не единожды являлся ей в страшном сне.  Этот сон был словно напоминанием ведьме о том, что слово она пока так и не сдержала. Она так и не отомстила, хотя времени прошло достаточно после пожара, чтобы набраться храбрости и выбраться из безопасной скорлупы, и подобраться к виновнику ее слез и ее потерь. Невозвратимых потерь.
Ведь если бы она только могла …
Если бы только была такая способность у нее или у любой другой ведьмы, прожить тот вечер снова – она постаралась бы сделать, хотя бы что-нибудь еще, кроме того, что сделала. Ей хотелось бы суметь вывести из пылающего дома кого-нибудь, кроме младшей сестры, что даже не понимала, что происходит в доме нечто очень страшное, пока она учится. Она хотела бы помочь отцу, который, казалось, знал, как нужно поступить в каждой жизненной ситуации. Да, он не был идеальным отцом. Но, кто в этой жизни непогрешим? Определенно, его боялись разочаровать, его одобрения добивался каждый, и Марион была в том числе, но … это не значило, что она не любила своего отца и не роняла по нему слезы, демонстрируя опустошение, которое пришло вместе с крушением ее привычной жизни. А ведь жизнь создают отнюдь не предметы роскоши, а в первую очередь – люди, которых было не вернуть. Но за которых она обязана была отомстить.
В какой-то степени месть является извращенным удовлетворением чувства чести, как бы извращено, преступно или болезненно это чувство подчас не проявлялось. Кто-то считает, что месть – самая дорогостоящая, бесполезная и саморазрушительная роскошь. Но, конечно же, Марион плевать, что думают другие по поводу мести. Она знает, что должна сделать, ведь иначе ей не будет покоя.
Особенно, когда предатель семьи находится внутри нее.
Каково это было изучать старинные предания о брате, восставшем против брата? Определенно скучно и недостаточно правдоподобно. Семья ведь – крепкий союз. Друзья могут меняться – сегодня они рядом, а завтра они уже стоят плечом к плечу с твоими врагами, а вот семья, кровь, что течет в жилах братьев и сестер, рожденных от одной матери и отца – непоколебима. Они часто ссорились, но Марион считала, что каждая ссора проходила, исчезала, не оставляя следа на сердцах соперничавших братьев или сестер.
На ней не оставила. Но … она ужасно ошибалась в том, что семья – крепкий союз.
Узнать правду о том, что именно ее старший брат предал ее семью, разрушив целую эпоху Весселей, их империю, создававшуюся из поколения к поколению – было тем, во что она с трудом поверила. Впрочем, вера и сомнения никогда не могли сравниться с фактами, которые были ей и без того известны: в доме были все, кроме одного единственного Весселя, что желал смерти всем. И ей тоже.
Мари приехала к дому, где проживал спокойную и размеренную жизнь Абернати уже вечером, когда он должен был уже находиться дома. Нанятый следователь не разочаровал ее, как впрочем, и ее собственные наблюдения за братом издалека – он жил, даже не подозревая, что она была уже близко, если бы не Матильда, решившая проявить совершенно неуместную инициативу. Сегодня на кареглазой девушке красовался легкий макияж, а в одежде она отдала предпочтение черному цвету. Сложив перед собой руки, она простояла несколько минут, всматриваясь в окна дома, в котором жил ее брат-предатель. Искала она взглядом его тень или облик, но не бралась утверждать, что способна была бы узнать его по походке. Некоторые вещи память все-таки стирает, оставляя место только самым стойким эмоциям, среди которых любовь и ненависть. Обе пылали в сердце ведьмы, что решилась приблизиться к тому, кто разрушил ее жизнь, ее семью, ее все.
Она вжала кнопку дверного звонка до упора, после чего послышался его звон изнутри помещения, а затем … шаги и щелчок, открывшейся двери, что представила взору ее темных глаз красавчика-брата.
Марион улыбнулась, приподняв уголки своих губ, пока ее глаза все еще отыскивали отличия между тем образом брата, который она помнила со дня пожара, и который имела возможность наблюдать здесь и сейчас. Она осознавала, насколько это было глупо – надеяться, что произошла какая-то ошибка, и ее брат – не предатель, не братоубийца, не убийца отца.
Не так себе Марион представляла встречу с Абелем.
Не так…
Не стоя на пороге, молча и вглядываясь в выражение его лица, что не выдавало его растерянности или страха, а лишь … удивление?
- Ну, привет, дорогой мой братик? – произнесла она, понимая, насколько глупо было молчать с ее стороны, и вложив не малую долю презрения в обращение. Все-таки она пришла к нему сама. А ведь она могла бы поступить точно так же, как и он – нанести удар, пока он его не ожидает, когда безоружен. Но не ради такой мести она копила силы и обучалась у Райана способности подчинять себе эту безудержную стихию. Месть подают холодной, а потому она должна была видеть глаза Абеля, когда она воздаст ему сторицей за все, что он сделал. Справедливость должна рано или поздно восторжествовать. И она будет бичом справедливости.
- Не хочешь меня пригласить? Извиниться? Сказать, что соскучился или что-нибудь еще? – склонив на бок голову, она с любопытством посмотрела в глаза брата, ожидая увидеть в них толику предательства и признания. Этим Абель облегчил ей задачу, но подобного она и не ожидала. Знала слишком хорошо, каким был ее брат.
Впрочем, она не стала ожидать на пороге и прошла вовнутрь, скептически осмотревшись по сторонам:
- Скромно, я бы сказала, ты устроился, Абель, - произнесла Марион, поджав губы.

Отредактировано Marion Wessel (2018-01-18 23:05:44)

+2

3

[indent] Жизнь Адриана совершила лихой поворот, не удержалась и разбилась вдребезги. Он по-прежнему живет без своих воспоминаний, но при этом знает причину своей потерянности. Было легко готовить себя к самому худшему, но такому вряд ли. Не каждый день к тебе приходит родная сестра с заявлением, что пару лет назад вдруг поспособствовал убийству всей своей семьи. Не каждый день узнаешь, что твои руки по локоть в крови, а все, за что поколениями сражались твои родичи, рухнуло. Впрочем, он сумел найти в себе силы жить с этим. Сейчас желание вспомнить окончательно стало еще важнее, стало той самой необходимостью, от которой зависела вся его дальнейшая жизнь. Если бы он мог только понять свои мотивы, ведь рассказанное Матильдой совершенно не увязывалось в голове колдуна. Вероятно, они были очень существенными, а может и нет — гадать можно до бесконечности. Кто-то скажет, что сейчас он живет совсем другой жизнью и является иным человеком, но вдруг нечто подобное притворится? Вдруг однажды утром Адриан решит, что разменять всех дорогих сердцу людей на что-то, идея хорошая?

[indent] Гостей колдун не ждал, но дверь, естественно, открыл. Женщина перед ним была ему абсолютно не знакома, а её вопрос-обращение вовсе привел в недоумение. Адриан чувствует, что вокруг него сохранилось слишком много родственников, и его злая натура определенно своей цели не добилась в прошлом. Не то, чтобы он был не рад, но спустя пять лет они все слишком резво стали навещать его. Впрочем, женщина перед ним отличалась от Матильды и её поведение уже чувствовалось иначе. Это та, о которой говорила сестра? Желающая отомстить. И, честно говоря, Адриан полностью понимает этот мотив, но все равно ничего не в силах сделать — память продолжает подводить, не оставляя даже остаточных эмоций при виде людей, которые были ему дороги. Или, судя по тому, что колдун им всем подписал смертный приговор, он не так и дорожил ими.

[indent] — Ты Марион? — уточнил он, не препятствуя её вторжению, — Мне жаль и прости. — он говорит это без должного раскаяния, наверное потому что невольно чувствует укол раздражения. Адриан совершил страшное преступление, но не в силах даже ответить за него нормально. Хотя бы помнить то, что он сделал. — Не думаю, что это что-либо исправит. — добавил он, пропуская мимо ушей ее заявление о скудности обстановки. Исходя из того, что узнал Абернати от младшей сестры, а после уже в поисковых системах, то их семья была несметно богата. Именно это богатство, судя по всему, и заставило Адриана пойти на крайние меры.

[indent] — Марион, я понимаю, что ты злишься. И понимаю, что у тебя есть на то все причины. Но, Матильда должна была тебе все рассказать. — он правда не хотел устраивать разборки о том, чего абсолютно не помнил и даже не понимал. Происходящее его постепенно сведет с ума, причем довольно заслужено. — Я не помню. Ни-че-го. Абсолютно. Черт побери, я имя свое прошлое узнал от Матильды! — он невольно повышает голос, но потом успокаивается, стараясь сохранять хотя бы каплю то ли гордыни, то ли душевного равновесия. — Чего бы я не хотел от тех людей, они определенно не планировали мне это предоставлять. Иначе я бы не оказался здесь с другим именем и историей.

[indent] Она могла считать, что он попросту обманывает её, лжет. Вероятно, в прошлом это имело место быть, но Адриану сейчас нет резона что-либо скрывать. Колдуну бы хотелось поговорить с Марион, объяснить ей все, но что он ей скажет еще? Это она обладает информацией, которая способна пролить свет на мотивы поступков её брата-убийцы. Адриану бы вообще хотелось, чтобы это все оказалось просто страшным сном.

[indent] — Почему спустя пять лет? Марион, моя жизнь за последние пару месяцев полна множества удивительных совпадений. В том числе воскресших сестер, о которых я ничего не знаю и не помню. Или ты мне должна объяснения или можешь забирать свои обвинения вместе с собой. — он вздохнул, прямо смотря на сестру, — Только не говори, что из-за пожара у тебя тоже память отшибло, а то трое якобы Весселей с разной степенью амнезии уже не смешно. — он правда имел право не верить ни одной из них, но верит. Впрочем, Адриан уже не знает, кому верить наверняка — стоит ли вообще верить хотя бы самому себе. Тем более первый шок от услышанного прошел еще после разговора с Тильдой, теперь же Адриан хочет задать вопросы прежде, чем должен упасть на колени в раскаянии по мнению окружающих.

Отредактировано Adrian A. Wessel (2018-02-12 18:49:02)

+1

4

[indent] На самом деле Марион сейчас пыталась уделить наибольшее внимание любым деталям обстановки нового дома своего старшего брата, которого она на протяжении последних пяти лет считала погибшим, как и всех своих родственников, что их отнял у нее пожар в доме – огонь, с которым она жила все эти годы. А ведь кареглазая ведьма не сидела сложа руки все это время; пламя, поселившееся внутри нее, жгло изнутри, напоминая одной из немногих среди уцелевших Весселей, что именно должна была сделать – отомстить, ответить, как и гласит старинное предание «око за око, зуб за зуб…».
В понимании Марион ее месть должна была исправить жизненную несправедливость, согласно которой ее славная семья оказалась в проигрыше, потеряв все, а главное – самих сея. Ее месть должна была быть устелена пламенем – не зря же она готовилась все эти годы, усердствуя в своих практиках с огнем, которые в полной мере обеспечивал один из тех чародеев, который мог считаться одним из сильнейших. Во всяком случае, Марион знала, насколько высоко ценили умения ее мужчины и помощника родители, похвалы от которых не могли дождаться даже их собственные дети, что только разводило костер ссор и соперничества, никогда не угасавший.
Мари собиралась превратить огонь в орудие своей мести, которой она ждала невозможно долгих пять лет, находясь в тени, скрываясь под именем, что было практически выдуманной легендой, ловко, надетой на лицо маской. И именно этот огонь должен был видеть в темных глазах своей сестры Абель.
«Он должен был заметить хоть что-то, хоть какие-нибудь перемены…» - промелькнуло в сознании кареглазой ведьмы, прежде чем она пристально заглянула в лицо своего старшего брата, начав изучать его, словно музейный экспонат, и тихо выдохнула, опустошив легкие от воздуха. От Матильды ведьма узнала, что Абель потерял память – впрочем, так он сказал Тильде, которая никогда не отличалась проницательностью. И, конечно же, Марион не торопилась верить тому человеку, который ни во что не ставил жизнь родных и близких, решившего в один «прекрасный момент» лишить их всех права на жизнь, любовь и ненависть, на будущее. Несомненно, тот пожар, произошедший пять лет тому назад, и унес жизни стольких людей, Весселей, предопределил будущее Мари, у которой были свои рассуждения по поводу того, каким могло бы оно быть, если бы не определенные события:
Если бы не давняя вражда семей…
Если бы не кончина матери…
Если бы не пожар…
Если бы не предательство…

Определенно, можно было начинать распутывать клубок интриг и заговоров былых дней, однако все они сводились к одному общему знаменателю – к тому самому человеку, взгляд которого мало напоминал былого Абеля Весселя, облик которого запомнился Марион. И, по правде говоря, кареглазая ведьма, пристально вглядываясь в лицо своего брата, продолжала отмахиваться от мысли о том, что Абель мог быть с ней искренним и честным. Тот, кто предал свою семью, свой тыл и свои корни, с легкостью мог водить куртуазные игры с сознанием своих собеседников, присыпая их бдительность невинностью.
- Ты считаешь, что сможешь долго скрываться за своей амнезией? – хмыкнула Мари, выслушав не только далеко не искренние извинения брата, но и его попытку оправдаться, отбелиться за счет того, что он якобы ничего не помнит.
Но, ладно? Она вполне могла подыграть ему?
Не спрашивая разрешения у Абеля, Марион проходит вглубь его квартиры. Оказавшись в небольшой гостиной, обставленной далеко не самой дорогой мебелью (не в пример той, что была в их родном доме, где оба они выросли), ведьма устроилась на диване, услышав тот вопрос, которым ей в затылок ударил дражайший родственник – она должна была ему объяснения!
Нет! Этого попросту не могло быть?!
Но, кажется, она решила не сразу срываться на дорогого братика?
- Знаешь, если бы у меня были более дипломатичные цели, я захотела бы спросить у тебя почти тот же вопрос, дорогой брат, - заложив ногу на ногу, а также откинувшись на спинку не самого мягкого и удобного дивана, потрепанного временем. – Мне бы хотелось узнать: по какой такой причине ты решил убить тех людей, которые дали тебе все, чем ты есть – способности, знания, власть, деньги… - она сделала паузу, но не слишком большую, не желая, чтобы ее сейчас перебивали на полуслове. – В один вечер ты сжег мосты, подписал смертный приговор всей семье и … ради чего? – она развела руками, едва ощутимо подняв тон своего голоса, который был готов выйти из-под контроля, позволяя тем самым сорваться на Абеля.
А там … кто знает, чем бы все могло закончиться?!
– Но я, кажется, отклонилась от темы: я должна объяснить тебе, что целых пять лет жизни я готовилась встретиться с теми, кто разрушил мою жизнь и убил дорогих мне людей. Видимо, ты не хочешь понимать, что я тебе ничего не должна. Впрочем, если ты не понимаешь очевидных вещей, тогда, как тебе такой ответ: я готовилась к нашей встрече? Правда, я не была готова к тому, что в один прекрасный день узнаю, что именно ты подстроил пожар. Я думала, что это Лафайеты, не хотела верить, что это мог сделать кто-то из «своих»… - нет, хладнокровно сидеть, держа себя в руках, Марион не сумела в данной ситуации. Она поднялась на ноги, пока ее руки сжались в кулаки, а ноги отмерили те несколько несчастных шагов, что отделяли ее от Абеля. – Если бы я узнала сразу, братик, что это все дело твоих рук – я бы пришла к тебе и убила голыми руками, расцарапала в кровь твое лицо, но не ждала бы; не смогла бы дождаться, когда ты начнешь гнить, как сгнило давно уже твое сердце. Но, как видишь, я узнала правду – и я тут, но не для того, чтобы драться, - ее губы растянулись в улыбке, что была соизмерима с улыбкой хищника, в которого превратилась со временем одна из младших Весселей.

Отредактировано Marion Wessel (2018-02-21 01:41:26)

0


Вы здесь » Henrietta: altera pars » beyond life and death » не прощу никогда


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC