LUKE |

ЛЮК КЛИРУОТЕР
предложения по дополнению матчасти и квестам; вопросы по ордену и гриммам; организационные вопросы и конкурсы;
AGATHA |

АГАТА ГЕЛЛХОРН
графическое наполнение форума, коды; вопросы по медиумам и демонам; партнёрство и реклама; вопросы по квестам;
REINA |

РЕЙНА БЛЕЙК
заполнение списков; конкурсы; выдача наград и подарков; вопросы по вампирам и грейворенам;
AMARIS |

АМАРИС МЭЛФРЕЙ
общие вопросы по расам; добавление блоков в вакансии; графика, коды; вопросы по ведьмам и банши;
GABE |

ГАБРИЭЛЬ МЭЛФРЕЙ
общие вопросы по расам; реклама; заполнение списков; проверка анкет; графическое оформление;
RAVON

РЭЙВОН ФЭЙТ
общие вопросы по расам; массовик-затейник; заполнение списков; выдача наград и подарков;
#1 «Inevitable evil» - Agnes Burke [до 20.09]
# 2«The dark omens» - Ulrica Holm [до 19.09]
#3 «The whisperer in darkness» - Anna Corcoran [до 20.09]
#4 «Helheim's gate» - Femke Marlow [до 20.09]
#5 «Mountains of madness» - Rick Miller [до 20.09]
Генриетта, Британская Колумбия, Канада
апрель-июль 2017.

- Вчера в «Двух китах» я почувствовала еще одну смерть. К несчастью, это был наш почтальон. Мне казалось, ему всего около сорока лет. Выглядит он весьма молодо и бодро, чтобы умереть. Хотя… в твоем случае это тоже не сработало.
Голос все такой же выцветший на фоне осеннего небосвода и вянущей травы. Холодный порыв ветра вынудил плотнее запахнуть на груди расстегнутые полы...читать далее

Henrietta: altera pars

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Henrietta: altera pars » beyond life and death » добро пожаловать


добро пожаловать

Сообщений 1 страница 9 из 9

1

Торба-на-круче - Здравствуй-проходи
шмотки свои брось в прихожей, бери эти тапки, если куришь, то кури.
фотки различные в этой коробке из-под пластинок, хочешь-посмотри
есть телевизор, но дома взрывают  - знаешь, это страшно... кстати, оставайся

http://s5.uploads.ru/7RwnQ.gif http://s5.uploads.ru/6sHvB.gif
она приходит, если дело труба, и ясно, кто правит бал
неотвратимая как набат
                                спокойная, как аббат

http://sf.uploads.ru/TiMWf.jpg
когда она входит, затихает пальба,
замолкает мольба
                                                              каждый знает: пришла судьба

http://s3.uploads.ru/4hwua.gif http://s4.uploads.ru/1HOS9.gif
добро пожаловать
Фемке, Рэйвон, Орфей, Арчи, Сцилла (Саймон как нпс)
10 декабря 2016 года, "Black Wood"
Когда в агентстве распахивается дверь, и на пороге появляется Она - жизнь перестает быть прежней.

+6

2

Мир только кажется большим, на самом деле мир довольно маленький. Когда живешь достаточно долго и почти четверть века занимаешься примерно одним и тем же, очно или заочно ты знаешь почти каждого кто занимается примерно тем же самым. Вот и весь секрет, в конечном счете не так много людей берутся улаживать мистические дела. Хотя Фемке привыкла улаживать дела по ту сторону Атлантического океана, поездки в Канаду на самом деле не были такой уж и редкостью. Впрочем, в старом свете ей сейчас были крайне нерады, это и заставило её перебраться через океан в средней руки городок где-то на просторах Британской Колумбии.
Она никогда не встречала Саймона Блэквуда, у неё была только потрепанная визитка и заверения старого друга о том, что «ему можно доверять». Пожалуй, следует уточнить, что есть дела, в которых не следует доверять никому, порой, даже самой себе.
Генриетта встретила её декабрьским снегом и холодным ветром. Фемке относилась к тем людям, кто считал, что снег хорош в двух случаях на Рождество и когда нужен хороший повод, чтобы не явиться на воскресный обед к родителям, а здесь он, похоже, собирался лежать всю зиму. Она шла бодрой походкой по старым улочкам исторического центра подгоняемая в спину суровым северным ветром. Детективное агентство «Черный лес» гласила вывеска на старом кирпичном офисном здании, расположенном по адресу Пакрк-лейн 34. Она толкнула дверь и оказалась на первом этаже. Ни консьержа, ни справочного окошка, лестница и набор ни то кладовок, никто служебных помещений. Ей не оставалось ничего кроме как проследовать на второй этаж и толкнуть еще одну тяжелую дверь красного дерева, оставшуюся видимо, еще от предыдущих владельцев здания.
Внутри помещение оказалось светлым, много пространства, стекла и цвета, как это принято сейчас функциональный минимализм. Впрочем, вот именно такая переделка исторических зданий это, пожалуй, печальней всего. Пожалуй, историческому кварталу, и старому кирпичному зданию с раздвижными рамами следовало бы оставить интерьер в духе старых детективов пятидесятых, впрочем, против прогресса не попрешь. Первым человеком, попавшимся ей на глаза, оказался высокий мужчина, с таким ростом, знаете ли, трудно оказаться незамеченным, шесть с половиной футов, то есть почти два метра (черт бы побрал Канаду и её метрическую систему) он возвышался корабельной мачтой среди рабочего пространства. Раз уж неизвестный ей Саймон Блэквуд не удосужился обзавестись приемной и секретарем на входе, этот бухенвальдский крепыш тоже вполне сгодится.
- Милочка, где я могу увидеть Саймона Блэквуда? – поинтересовалась Фемке еще раз с любопытством смерив незнакомца взглядом.
«Никак не меньше 6,5 футов».
Она еще раз огляделась по сторонам в поисках столика на котором могла бы подписать визитную карточку. Такого разумеется не обнаружилось.
«Американцы» - женщина ухмыльнулась, строго говоря канадцы, но это не имело для неё принципиального значения, Канада в конце концов тоже в Северной Америке.
Достав из кармана заранее приготовленную карточку, она шагнула к незнакомцу, жестом фокусника выудила у него из кармана ручку:
- Позвольте.
Приложила к стеклянной перегородке и нарисовала две буквы «p.p» в правом нижнем углу, на обороте написав одно слово «работа». И гордо вручила импровизированному «секретарю» прямоугольник плотной бумаги с надписью «Фемке Марлоу» простым типографским шрифтом.
- О, точно! – невозмутимо добавила Марлоу засовывая ручку обратно в карман её хозяина.
Она встала, уперев руки в бока, всем своим видом предлагая незнакомцу метнуться бодрой рысью в поисках шефа, в конце концов у неё не весь день свободен.
- А можно все же как-нибудь побыстрее, - уточнила женщина, видя, что незнакомец несколько не торопится.
На шум появился, прихрамывая, третий фигурант истории, еще один парень не меньше 6 футов. Что же, похоже в этой конторе не должно быть проблем с вытиранием пыли на верхних полках.
Фемке огляделась в поисках вешалки, с такой расторопностью персонала визит обещал затянуться. Таковой в обозримом пространстве также не оказалось. Женщина вздохнула поставила сумку на пол, сняла пальто и вручила его вновь прибывшему. В конце концов, должна же и от него быть какая-нибудь польза.
- Благодарю!
Недолго думая, нелегкая принесла четвертого, из-за перегородки отделявшей ни то комнату отдыха, ни то кухню появились следующие 6 футов, на этот раз с квадратной челюстью и по-детски удивленными глазами.
- Хорошо, вы можете выйти и посмотреть на меня всем офисом, - милостиво разрешила женщина.
- Но я всё же хотела бы увидеть Саймона Блэквуда, - имя она повторила помедленнее, в надежде что кто-то из новичков окажется сообразительнее.
- И нет, цель визита осуждать ни с кем из вас я не буду, - она улыбнулась той самой улыбкой, которая обычно предлагает всем собравшимся проследовать на фиг.

+6

3

В преддверии рождественских праздников детективное агентство из серьезного, ответственного учреждения (которым оно никогда не являлось, но казалось с периодическим успехом) превращалось в начальную группу детского сада во время подготовки к утреннику: Арчи и Присцилла в сотый раз обсуждали все тот же, не меняющийся с годами вопрос, стоит ли им на сей раз ставить настоящую елку (которая облетает и заставляет подметать пол в десять раз чаще, но зато является неизменным символом праздника и «вообще, как без елки-то»), Марси с Орфеем развешивали по всему периметру гирлянды, мишуру и шарики, достав из кладовой коробку с игрушками и по полчаса зависая над каждой, пытаясь вспомнить, каким образом она попала в «Черный Лес» и то и дело теребя старожилов с просьбой выдать им подробный отчет. Саймон,  верный себе, мрачно восседал в своем кабинете, проверяя годовые отчеты сотрудников и составляя сводные базы данных, а его приемная дочурка, с недавних пор несколько умерившая свой крутой нрав и переставшая устраивать истеричные сцены на каждом шагу (чему были причины, но о них еще рано было говорить) с кислой миной отправилась перерывать архив, располагавшийся на другом конце города, - итоговые сводки всегда напоминали написание не то мемуаров, не то докторской диссертации, хотя никто, кроме, наверное, самого главы агентства, не понимал, зачем это нужно.
Рэйвон проводил дни в своем привычном режиме, выполняя крайне важное и трудоемкое дело: следил, чтобы все остальные работали, а не маялись дурью, из-за чего традиционный утренний обход затягивался, потому что приближение Рождества прокатывалось по  этой лесной чаще поистине оглушающей волной, превращая даже самых отъявленных трудоголиков вроде Анны в мечтательных романтиков,  обсуждающих друг с другом самый лучший рецепт имбирных пряников или платье для корпоратива.  Как следствие – ему приходилось  задерживаться возле каждого такого «островка безумия», наставляя своих заблудших овечек на путь истинный (что получалось у него не так чтобы  хорошо, потому что и в этом деле процесс доставлял ему большее удовольствие,  чем результат). Естественно, если бы на горизонте замаячило стоящее дело, и он, и его подопечные вернулись бы в обычный рабочий режим, но все гипотетические преступники, очевидно, тоже были заняты подготовкой к праздникам, и их куда больше занимала необходимость  запастись подарками для  друзей и родни,  чем желание творить свои темные дела.
Поэтому, когда внезапно распахивается входная дверь, и на пороге появляется статная величавая фигура, никто не оказывается к этому готов, - лишь Фэйт,  машинально уловивший легкое дрожание общего ментального фона, инстинктивно оборачивается как раз в тот момент,  когда изящная дамская ножка ступает на территорию «Леса».
- Тихо! – вполголоса прикрикнул он на оживленно обсуждающих уже лучшие рождественские фильмы сотрудников и направился к вошедшей, чтобы как-то скрасить возможное впечатление от всего  этого балагана, но, то ли у него это тоже не особо получилось, то ли их гостья в принципе привыкла сразу рубить с плеча,  - ничего спросить он не успевает, как она уже пригвождает его размашистым небрежным вопросом, а пока детектив пытается сообразить, действительно ли это было обращение к нему и насколько приемлемым с его стороны будет немедленно отбрить подобную наглость, дамочка уже  энергично завладевает его ручкой и что-то размашисто пишет на визитной карточке, вручая ему свое творение с таким видом, как будто предъявляла,  как минимум, пропуск в Белый Дом.
Рэйвон машинально опускает глаза на надпись и изгибает бровь.
Это должно что-то мне говорить?
- Добрый день, леди,  - это «леди» вылетает у него совершенно непроизвольно,  но почему-то сразу прилепляется к неведомой Марлоу, как неотделимая тень. Весь ее образ отдает чем-то экстравагантным и самоуверенным,  - а в агентстве  этим обычно грешил сам Фэйт,  так что подобные заявления его одновременно и возмущали, и невольно восхищали, но последнее он пока ощущает едва ли на сознательном уровне. Поэтому колдун выдает одну из своих фирменных улыбок, из тех, что выглядят ослепительно-вежливыми,  но вместе с тем – режут как бритва прямо по напыщенному самомнению собеседника:  - Что конкретно вас привело к нам?
Поправочка: должны бы резать.
Потому что Фемке, кажется, вовсе не слышит его вопроса, сгружая пальто на любопытного волка, сунувшегося поближе посмотреть на эту сцену, а дальше они уже, конечно, привлекают всеобщее внимание,  - и в любой другой ситуации Рэйвон сам бы ехидно  заметил,  что они ведут себя как дети в цирке, но сейчас, когда  это делает посторонний, мгновенно ощеривается, мрачно смерив женщину взглядом и скрестив руки на груди.
Ну уж нет, так просто ты дальше не пройдешь.
- Разрешите полюбопытствовать, - звенящих холодом ноток в его убийственно вежливом обращении хватило бы не на одну Антарктиду, - с чего бы такая радикальная позиция? У вас дело государственной важности? Не волнуйтесь, необходимую  анонимность мы вам гарантируем.
Тем более, что свое имя она уже швырнула в них, как гранату со сдернутой чекой.
«Корхонен, прекрати стоять столбом и повесь это уже куда-нибудь»,  - колдун позволял себе переходить на подобные ментальные приказы только если очень  уж не  хотел говорить вслух при клиентах, и сейчас его мысленный голос буквально вибрирует от ярости. – «Ривер… просто не пялься как идиот!»

+6

4

[indent] Рождество пахло сильно, порой, с ног сбивая. Корицей, имбирем, миндалем, порохом. Жженной проводкой, старым стеклом, елками и покупками. Горячим вином и золотистой корочкой курочки из духовки. Дома, там, где была тетушка Марлена, Рождество всегда имело запах калакукко. И Эф, вообще-то рыбу не любивший от слова «совсем», скулить готов был, точно щенок, едва ощущая в воздухе тонкий аромат окуня морского, бекона и ржаного теста. Он в этом году сам попытался приготовить, точно следовал рецепту, присланному заботливой тетушкой, но все одно вышло как-то не так. Может, от того, что вкуснее он был, когда делишь его с семьей, желательно – большой и шумной. И эта теория определенно требовала подтверждения, маня из кухни агентства, поддразнивая прорывающимися сквозь плотную упаковку. Но пока было не до того.
[indent] В агентстве пахло –чуть больше, чем обычно– легкой придурью. Ну и пылью, ведь никто за год прошедший ни разу не удосужился перетряхнуть гирлянды, протереть елочные шарики и прочие украшения, что именно сегодня были торжественно извлечены на свет Божий да электрический, перебуроблены и допущены до своей великой миссии – создания довершающего штриха в праздничную атмосферу агентства. Пока старшее руководство решало вопрос этичности и необходимости установления елки как главного атрибута праздника, Орфей с Марси, негромко переговариваясь, украшали все доступные ля того поверхности – куда гирлянду на скотч садили, где мишуру обматывали выступающие части шкафов, а куда и пытались приладить елочные игрушки. Игрушки, кстати говоря, были весьма примечательные, уж Корхонен в этом разбирался: подобные винтажные он видел в коллекции Кристофера. За такими игрушками всегда следовала особая история, вот только добывать ее приходилось с боем, что несколько осложняло задачу путем сползания в отвлеченные дискуссии. И вот на одной из них, начавшейся со стеклянной белочки, но ныне звучащей то как рецепт самого лучшего праздничного пирога, то как топ-10 самых лучших рождественских фильмов, в размеренный и привычный лесной гвалт ворвалось нечто.
[indent] Нечто вошло уверенно, оглядело присутствующих таким взглядом, что по спине сидящего на верхней ступеньке стремянки Орфея массово дружной толпой промигрировали мурашки. Он эту породу людей с первого взгляда узнает – вошедшая женщина, а это точно была женщина и даже Леди, неуловимо напоминала младшую сестру отца. Только от той хотелось сваливать сразу, едва в воздухе повисал аромат морской воды да пороха, а здесь, когда запахло бергамотом и табаком… Не удержался волк в нем, пошел следом за вышедшим вперед колдуном, осторожно пробуя воздух на вкус. Поговорку про любопытную кошку он если и знал, то к себе не относил определенно.
[indent] Пальто он поймал на лету инстинктивно да так и застыл, не понимая, собсно, а какого черта в его руках делает эта тряпка, убойно пахнущая тем самым фоном, что выманил его из недр офиса навстречу колким замечаниям и назревающему конфликту. В том, что конфликт будет, он уже даже не сомневается:  у Рэя поза такая, да и нос улавливает усиливающийся запах костра – вполне себе рабочие такие приметы, он их за прошедшее время выучить успел наизусть. Сейчас бомбанет,- лишь успевает мелькнуть в мыслях, но тут же прерывается. Эф морщится, чувствуя присутствие чужое в голове, а потом и приказ слыша – кому вообще может по кайфу быть, когда в башке собственной кто-то едва не рычит. Но этот рык в чувства приводит, скидывает накатившее оцепенение, позволяя обойти незваную гостью большим кругом, словно зверя опасного, глаз не сводя, лишь чудом каким-то не врезаясь в шкаф для верхней одежды посетителей. Ему не по рангу вмешиваться в разговор –волчье в нем четко чувствует иерархию да собственное место– а вот чужачка уверенно двигает окружающих по этой лестнице, в прямом метафизическом смысле локтями раздвигая, пусть и говорит не так уж много, сказанного более чем достаточно. А в голову уже роятся предположения, что ж это за леди такая, которой шефа вынь да предъяви вотпрямщас и на блюдце с голубой каемочкой. Неужто, кто из спецслужб «примитивных» заинтересовался их деятельностью? Так вроде не сильно они светились в последнее время, не к чему привязываться. Эф вопросительно смотрит на Фэйта, молчаливо спрашивая. Вот только вопрос даже мысленно не формируется во что-то кроме смутного ощущения офигевания и беспокойства.

+5

5

Чем ближе к Рождеству, тем больше мир становится похож на большую, богато украшенную коробку с подарками. Все украшения, те мелкие вещицы, которые обычно лежат в по-особенному пахнущих и звучащих коробках извлекаются наружу и занимают каждую доступную поверхность.
Арчи в дни украшений ведет себя страннее, чем обычно – любое случайное прикосновение к гирлянде, шарику или даже оставшейся с прошлого года обрезку шуршащей оберточной бумаги сбивает его с ног волной по-детски искренних радости и восторга, нетерпения людей, ждущих самый особенный и самый волшебный праздник.
Так что, Ривер, и без того не слишком привязанный к земле, в рождественские дни становится рассеянным просто беспредельно и сияет при этом так, что окружающие начинают жаловаться, что еще немного и своим искристым восторгом Арчибальд выколет им глаз. Одного его в это время, разумеется, никуда не выпускают.
Два года назад медиум вышел выбросить мусор и потом три часа в одной футболке искал хозяев какой-то «очень несчастной собачки». На позапрошлое рождество он по дороге на работу встретил цыган и выпросил себе выходной, чтобы обойти вместе с ними весь город и к вечеру остаться у черта на рогах без кошелька и телефона. В прошлом году он отошел от Орианы, с которой они ходили по магазинам, буквально на минуту и отправился в какую-то глухую деревню, чтобы помочь пожилому господину доставить подарки и вернулся домой с просто невероятным количеством солений и варений, которые захватили его холодильник и все соседние (читай – холодильник Рэйвона, чему тот почему-то не обрадовался). Но это – крупные случаи, которые поминаются друзьями с поучительными интонациями и «ну-это-же-арчи»-взглядами, а была еще тысяча мелких, потому что под Рождество Ривер становится восторженным, как маленький ребенок. И как маленький ребенок же опасным – если его вдруг не видно и не слышно, значит, что-то уже случилось.
В этот раз все проходит более-менее мирно: следуя дальновидному указанию даже близко не подходить к коробке с украшениями, медиум устраивается неподалеку от украшающих, и, вооружившись ножницами и стопкой цветной офисной бумаги обещает вырезать самые невероятные снежинки, звездочки, фонарики. Потому что, хотя до праздника целых две недели, до него всего две недели! А значит, самое время проникаться настроением!
Выглядит вся эта бурная и очень важная деятельность, конечно же, как совершенный балаган – работники Блэквуда перекрикиваются через офис советами и указаниями, пытаются беседовать все сразу, перешучиваются и не поддаться атмосфере детской радости просто невозможно.
К тому же, работы у них сейчас почти нет.

Поэтому, когда хлопает тяжелая входная дверь и Рэйвон, который, по собственному заявлению, до этого был занят тем, что «руководил процессом», командует: «Тихо!», сотрудники замолкают не сразу, да и то больше от любопытства, чем реагируя на непривычно тихую строгость. (Они уже, честно говоря, и крики Фэйта игнорировать научились).
Женщина, остановившаяся у входа в агентство живо напомнила Арчи миссис Голдштейн, Присциллу и Рэйчел-в-самом-плохом-ее-настроении. Такой тип женщин. Для которых мир не просто прогибается, а в узел завязывается, если леди изъявляет такое желание. Он откладывает ножницы и бумагу, рассеянно собирает с колен обрезки, но бросает на половине и быстро поднимается на ноги, когда слышит интонации друга: Трещит.
Когда он подходит, Орфей уже моргает поверх брошенного ему в руки женского пальто, а гостья смеряет взглядом медиума:
– Хорошо, вы можете выйти и посмотреть на меня всем офисом, – Разрешает она и Ривер не может удержаться от широкой улыбки. Это странным образом напоминает ему о Ванкувере и манере разговора людей на приемах, на которые его водила Рэйчел. Эта мысль тянет за собой другие, не такие оформленные, но наполненные общим ощущением от такой манеры разговора, от которой у Арчи постоянно оставалось ощущение, будто он слышит одно, а говорят ему на самом деле другое. Удивительные люди!
«Ривер… просто не пялься как идиот!» – Шипит в его голове Рэйвон, и медиум отмирает, моргая и бросая взгляд на друга. Воздух буквально искрит от колючек, и это совершенно, абсолютно лишнее в такой чудесный предрождественский день, когда ругаться вовсе не нужно, ведь ни повода, ни причины нет. Стремление смягчить углы включается быстрее мысли.
Арчи вежливо кивает и с улыбкой произносит, обращаясь к гостье:
– Здравствуйте! Рады видеть вас в Блэквуде.
Говорить социальные банальности с такой искренностью, что у собеседника не остается сомнения в том, что Ривер имел в виду каждое слово – его особый не очень секретный навык, которому, порой, уладить конфликт в самой завязке.
После этого он легко касается локтя друга и мягко предлагает, кивая на визитку в его руках:
– Я могу отнести карточку мистеру Блэквуду, – он все еще называет шефа так, по детской привычке.

+5

6

-Арчибальд Джесси Ривер, в этом агентстве елка будет только через мой труп! Поэтому выбирай, либо я, либо мертвое дерево! - заключительный аргумент развел оппонентов по разным углам ринга: медиум начал возиться с разноцветными бумажками (убери потом за собой!), а Присцилла отдала предпочтение нежному и пряному капучино в комнате отдыха. Ленивым взором оглядывая суетящийся, но совершенно неработающий персонал, ведьма отдалась во власть праздным мыслям, прикидывая, что же все-таки купить в подарок дочерям и какой из них испортить праздник своим визитом в этом году. Переполох наполнял помещение духом Рождества, все больше и больше отдаляя молодежь от рутины будней, создавал волшебство без магии и улыбки без повода. Дата на календаре рождала больше эмоций, чем было положено черно-белым цифрам.
Сцилле было приятно наблюдать за расцветающим офисом, заискрившимся будто бенгальский огонь или гирлянда на елке. Одна только улыбка вышеупомянутого Ривера стоила тысячи румяных красно-зеленых свечек. Единственным, кто "будто бы" сохранял рабочую атмосферу, был Рэйвон, но для его кабинета Ховард уже припасла небольшое украшение для легкой встряски. Даром, что к своим годам колдунья потеряла всякий интерес к семейным праздникам и давно не верила в чудеса, она была готова тряхнуть стариной и залезть на стремянку, чтобы повесить веточку омелы над кабинетом Фэйта. Впрочем, реализация столь ответственной миссии должна была лечь на плечи Орфея или Арчибальда, как только Рэйвон закончит променад по агентству и вернется к себе.
Мимолетом взглянув на увлеченного оригами Ривера, Присцилла мягко улыбнулась: заеду после работы и куплю еловых веток. Пусть мальчик порадуется. Выкину их к чертям собачьим, как только кончится Рождество /// Надо заставить Саймона выделить финансы на новые украшения, на эти смотреть страшно и показать стыдно. Кажется, он их покупал, как только открыл агентство.. Сколько можно хранить старый хлам...
Шум около входа разорвал течение мыслей. Аккуратная бойкая женщина с хищным лицом производила слишком много шума и привлекала слишком много внимания для своего возраста, а значит, она чего-то стоила. Распаляющимся Рэйвоном уже было никого не удивить, но вот тот факт, что Орфей смиренно и испуганно поглядывал на Фэйта, говорил о многом. К сожалению, Сцилла пропустила часть разговора, но в целом была довольна зрелищем. Бесцеремонно стащить у колдуна ручку, принудить гримма повесить пальто, будто послушную комнатную собачку - если бы это сделали не с её мальчика, Ховард бы прониклась уважением к незнакомке. В "Черном лесу" же никто и ни при каких обстоятельствах не имел права таким образом обращаться с сотрудниками.
Вполне ожидаемо трое мужчин не смогли справиться там, где было достаточно одной женщины. Отставив чашку в сторону, Присцилла нырнула в гущу событий через спины ребят, мягко отведя Арчибальда за плечо, - Душа моя, ни к чему тревожить Саймона, - тепло улыбки коснулось нескладной тощей фигуры медиума и сразу рассеялось, стоило взгляду скользнуть по незнакомке, - Добрый день, меня зовут мисс Ховард, секретарь мистера Блэквуда, - сухая, энергичная, самоуверенная. удивлюсь, если никого до сих пор не убила, - Как сказал наш главный детектив, мистер Фэйт, по вопросам мистических и загадочных дел Вы можете обратиться к любому из сотрудников, если вы желаете переговорить непосредственно с мистером Блэквудом, то встреча назначается заранее по предварительной записи через секретаря по нашему телефону, который Вы можете найти на визитке агентства, - правда элегантно грассировала где-то посередине: сегодня у Саймона не было особо важных встреч, а сейчас он и подавно занимался чем-то у себя в кабинете, хотя по традиции все по-настоящему существенные занятия в договорном порядке фиксировать через Сциллу. Просто, в Рождество их было не так много.
Из внутреннего протеста и недовольством манерой поведения напыщенной дамочки, Ховард принципиально не собиралась пускать её на порог кабинета шефа сегодня. Правила поведения  на этой территории заслужил нарушать только Рэйвон, если незнакомке требуется это право - пусть докажет, - Если вы сообщите мне удобное для вас время, чтобы прийти в следующий раз, мистер Блэквуд примет Вас без промедления, - ледяные воды спокойных и отвратительно-вежливых ноток в голосе Ховард значительно, как не парадоксально, повысили уровень напряжения в скромной прихожей, грозя закопать под снежной лавиной любого, кто посмеет спорить с их обладательницей.

+5

7

- О! – Фемке подняла вверх указательный палец и обернулась машинально глянув на дверь. Впрочем, нет, Саймон Блэквуд занимался мистическими делами что-то около 30 лет, а стоящий перед ней мужчина был в два раза моложе, чем следовало, чтобы иметь такой опыт.
Она чуть склонила голову на бок и улыбнулась.
«Конфиденциальность», – мысленно поправила женщина.
«Какую к чертям анонимность, учитывая мою визитку в твоих руках?» - слова требуют точности. Неточности загубили больше переговоров, чем неразумные требования и упрямство вместе взятые. Впрочем, спишем на недостатки современной системы образования.
- Конфиденциальность, мой дорогой, – Фемке специально выделила первое слово - будешь гарантировать, когда вон на той вон двери – она указала пальчиком на вход - появится твоё имя.
- Но перед этим, настоятельно рекомендую, всё же выяснять чего хочет клиент, прежде чем чего-нибудь гарантировать. А то может быть я хочу взорвать парламент, - она усмехнулась, в конечном счете, мало ли кому слава Гая Фокса спать спокойно не дает. Ей случалось с такими работать.
- Неловко получится, ведь ты уже пообещал, - играть словами было забавно, мужчина считал себя если не первым, то как минимум вторым человеком в агентстве. Ему будет полезно. Переговоры не важно с террористами, деловыми партнерами или даже с супругом на кухне о мытье грязной посуды, предполагают, что ты держишь данное слово. Всегда, что бы ни случилось. Именно поэтому Фемке крайне не любила обещать, гарантировать и вообще бросаться подобными словами.
Самый цирк начался, когда незнакомец появившейся из-за перегородки третьим попытался всё сгладить и забрать у самого высокого парня её визитку.
Не стоит посылать мужчин делать женскую работу, это факт, причем очевидный, как и то, что появление элегантной женщины представившейся мисс Ховард (хоть кто-то догадался) было весьма кстати. Помимо прочего она представила и двухметровую «мачту».  До чего главный детектив сам не додумался, впрочем, как и до того, чтобы прочитать имя на протянутой визитке вслух, как и подобает в подобных случаях. Люди вообще предпочитают иметь дело с теми, с кем знакомы хотя бы пару секунд.
Секретарь держалась молодцом, ловко отбрив все претензии Фемке на встречу с начальством. Кажется, она одна знала эту игру и как в неё следует играть. Вот только назначить встречу с мистером Блэквудом в другое время будет крайне затруднительно, впрочем, чуть позднее та самая встреча вероятно уже не будет иметь смысла.
- Достаточно, - жестом фокусника Фемке продемонстрировала всем открытую ладонь, и повела пальцами как будто собирала в кулак что-то невидимое.
- А теперь по порядку. Начнем с тебя, - она указала пальцем на главного детектива.
- Ты мог перехватить инициативу уже дважды, вместо этого стоишь телеграфным столбом, даешь несуществующие гарантии, допускаешь неточности и бросаешь грозные взгляды на подчиненных. А главное всё еще позволяешь мне "подавать". – она широко улыбнулась, вновь уперев руки в бока, впрочем, не позволить Фемке Марлоу «подавать» порой непростая задача.
- Без обид. Может быть ты конечно и выдающаяся фигура, - последние два слова оно нарочито выделила, - но никто из приходящих сюда, не обязан знать тебя в лицо – она не могла не проехаться на этот счет, в конце концов, этот парень не пытался понять и решить её проблему, он сознательно шел на эскалацию конфликта с одной просто задачей, продемонстрировать, что он тут шишка на ровном месте.
- Дальше, - она повернулась к «счастливому обладателю» её пальто.
- Ты не проверил карманы! Почему это важно? – задала она почти риторический вопрос. Пожалуй, после такого она не могла отказать себе в некоторой театральщине.
- Если бы проверил, нашел бы ключ от мотеля. Это значит, что в городе я либо недавно, либо ненадолго. И денег у меня немного, потому что мотель дешевый, – не торопясь пояснила она, тем голосом, который предполагал, что всем присутствующим следует достать ручку и бумагу и начать записывать.
- Чек за кофе. Я люблю эспрессо. И несколько мятных леденцов, у меня болит горло… впрочем, это к делу не относится – пояснила Фемке, махнув рукой.
- Согласись уже неплохо? – поинтересовалась она у самого молчаливого участника действа.
- О, ты просто прелесть! – она сделала шаг к тому, кого мисс Ховард остановила.
- Но никогда так больше не делай, потому что именно ты разнес репутацию собственного шефа вдребезги. Для начала ты попытался отменить его решение. А потом, вот этим милым жестом, - она коснулась его локтя точно так же, как он коснулся Рэйвона – продемонстрировал, что тот вспыльчив и ты сомневаешься в его умении себя контролировать.
Еще одна древняя как мир заморочка, не имеет никакого значения прав твой ведущий или нет, не имеет значения даже то, что ты сам думаешь по этому поводу. Ты должен поддержать его решение, всегда, а о том, что он несет дичь, и всё что ты думаешь по этому поводу, можно сказать в кулуарах, но не перед лицом клиента.
- Мисс Ховард, вы великолепны! – Фемке подмигнула женщин появившейся последней. Её административное упрямство было вполне понятно. Разумеется, не был Саймон Блэквуд так уж категорически занят, тем более накануне Рождества. Это богадельня не производила впечатления самого популярного места в городе, а учитывая, с каким воодушевлением все выскочили на неё посмотреть, можно было сделать вывод, что собравшиеся откровенно бездельничали в преддверии праздников.
- Но вы не можете прибирать за ними постоянно. Так что ребятам пора научиться выкручиваться самим! – закончила Фемке разбор полетов.
- Фемке Марлоу, - представилась она.
- Ну что? Кто всё еще считает, что мне не о чем поговорить с Саймоном Блэквудом? – поинтересовалась женщина. Весь фокус, пожалуй, заключался в том, что «Черный лес» единственная в Генриетте, а может быть и во всей Британской Колумбии контора, которая занимается именно тем, что ей нужно. А Саймон Блэквуд вполне вероятно, единственный человек, которому она может доверять. И никакой суррогат в лице Рэйвона Фейта её не устроит.
И, пожалуй, даже самой Фемке Марлоу было бы интересно посмотреть, что, черт побери, будет дальше. Удастся ли ей переупрямить Присциллу Ховард и встретиться в конце концов с Саймоном Блэквудом, но тут как в плохом анекдоте ситуация начала стремительно меняться. Для начала в офисе погас свет. Зима в Канаде не богата на солнечные дни, поэтому офис погрузился в полутьму.
- О! –удивилась женщина. Это самое «О» обычно не предвещала ничего хорошего.
«Началось на ферме лето!» - только и успела подумать она, как дверь агентства снесло с петель под действием чьего-то довольно мощного пинка, и в помещения ввалилась дюжина людей в камуфляже с замотанными черной тканью лицами и автоматами Калашникова наперевес. Вот уж что что, а АК-47 шутка универсальная, по обе стороны Атлантики в северном и южном полушарии, люди всех национальностей, цветов и вероисповеданий имеют неприятную привычку тыкать друг в друга именно этим оружием. Оперативно распределившись по офису вошедшие взяли на прицел так удачно собравшуюся в опен-спейсе компанию.
Стоявший прямо перед Фемке, мужчина в форме без опознавательных знаков размотал ткань на лице и сверкнув глазами поинтересовался:
- Chere dei? – «где оно?». Вот сейчас было бы самое время сделать вид, что Фемке ни слова не понимает на пушту. Вот только на пушту она понимала, как и что такое это самое «оно». Трудно много лет вести бизнес и не нажить себе ни одного врага. Впрочем, самое смешное заключалось, пожалуй, в том, что бравые афганцы со своими АК и зверскими рожами не имели никакого отношения к делу, которое привело её в Генриетту. И являлись, как в фарсовой комедии всего лишь неприятным стечением обстоятельств.
Фемке пожала плечами и продемонстрировала пустые ладони, в знак того, что этого самого «оно» у неё нет, да и быть не может. Вещь была куплена на заказ, кто же знал, что внук старейшины афганской деревни представления не имел об истинной ценности шкатулки, стоявшей в его доме. Марлоу его даже особо уговаривать не пришлось. Гордые горцы весьма уважают портреты мертвых американских президентов.
- Ой, а давайте из уважения ко всем присутствующим говорить по-английски,
- предложила женщина, за что сразу же получила по лицу наотмашь.
«Вот что за люди!» - подумала Фемке вытирая кончиком большого пальца кровь с рассеченной губы.

Отредактировано Femke Marlow (2018-01-14 19:20:09)

+4

8

[indent] В волчьей стае, если верить каналу Дискавери, битвы за место вожака явление такое себе. Его нельзя назвать особо частым, но все-таки оно случается. А уж коль случается, то могут –и бывают- летальные исходы. Орфей чуял – они сейчас на пороге. Еще секунда и начнется бой на поражение. Чуйка, конечно, оказалась права: после явления народу примирительного Арчи, что за спиной чувствовался запахом печенек и солнечного света, после мягкого, но непреклонного вмешательства Сциллы последовал ответный удар. Такой, что Эфу оставалось только титаническим услилием воли сдержаться, дабы не закатить глаза выражая далекие от почтительности эмоции, обуревавшие его в этот миг. В конце концов, его воспитывали в приличном месте приличные люди, что не очень бы одобрили проверку карманов незнакомой женщины неопределенного статуса – не то проверки, не то клиентки. Впрочем, в случае первом, наиболее вероятном, коль судить по поведению, они уже провалились. Конечно, кроме Сциллы. Та, как всегда, была на высоте в лучших традициях аристократической межстрочной войны. Орфей себе редко в этом признавался, но его завораживали подобные словесные баталии. Так было принято общаться у Офелии и Айвора в минуты обоюдного веселья и тренировки ради, но его самого в такие змеиные игрища не брали – слишком уж пряма и безыскустна была его речь. «Честна», утешающе говорил Сакари, хлопая по плечу. Впрочем, долг его и предназначение были в ином.
[indent] Так уж исторически сложилось, что воспитанием маленького Орфея мама не занималась хотя бы просто от того, что вообще в воспитании сына своего не участвовала, ввиду своего отсутствия. Когда-то это было до алых мушек перед глазами обидно. Ему хотелось, как и каждому ребенку, в его положении находящемуся, настоящей нормальной семьи. Такой, чтоб папа читал газету на кухне, по воскресеньям гонял с ним мяч на заднем дворе, а мама варила суп и звала его помогать на кухне. Тому сбыться была не судьба. И, если раньше он бы только поморщился, думая об этом, то сейчас рад был – именно подготовка отца, учителя им нанятые в свое время, сыграли решающую роль в формировании той модели поведения, что составляла его, орфеевскую, обязанность главнейшую в рядах «лесовиков» : если происходит говнище – первыми спасай женщин, детей и прочих, не умеющих постоять за себя в бою. Не зря, что ли, во время собеседования особо начальство будущее внимание акцентировало не на недополученное образование, а на курс молодого телохранителя. А еще хорошо, что дверь на кухню была приоткрыта.
[indent] Сначала случилась тьма. Не настоящая Тьма, что порою обитала в подвалах Корхоненов и прочих ведьмовских родов, когда-то практиковавших ту часть магии, что принята теперь как незаконная, не Тьма, живущая на сотни-тысячи жизней в лесу, а так, серединка на половинку, полутьма в городе, полном фонарей, дребежащая разболтавшейся подвеской старенького Форда Англия, проезжающего под окнами. Полутьма как предвестник беды была вполне обыденным явлением, заставляющим Орфея перестроиться, перекроиться в миг, сгорбить спину, делая шаг за ту грань, что разделала бытность его как человека и как зверя. Шаг, но не больше. Это было бы неуместно и неудобно. Он почуял чужаков, с железом в руках и потом под бронежилетами за пару секунд до того, как ворвались они в офис. Они были людьми или хотели ими казаться – скорость движений и реакций, отсутствие дополнительных явных меток-ароматов. Будь работники «Леса» людьми, все могло бы кончиться так и не начавшись особо. За время, которое нежданные вооруженные гости преодолевали коридор, размахивались, дабы эффектно снести дверь с петель и перешагнули порог, Корхонен уже в один прыжок преодолел расстояние, разделяющее его и остальную команду.
[indent] У него, общим счетом, было две задачи: прикрыть от шальных пуль основной состав, не могущий с данными чудесами человеческой смертельной индустрии справиться самостоятельно, да убрать их образом таким, чтоб не попали под обстрел уже дружеский. То, что он будет, Орфей не сомневался ни мгновения. Да и как можно, когда твое непосредственное начальство самый всамделишный боевой маг, о котором с почтением отзывался даже Ришарт. Вот только сделать это он не успел – люди все-таки ворвались в помещение раньше, наставили пушки. Характерно – на гостью в большинстве своем. Ну кто бы сомневался.
[indent] Порой Орфея удивляло сколь остро люди определенного склада реагируют на вид крови. Он понимал подобное у вампиров, то было их природой вольной или невольной, но люди! Некоторые люди до странного охотчи до алых капель. Многие особо неравнодушны были, коль кровь та принадлежала женщине. Корхонену то было не понятно и неприятно, но несказанно на руку: тот, что держал на мушке его, Арчи и Сциллу –верно им меньше внимания уделили в силу откровенной безобидности двух последних– повелся, скосил взгляд на вожака, ударившего прикладом Миледи. Гримму много времени и не требовалось: координация действий происходит великолепно, коль в команде есть телепат. Волк рванул вперед, подныривая под дуло, рукой одной отводя руки опешившего вояки с зажатым в нем автоматом, второй же, ударяя в солнечное сплетение не столько с целью причинить максимальный урон, сколько толкнуть на удачно стоящих ровнехонько по траектории полета молодчиков. Он бы мог кинуться в драку дальше. Мог бы шагнуть в зверя сильнее, вцепиться, порвать как того хотелось жадному до крови внутреннему. У него хватило бы сил. Вот только ума все-таки было чуточку больше и возникшей сумятицей он мог воспользоваться куда лучше.
[indent] Откровенно говоря, варианта было два. Быстрее было бы перевернуть стол и спрятать коллег за ним. Быстрее, но не надежней. Столы, к сожалению, не были бронироваными и даже не обладали толстой столешницей, так что одна-единственная очередь и… Впрочем, второй вариант был чуточку лучше – швырнуть подопечных на кухню. Возможно, ушибутся, но там все-таки была чуть более толстая дверь, можно было не стоять под пулями, а так же имелось окно с пожарной лестницей. Однако не было уверенности, что на этой самой лестнице не поджидает дружок ворвавшихся иностранцев. Риск был немалый, но все-таки чуть меньший, чем у стола.
[indent] Разумеется, мысли эти мелькнули у него столь быстро, что больше смахивали на инстинкт или же интуицию. Он, кажется, толкнул Ривера чуточку сильнее, чем рассчитывал, но уж лучше извиниться после лично, чем посмертно. Сцилле повезло больше, но идеальной чистотой костюма и она боле не могла похвастаться. Орфей, прыгнувший следом за коллегами, быстро оттянул их вглубь помещения, краем глаза фиксируя отсутствие в окне посторонних.
-Не лезть. Не пускай,- у Корхонена с речью, когда на грани, совсем тяжко даже против обычного. Говорить удается односложно, но удается. Сначала – смотря в глаза Арчи, потом уже Сцилле, как более ответственной и опытной. Кивнуть на приоткрытое окно. И уж потом попытался потянуться мыслями к Рэю, не особо, впрочем, надеясь на успех,- Нужен?

Отредактировано Orpheus Korhonen (2018-01-26 16:12:29)

+4

9

Реплики их гостьи острые, как ветви крыжовника: не полезешь – не уколет, но даже случайного прикосновения достаточно, чтобы оставить длинную, жгучую царапину. Арчибальд растерянно моргает, а потом с кристальной четкостью понимает, что произошло: мир предрождественской суеты, комфорта, «своего пространства», в котором он находился, не совпал с реальным. В который раз. Иногда такие расхождения проскальзывали безболезненно, исчезали незамеченными, а иногда, ну… Вот так.
Ривер поджимает губы, проглатывая рефлекторное «Но я не…» и делает шаг в сторону, чтобы не мешать Сцилле. У провел в доме отчима достаточно времени, чтобы накрепко усвоить: не важно, что его намерения были безобидными или самыми хорошим, важно то, что он в итоге сделал. А еще – если не уверен, что можешь помочь, отойди и дай работать тем, кто знает, что делать. Рэйвон и Сцилла, конечно, знали. Арчи доверял им безраздельно.
И, что важнее, чтобы почувствовать ярость, расходящуюся от колдуна волнами, не нужно никаких особенных способностей. Арчибальд никогда толком не умел справляться с направленным на него неудовольствием, что-то в самой его сути начинало кровить и болезненно биться, если он вдруг оказывался причиной чего-то «плохого»: раздражения, тоски, обиды. Наверное, именно по этой причине стратегия выживания, которую он вынес из жизни с Голдштейнами гласила – «не смотреть, молчать, выжидать и потом просить прощения». Он всегда старался не совершать одну и ту же ошибку дважды, но список оплошностей, которые может совершить рассеянный юноша, был прямо-таки бесконечным.
Поэтому стремление нести добро, вкусный чай и мир в данный конкретный момент падает до минимума. Ривер не знает, что ему лучше сделать – развернуться и уйти, чтобы заняться своими обязанностями и дать руководству заниматься своими будет невежливо, участвовать в разговоре – куда как хуже. Арчибальд остается на месте, на шипение телепата в собственной голове реагируя нервной улыбкой, которую тот не может увидеть и рефлекторным, заедающим в голове ритмом: «mea culpa».
«Ты просто ходячая зона бедствия, Ривер» – Любила повторять, сцепив зубы, Анна, старшая из его сводных сестер, – «Исчезни, пока ты еще что-нибудь не испортил».
Арчи всегда воспринимал это как руководство к действию.

Когда в офисе гаснет свет, медиум растерянно моргает: в Генриетте бывали перепады электричества, но проводка в задании должна быть в порядке, это одна из первых вещей, в которых Марс удостоверилась, когда устроилась в Блэквуд… Ривер совершенно не готов к явлению вооруженных людей и молча подчиняется, поднимая руки и завороженно глядя на направленное на них оружие. Он, конечно, встречал людей с огнестрелом, но разве кто-то в Канаде носит автоматы?? Люди в масках что-то спрашивают, гостья агентства отвечает и Арчибальд дергается, когда ее бьют по лицу. Бросаться на помощь, разумеется, на самая умная вещь в мире, так что он остается на месте, но и хладнокровно смотреть на жестокость нет никакой возможности.
А потом мир взрывается действиями – все происходит одновременно, и Ривер, честно говоря, не успевает отреагировать на все сразу. В одно мгновение он смотрит на выпрямляющуюся гостью, а в следующее Орфей уже с нечеловеческой силой толкает его и Сциллу в двери кухни. Арчи не удерживается на ногах и ему кажется, что он неудачно о что-то ударяется затылком (стол, стулья?) но оборотень уже тащит их в сторону, в дальний и, видимо, более безопасный угол.
– Не лезть. Не пускай. – Командует Корхонен, отрывистые фразы как маячки подсказывают, насколько он серьезен.
Арчи и так не горит желанием никуда «лезть», он ведь прекрасно отдает себе отчет в том, насколько ‘полезен’ может быть в боевых ситуациях. (Рэйвон несколько лет ему объяснял на красочных примерах уже совершенного идиотизма). Но, кроме этого, он заполошно дышит и конечно же закашливается, горло сводит спазмом от неожиданного стресса. Шуметь сейчас кажется просто отвратительной идеей, ухудшать ситуацию собственной слабостью и подавно, так что первая реакция Ривера – зажать руками рот, подавить, продышать, спрятать приступ, из чего, конечно же, не выходит ничего хорошего.
В качестве профилактической меры к собственной рассеянности, Арчи всегда покупает несколько ингаляторов – как минимум по одному есть у него дома, у Рэйвона, у Орианы, в его столе в агентстве. И еще один Ривер всегда носит с собой, хранит его в правом кармане пиджака. Того самого пиджака, который медиум снял и повесил на спинку собственного стула, прежде чем садиться вырезать снежинки. 
В груди знакомо щемит и тянет, когда воздуха начинает не хватать – еще не критично, но с каждой секундой все сильнее. Как на зло (как всегда!) именно тогда, когда это последнее, что им нужно.

+3


Вы здесь » Henrietta: altera pars » beyond life and death » добро пожаловать


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC