«Ведь Реми ни в коей мере не считает себя социально неловким, нет. Если только иногда ловит за хвост эти дурацкие мысли, что, может быть, пожалуй, ну а вдруг....» читать далее
В этот город идёт много дорог, но никто вам не скажет, что приехал сюда просто из любопытства. Почему же? Всё просто. Этот город окутан тайнами и многовековой историей, которую каждый житель может поведать лишь шёпотом. В этом городе есть Потерянное озеро, где легко можно пропасть и самому. Что-то странное в густых лесах. Зло ходит рядом с добром. Это не простой городок в Канаде. Это Генриетта, и она вас не отпустит просто так.
HENRIETTA: ALTERA PARS
Генриетта, Британская Колумбия, Канада // январь-март 2017.
// LUKE
ЛЮК КЛИРУОТЕР
предложения по дополнению матчасти и квестам; вопросы по ордену и гриммам; организационные вопросы и конкурсы;
// AGATHA
АГАТА ГЕЛЛХОРН
графическое наполнение форума, коды; вопросы по медиумам и демонам; партнёрство и реклама; вопросы по квестам;
// REINA
РЕЙНА БЛЕЙК
заполнение списков; конкурсы; выдача наград и подарков; вопросы по вампирам и грейворенам;
// AMARIS
АМАРИС МЭЛФРЕЙ
общие вопросы по расам; добавление блоков в вакансии; графика, коды; вопросы по ведьмам и банши;
// GABRIEL
ГАБРИЭЛЬ МЭЛФРЕЙ
общие вопросы по расам; реклама; заполнение списков; проверка анкет; графическое оформление;
//

Henrietta: altera pars

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Henrietta: altera pars » beyond life and death » justice


justice

Сообщений 1 страница 9 из 9

1

London Music Works - Protector
http://funkyimg.com/i/2zHev.gif http://funkyimg.com/i/2zHeu.gif http://funkyimg.com/i/2zHew.gif
justice
Michelle Morel, Ravon Fate, Yves Fabre
Октябрь 2016, Генриетта.
Иногда от людей, не ладящих друг с другом, зависит правосудие. Можно ли перестать бодаться и найти компромисс ради благополучия других?

+2

2

Мишель еще пару месяцев назад поняла, что в Генриетте ей придется задержаться. И вся причина заключалась не только в деле Харриет - с ним все пошло гораздо быстрее, чем думала юрист. Просто в этом городе происходило подозрительно много странных событий, в том числе и явно сверхъестественного порядка. И они, что уж скрывать, сильно интересовали Морель.
Потому что там, где творится что-то неладное, обязательно бывают и пострадавшие. А где есть жертвы, там есть и несправедливо обвиненные. И вот уже они входят в круг непосредственных интересов Микки и ее организации. Ведьма точно знает, что несколько удачных дел по выходу на свободу невиновных помогут "Праву на свободу" заработать еще одну порцию хорошей репутации, а значит и повысить шансы на увеличение финансирования и расширение штата. Да, конечно звучит в определенной степени эгоистично, но чем больше возможностей будет у организации Мишель, тем больше дел они смогут отправить на пересмотр.
Сегодня на руках у Микки имелась информация, связанная с одним очень интересным, если можно так выразиться, преступлением. Все данные откопала умница Клер, которую ведьма попросила отыскать что-нибудь интересное для нее - без дела сидеть Морель не любила.
Согласно данным полицейского управления города Уистлер, некая Хлоя Томпсон, проживающая в Генриетте, вечером 10 февраля возвращалась домой от подруги, проживающей в пригороде Уистлера. По пути девушка остановилась на заправке, где своей картой оплатила покупку бензина. По показаниям владельца заправки, было около 8 часов после полудня - выписка с банковского счета подтверждает его слова. После этого Хлоя подошла к автомату по продаже воды и пропала. Камера не зафиксировала момент похищения.
Спустя двое суток Томпсон была найдена идущей по обочине дороги в 10 километрах от места похищения. Девушка была обезвожена, экспертиза показала, что над ней были произведены насильственные действия сексуального характера. От самой жертвы ничего толком добиться не удалось - только психологи вытянули некоторые обрывки воспоминаний, согласно которым было выдвинуто предположение, что жертва была похищена гриммом.
На месте обнаружения хлои работали полицейские с собаками, нюх которых привел следователей к охотничьей хижине Брюса Сойера. Гримма. В доме были найдены улики, подтверждающие прибывание в нем Томпсон. Еще через час после начала работы в хижину пришел и сам ее владелец, сразу же задержанный по подозрению в преступлении.
Брюс Сойер клялся, что не трогал девушку, потому что все это время находился глубоко в лесу и охотился - не как волк, как человек. Однако косвенные улики убедили присяжных в его полной вине - обвинитель хорошо сыграл на их чувствах, Микки сама видела записи с заседания. Адвокат гримма позднее пытался оспорить это решение в суде высшей инстанции, однако его прошение было отклонено.
Как результат, злобный гримм осужден на четверть века, справедливость восторжествовала, а жертва вернулась домой и проходит курс реабилитации.
Однако все друзья, близкие и знакомые Сойера уверены, что он никогда бы не пошел на такое жуткое преступление - характеристики, полученные адвокатом обвиняемого, описывают его как человека спокойного, сконцентрированного на своей семье, которую он никогда бы не подставил подобным образом. К тому же, эксперты показали, что из его ружья было сделано немало выстрелов, а при первом обыске нашли несколько тушек птиц, убитых, как минимум, за сутки до приезда полиции в хижину.
Таким образом на руках у следствия были и улики, подтверждающие слова обвиняемого. Которые были проигнорированы. Поэтому у Томпсона оставалась лишь одна надежда - жертва должна вспомнить, что с ней произошло, и дать показания.
Вот на это и рассчитывала Морель. Путем немалых усилий ей удалось отыскать потерпевшую, которая успела сменить фамилию и проходила реабилитацию под псевдонимом.
Мишель, движимая желанием восстановить справедливость и, совсем немножко, возможностью продвижения своей организации, обратилась за помощью к Рэйвону, который, кажется. знал все и обо всем в этом городе. В кого ни ткни, с тем Фэйт либо дружил, либо враждовал, либо даже спал. В общем, равнодушных к нему в Генриетте не водилось.
- Так что, ты поможешь? - спросила Микки, за чашечкой кофе, закончив излагать суть дела. - Есть у тебя подходящие знакомые? Мне нужно встретиться с девушкой и попытаться поговорить с ней. А если удастся, то и допросить.

+2

3

Рэйвон был из тех, кого можно было назвать истинными сынами Генриетты - родившийся в ней в череде поколений так же ей взращенных, он воспитывался и рос среди ее дышащих магией улиц и перекрестий лей-линий - вырывался из гнезда, увлеченный веянием ветра перемен  - но в итоге все равно возвратился,  даже не думая об ином пути. Он был ее адептом, ее глазами и руками,  носителем ее силы и ее избранником - любимцем, любовником, суженым, навеки повенчанным с каждой из ее теней и тайн. Это  всегда  было чем-то большим, чем обыденная привязанность к месту - Генриетта была много больше территории, ею  занимаемой, много сложнее собственных карт, много глубже своих подземелий и катакомб.
Рэйвон Фэйт всецело принадлежал Генриетте, - и она щедро платила ему за преданность. Все, что он только мог получить от мира, он находил здесь - друзей, врагов, названую семью, жар чужих тел и огонь чувств,  - все это город предоставлял ему с лихвой, преподнося порой и вовсе неожиданные подарки.
В частности, Генриетта никогда не бывает по-настоящему спокойна - здесь все время что-то происходит, что-то меняется и искрит, трещит по швам или возрождается из пепла. Такому, как он, здесь всегда будет чем себя занять, - этот город точно не оставит его без работы.
Вот и в это на удивление мирное утро, когда казалось, что ничто не способно потревожить покой, принесенный на улицы Генриетты золотистой осенью, Рэйвон встречается за чашкой кофе с Мишель Морель, принесшей вести о том, что не все в их любимом городе так радужно, как кажется на первый взгляд. Собственно, они с Микки уже довольно плодотворно сотрудничали именно в таком режиме - встречаясь на перекрестьях дел, требовавших вмешательства детективов, поднимая со дна подводные камни и разворашивая муравейники чужих тайн и грехов.
На сей раз рассматриваемое дело на первый взгляд  кажется совершенно прозрачным - и поэтому у него не возникает ни малейших сомнений в том, что Мишель, скорее всего, права, и это мастерски разыгранная подстава  - слишком уж ладно и быстро сошлись все улики одна к одной: он не первый год трудился на этом поприще и знал,  что настолько четкие зацепки бывают только в кино.
- Действительно, какая-то уж слишком утопическая картина,  - резюмирует он,  закончив просматривать материалы дела, принесенные Морель. - Такое чувство, что этого Сойера вместе со всеми необходимыми уликами просто воткнули посреди расследования, снабдив тысячей мигающих указателей. Свидетелей,  способных подтвердить его алиби, конечно же, нет? - он кивает девушке, перелистывая страницу. - Что насчет ближайших соседей? Никто, ничего? Проверяли дом на наличие других отпечатков или вцепились в следу Томпсон, и на  этом успокоились? Если это был не Сойер  - кто-то должен был привести девушку в хижину, и он явно знал о расписании хозяина. Ты сама кого-нибудь подозреваешь? - он ловит взгляд Мишель и задумчиво кивает на ее выводы. Да уж, непростая ситуация. С одной стороны  - действительно пострадавшая девушка,  которой меньше всего  хотелось бы заново переживать весь ужас случившегося. С другой - еще одна поломанная жизнь и реальный преступник, остающийся на свободе. Все,  как водится - стандартный моральный выбор. Фэйт совершает его в считанные мгновения - но вопрос сейчас не только в его решении.
- Постараюсь,  - выдыхает он, извлекая из кармана телефон и открывая нужного адресата в списке контактов.

Загляну через полчаса. По делу. Не один.

Хорошо, что за эти годы он уже не раз позволял себе заявляться подобным образом - был шанс избежать очередной возмущенной тирады. Надеяться на то, что присутствие дамы сгладит острые углы, было достаточно наивно, учитывая ее природу и,  кажется, трижды подчеркнутую в черном списке Фабре ментальную магию.

- Предупреждаю - он немного нервный, - бодро сообщает детектив Мишель,  когда они уже стоят у двери медиума, ожидая разрешения войти. Появившегося на пороге хозяина Фэйт встречает широкой вызывающей улыбкой, прекрасно зная, как того  это бесит.
- Здорово, Фабре. Очень мило с твоей стороны, что ты согласился нас принять, - тот факт, что никакого формального согласия он не получал, Рэйвона смущает мало. - Это Мишель Морель, адвокат. Мишель - Ив Фабре, психо...все время забываю,  как там правильно дальше, не суть. Кофе можешь не предлагать - мы только что из кафе,  - бросает он медиуму, рискуя в следующий миг оказаться насквозь прожженным его мрачным взглядом, и вальяжно плюхается в кресло. - Так вот, мы действительно по делу, и оно касается одной из твоих нынешних клиенток, - она должна быть клиенткой Фабре,  потому что больше ей идти не к кому. Рэйв лаконично и четко обрисовывает суть дела и выжидающе поднимает взгляд на мужчину.  - Что скажешь?

Отредактировано Ravon Fate (2017-11-29 03:55:28)

+2

4

Это был определенно не тот день, в который хотелось видеть Рэйвона. Да и в целом видеть его не хотелось ни в один из возможных дней – или в этом Ив уверял себя, не замечая моментов, когда думает о колдуне больше положенного, и все в плане «а что бы он сказал/подумал/сделал». Правда, с первым пунктом все было ясно: в присутствии Фабре Рэйвон чаще всего разговаривал сарказмом и иронией, и еще так поднимал брови, чтобы даже до самого тупого дошло, что это именно сарказм и именно ирония. До Ива доходило и так, брови Фэйту нужны были для того, чтобы поняли окружающие, если кто-то находился рядом. И кроме этого Фабре мог назвать некоторое количество еще более весомых причин, почему он не хочет видеть Рэйвона. Например: Фабре был ужасно занят сегодня. Много дел! Только что закончилась встреча с бывшим клиентом (он не называл их пациентами), и Ив рад был узнать, что у него все хорошо. Вскоре будет еще одна встреча – полтора часа с миссис Бишоп, которая уверяет, что у нее на чердаке монстры (Ив был на ее чердаке дважды и не нашел там ничего, кроме старого хлама). А прямо сейчас у него важное дело – смотреть, как кактус растет.
Потому, получив сообщение от Фэйта, Ив тут же на него ответил:

Нет.

Если бы Рэйвон звонил, а не писал, Ив бы еще и послал его прямиком на… адрес другого специалиста, прямо в Оттаве, чтобы назад вернулся нескоро. Должно быть, Рэйвон и сам знал это, потому не звонил, а писал, чертов хитрец.

Даже не думай, я очень занят.

Колдун не отвечал. Сообщения доходили, телефон не отключил, значит, а отвечать не хочет, сволочь. Ив разозлился, переставил кактус в другое место, предупредил секретаря центра, чтобы никого и ни под каким предлогом к нему не впускала, потому что ему надо помедитировать перед встречей с монстрами миссис Бишоп. И, чтобы подстраховаться, отправил Рэйвону еще:

Запишись на прием, тогда поговорим.

О, если бы хоть раз его «нет» сработало. Порой Фабре казалось, что у Рэйвона есть уникальная способность не замечать того, что ему не нравится или не подходит. И хотя нельзя было поспорить с тем, что Фэйт довольно сообразителен и в целом даже умен, Ив считал себя вправе рассуждать о нем как о немного ненормальном. Недостаточно ненормальным, чтобы требовать внимания психиатра (психолога, психоаналитика, психотерапевта – ведь для Рэйвона они все были на одно название), но таким, чтоб окружающие что-то подозревали.

Ну и на кой ты его впустила? – подумал первым делом Ив, когда секретарша сказала, что к нему пришли. Секретарша у него была впечатлительная, стоило клиенту оказаться кем-то значимым, она тут же теряла всю уверенность и начинала испытывать благоговение. Будь это работник полиции, или кто-то из городского управления, или врач, или детектив и адвокат как было сейчас.
Ив вздохнул и открыл сам – не прятаться же ему под стол, делая вид, словно никого нет в кабинете.
- Угу, - угрюмо здоровается Ив с Рэйвоном, и потом, чуть более дружелюбно, с женщиной, которую тот привел: - Очень приятно, - он пожимает ее руку, потому что сейчас она больше адвокат, чем женщина. – Психотерапевт. Для некоторых это слово просто чересчур сложное. Присаживайтесь.
Потом, когда его гости садятся, Ив обходит стол и переставляет кактус обратно. Теперь горшок с ним почти под рукой – удобно, если захочется бросить чем-нибудь в Рэйвона. Благодаря военно-морскому флоту Фабре бросает всякие предметы очень прицельно, потому если кактус и не оставит синяка на лице Фэйта, то пара царапин все-таки будет. Даже мысль об этом приятно успокаивает.
- А что я могу сказать? Как врач я не имею права разглашать какую-либо информацию о моих клиентах. А психотерапевт – это тоже врач, если ты не был в курсе до этого момента, - он пожал плечами и перевел взгляд с Рэйвона, которого, казалось, не впечатлили ни эти слова, ни кактус, на Мишель. – Врачебная тайна, такие дела.
Он раскрыл тот свой блокнот, который имел зеленый корешок и был всегда под рукой. Пробежался взглядом по списку имен, некоторые из каких были вычеркнуты, а другие наоборот выделенные маркером – система, в которой мог разобраться только сам Фабре, потому что записывать все это в компьютер он не хотел.
- Надеюсь, вы пришли ради миссис Бишоп. Очень грустно будет услышать, что она наконец решила посмотреть своему страху в лицо, полезла на чердак, увидела монстра и умерла от инфаркта, - он невесело улыбнулся: шутка была так себе. Локальный юмор для тех, кто знал миссис Бишоп. Для Рэйвона, точнее, потому что он ее точно знал, а вот Мишель могла и не быть в курсе. Палец проскользил по списку вниз, к самым свежим именам, но потом поднялся чуть выше, задержался в одном месте, и тогда Фабре сменил тон на более официальный: - Рита Донован? – он свел брови и опустил палец чуть ниже. – Или Элизабет Уотсон?
Про врачебную тайну – все правда. Но это не означало, что Фабре не может и слова сказать насчет своих клиентов: нет, он мог. Важным было не раскрывать подробностей их состояния, если они сами того не хотели, и Фабре прекрасно знал, что Рэйвону это известно. За чем-то подобным он если бы и обратился, то не официально – не здесь, - а, значит, будет что-то другое. Иву даже было слегка интересно, что именно, хотя это и не отменяло того, что общество Рэйвона тяготит его, а горшок с кактусом так и просится в руку.

+2

5

Рэйвон Фэйт был крайне деятельным человеком. Хорошо, не совсем человеком. А еще, похоже, ему было совершенно не знакомо слово "нет". Конечно, такое гиперактивное, несколько навязчивое поведение не нравилось некоторым людям, но не в случае с Мишель. Она использовала особенности характера Рейвона в своих интересах. И именно поэтому попросила у него помощи.
Потому что была уверена - даже если Фэйт не знает подходящего человека, он достанет его из-под земли. Не из-за денег, а чисто ради спортивного интереса. И из жажды справедливости конечно.
- Надеюсь на тебя, - сказала Микки, допивая свой кофе и листая сводку криминальных новостей, собранных со всей Канады.
В ее команде была специальная сотрудница, которая занималась именно этой работой. Потому что грамотному юристу стоит загодя искать будущих клиентов - от этой привычки Морель так и не смогла отделаться.
Грабежи, кражи, несчастный случай, одно непредумышленное убийство - это только то, что попало в новостные хроники. Впрочем, по сравнению с соседями, Канада была довольно спокойной страной с законопослушными жителями, и какие-то действительно страшные преступления, которые, в основном, совершали далеко не люди, всегда сильно шокировали общественность.
Где-то на заднем плане усиленно строчил сообщения на экранной клавиатуре Рэйвон, договариваясь со своим знакомым. Мозг, погруженный в чтение, улавливал легкий стук по стеклу, который резко прекратился. Ведьма подняла глаза на своего спутника - тот выглядел довольным.
Видимо, Мишель не ошиблась в выборе помощника.

Стоя на вполне обычном крыльце перед дверью, табличка на которой гласила: "И. Фабре. Психотерапевт", Микки смахивала невидимые пылинки со своего плаща. Все, чтобы бездумно не пялиться в одну точку, ожидая, пока их с Рэйвоном пустят внутрь.
- Нервный - это не страшно, - ответила детективу Морель, отметив про себя, что нервный психотерапевт - это весьма забавно. Звучало как название новой профдеформации. - Главное чтобы был сговорчивым.
От Микки не ускользнул тот факт, что секретарь, сидевшая за своим небольшим столом, как-то странно поглядывала на Фэйта. То ли заинтересовалась молодым мужчиной, то ли уже неоднократно видела его здесь и почему-то запомнила. Хотя, чего греха таить, детектив, с бьющей через край энергией, всюду врывается как маленькое торнадо. Его трудно не заметить, а не забыть и того сложнее.
- Приятно познакомиться, мистер Фабре, - пожала Мишель протянутую руку, после чего удостоверившись, что на кресле ничего нет, села в него. - Рэйвон прав, мы пришли к вам по делу.
Конечно, что было ожидаемо, после их с детективом заявлений, Фабре, как и положено хорошему специалисту, предупредил своих посетителей о том, что не имеет возможности оглашать факты о своих клиентах. Морель точно знала, что им не скажут ничего, что касается диагноза и прочего. Однако ей это и не требовалось. К психотерапевту, лечившему потерпевшую, они пришли совершенно по другому вопросу.
- Если это та Рита Донован, - зацепилась Мишель за знакомый псевдоним, - что пострадала от рук гримма, то она нам и нужна, - Морель не стала уточнять, откуда ей известна эта информация. - Точнее, мистер Фабре, нам нужны вы. Понимаете, - ведьма на минуту замолчала, подбирая правильные, по ее мнению, слова, - я бы хотела поговорить с ней. С вашей помощью и в вашем присутствии конечно. Я знаю, что прошу о многом, но не могли бы вы обсудить с ней такую возможность? Скажите, что очень велика вероятность того, что вместо виновного посадили совсем не того человека, а настоящий преступник разгуливает на свободе. что скажете?

+2

6

Разумеется, Рэйвон прекрасно знал, что вибрации телефона означают, что Фабре ответил на его сообщение - и вряд ли это могло быть радостное "Приходи,  конечно, как раз пряников мятных купил". На третьей смске детектив даже заинтересовался и соизволил мельком взглянуть на экран, хмыкнул и убрал мобильник обратно в карман. отвечать он, естественно, не собирался - вот еще, деньги тратить на этого психованного, все равно увидятся через полчаса.
Откровенно говоря, на  данном  этапе их изрядно затянувшаяся вражда Фэйта откровенно забавляла - поначалу насмешливо отмахивающийся и вызывающе нарывающийся, сейчас он вошел во вкус и находил какое-то странное, неоднозначное наслаждение в постоянных пикировках с психотерапевтом, который, кажется, вознамерился извести его не просто как вид, но и как само упоминание, - и вместе с тем неизменно оказывался рядом, когда в нем возникала нужда (а это, к вящему неудовольствию и страдающей гордости детектива, случалось).
Как бы там ни было и что бы не происходило между ними двумя, Рэйв был уверен в Иве как только можно быть уверенным в том, кого с нахальной усмешкой именуешь врагом. При всех своих заскоках и параноидальных замашках медиум, как и он сам, был человеком дела и мог отбросить все личные заморочки ради их общей, как ни крути, цели.
Мишель Морель была их породы - ближе к Рэйвону, чем к Фабре, и не только по магической природе  - и в данном случае она была достойным завершением тандема. По крайней мере, объективно лучшей команды для разрешения всей сложившейся ситуации сложно было подобрать.

Знакомство Ива и Микки напоминает какой-то странный ситком - только закадрового смеха для полноты картины не хватает. Рэйвона всегда забавляло, как меняется психотерапевт, когда рядом с ними прсутствует кто-то еще - казалось,  он старается фокусировать все свое внимание на третьей стороне, выдавая тот минимум личного обаяния, который полагался ему по статусу, но время от времени не выдерживал и срывался в язвительные подколки и красноречивые тирады в сторону  детектива, улыбающегося той самой своей раздражающе-беззаботной улыбкой,  которая при прочих равных могла довести его до белого каления.
Впрочем,  стоит отдать ему должное - когда разговор коснулся непосредственно дела, Ив немедленно стал сосредоточенным и собранным, зарылся в свой любимый блокнот, который Рэйвон пару раз порывался стянуть - не столько даже, чтобы полюбоваться на собственное имя в заметках на полях, сколько чтоб заставить Фабре побегать. Он переглядывается с Мишель, чуть заметно закатывая глаза и одними губами обозначая "нервный - я ж говорил", и вновь возвращает внимание к листающему записи психотерапевту.
- Мы не просим у тебя медицинские карты, обнаженные фото или что ты там со своими клиентами делаешь, - нетерпеливо отмахивается детектив на заявление о врачебной тайне. - Нам нужна сама девушка. Она свидетель в деле, в котором слишком многое шито белыми нитками.
Микки перехватывает у него эстафету, более явно обозначая цель их визита, и Фэйт замолкает, наблюдая за Фабре и откровенно ожидая бури. Интересно, когда он догадается? Вернее - когда он спросит Мишель, каким именно способом та собралась получать нужную информацию у до смерти запуганной девушки, и насколько бурной будет его реакция, когда он поймет, что и без того не особо почитаемый им колдун привел к нему своего прямого соратника?
Он же так ненавидит ментальщиков.

Отредактировано Ravon Fate (2017-12-20 13:01:12)

+2

7

Адвокат и частный детектив. Ив слушал их обоих, стараясь мимикой и даже взглядами не выдавать, о чем сейчас думает – благо, это у него всегда хорошо получалось, а стоило бы почувствовать, что Рэйвон лезет в голову, так кактус тут же оказался бы применен по придуманному для него Ивом назначению. Впрочем, ничего такого он и не думал – только соображал о том, что если это дело будет пересматриваться и для повторного расследования собирают информацию, то к нему поступил бы официальный запрос. Рэйвон хоть и неплохой детектив, но все-таки работает по найму, и в случае, когда можно использовать сотрудников полиции, к нему не обращаются. И еще Мишель-адвокат. Видимо, адвокат того самого гримма, раз она пытается найти «настоящего» преступника.
Фабре хорошо знал это дело, ему пришлось изучить его, чтобы как можно лучше понять Риту, и он относился к большинству: к тем, для кого вина Сойера была неоспоримой, а оправдания звучали жалко и недостоверно. Огромных трудов Иву стоило промолчать на этот счет сейчас: несмотря на все, что он узнал насчет того нападения, он не обманывался и понимал, что полиции, детективам и даже адвокатам известно намного больше. Кто знает, какие еще там вскрылись обстоятельства?
Да и сейчас это было далеко не самым главным.
- С Ритой уже много раз говорили, пока шло дело. Не только детективы, но и психологи. У нее тяжелое состояние, а о том, что с ней произошло, она вообще не разговаривает. Почему вы думаете, будто вам двоим удастся вытянуть из нее хоть слово? Если она поймет, что вы вообще как-то связаны с Сойером, с гриммами или с ее делом, то она вообще замолчит. Так однажды уже было, я потом потратил часа четыре на то, чтобы она произнесла хоть что-то и перестала видеть в каждом своего врага.
Он еще раз осмотрел своих гостей. По отдельности и Рэйвон и Мишель выглядели нормально, могли быть кем угодно, и связать их с судом или агентствами было нелегко. Но вместе… Рита далеко не глупа, она тут же поймет, что это за люди. Не конкретно, правда, но здесь и общего осознания достаточно. С Ритой было работы непочатый край, и Ив сомневался, что к концу этого года они сильно продвинутся.
- Она не свидетель в этом деле, она – пострадавшая, а это совсем другое дело. Ее восприятие искажено стрессом, страхом и болью, и чем чаще она об этом вспоминает, тем хуже ей становится. Я даже не представляю, как мог бы помочь вам, дайте подумать.
Откинувшись на спинку кресла, он в самом деле глубоко задумался. Фабре точно знал, что если Рите дать хоть мельчайший намек на то, с кем и по какому делу будет у нее встреча – она тут же откажется. Причем, возможно, не только от встречи, но и от услуг Ива, а уж этого он допустить никак не мог: на кону в таком случае стояла его репутация. Могло сработать, если бы Ив не рассказывал ей о том, кто ею интересуется. Выдать Мишель и Рэйвона за врачей, докторов наук, исследователей – кого угодно из этой области. Но это будет стопроцентная ложь, и если Рита поймет это – результат будет просто кошмарный.
А как ей не понять, если вопросы зададут вполне конкретные?
И Фабре не знал насчет Мишель, но уж Фэйт-то наверняка все это понимал. И додумавшись до такой мысли, психотерапевт начал волноваться:
- Вам все это известно, верно? Иначе вы отправились бы к ней, а не ко мне. Могут быть трудности с адресом, но у Рэйвона наверняка есть свои способы, чтобы его узнать, - он оперся локтями о столешницу и подался чуть вперед. Кактус оказался около руки, но о нем и его гипотетической функции Ив ненадолго позабыл. – Вам известно так же и то, что говорить она не захочет. С точки зрения закона, если Сойер невиновен – это очень важно и нужно срочно предпринимать меры по поиску преступника, но с точки зрения Риты… она хочет отгородиться от прошлого, от всего, что с ней случилось. Ее держали там двое суток, и в ее возрасте это… Ну, короче, повезло, что она вообще еще нормально соображает. И вы, я уверен, - он обвиняющее ткнул пальцем в Фэйта, - знаете это тоже.
Тут Фабре замолчал, давая им шанс объясниться самостоятельно. Он догадывался, потому что основания были вескими, что без магии Рэйвон обходиться тут не собирается. И стоило Иву представить, как он лезет бедной девочке в голову, при том, что голова эта и так далека от полного порядка и здоровья, ему становилось не по себе. Возможно, справедливость, жизнь невиновных и наказание виновных этого всего и стоили, но Ив полагал, что должен быть другой способ. Более законный, менее болезненный, и без привлечения его, Ива Фабре.
- Лучше бы вы медицинские карты просили, - пробормотал он. Медицинские карты достать было куда легче, и от того, что они будут открыты перед посторонними, никто в общем-то не пострадает.
С тем, чтобы лезть в чей-то разум и пытаться выяснить там нечто таким способом, Ив был категорически не согласен. Он не понимал, как работает такая магия – и понимать не хотел, - и потому считал, что бесследно никакое вмешательство пройти не может. Ладно еще гипноз, насколько он вообще был действенным или настоящим, но когда дело касается магии, нужно быть более чем осторожным. Разве может он отдать свою пациентку на такой эксперимент?
- Информация, которую вы получите таким способом, все равно не будет иметь веса в суде, разве не так?

+2

8

Микки внимательно выслушала и попытки Рейвона убедить Фабре, и защитную речь Ива, который, к его чести, похоже действительно хотел оградить Донован от еще большей психотравмы. Конечно же, она понимала, что они с детективом просят оказать очень большую услугу, на которую не так-то просто решиться, но если уж она взялась за работу, то доведет ее до конца. Любым законным способом.
- У моей организации есть право на проведение пересмотра спорных дел, если мы найдем убедительные доказательства, мистер Фабре. Если ваша подопечная согласится на проведение опроса, я буду звать это так, и подпишет нужные мне бумаги, мы сможем присоединить ее слова к материалам дела. И уже на их основании заставить прокуратуру и суд пересмотреть результаты дела. И отпустить невиновного конечно, если все подтвердится.
За время существования "Права на свободу" сотрудники организации успели провести огромную работу по всей стране - несмотря на то, что Канада была страной весьма толерантной и имела, по сравнению с другими государствами, более низкий уровень преступности, юристы и следователи частенько натыкались на дела, связанные с представителями сверхъестественной части сообщества. И вот тут-то и выяснялось, насколько предвзята система к нелюдям: стая собак напала на кого-то - однозначно гриммы, внезапно загорелось здание - тут ведьмы постарались. Продолжать можно бесконечно - как бы ни пыталось государство уравнять в правах и свободах всех, это не получалось.
Потому что людям свойственно бояться того, чего они не понимают.
- Поэтому вот что я хочу сказать вам, мистер Фабре. Поговорите со своей подопечной, скажите, что я хочу с ней пообщаться - расскажите честно, кто я такая. У меня есть способ получить у нее нужную информацию, но я никогда не пользуюсь им без разрешения - это не этично, - Мишель бросила взгляд на Фэйта, кажется получив его молчаливое одобрение. - Гипноз. И прежде чем вы скажете категоричное нет, дослушайте до конца. После того, как мы закончим с делом, я могу помочь девушке забыть всю ту мерзость, что с ней произошла. Только представьте - никаких кошмаров, никаких страхов. Впереди только счастливое будущее здоровой, молодой девушки. Не спорю, мне придется потратить немало сил, но я предлагаю ей выход из самого настоящего кошмара. Подумайте, мистер Фабре, не будет ли лучше от этого вашей пациентке? Поговорите с ней, расскажите о сделке. В противном случае мне придется делать официальные запросы, которыми я буду заваливать вас и ее со всех сторон. Постоянно. И, рано или поздно, ей придется вновь пройти через допрос, только не в вашем уютном кабинете, под наблюдением доверенного человека, а в полицейском участке, со стражами порядка, которые далеко не всегда церемонятся с людьми.
Да, звучало, возможно, слишком жестко, но Морель пока не видела иного выхода для своего подопечного, которому поверила и которого обещала выпустить на свободу. К тому же, у нее был реальный шанс найти настоящего преступника и засадить его на большой срок.
И это, по ее мнению, стоило встряски единственного свидетеля.

+1

9

Самым уязвимым местом во всей предоставляемой Фабре концепции, безусловно, была необходимость прибегать к магии, тем более, - ментальной, которая уже, кажется успела заслужить почетное место в «черном списке» медиума благодаря общению с Фэйтом (иногда тому было даже интересно, изменилась бы эта иерархия, если бы он оказался боевым или стихийным магом, или телепатии в принципе не повезло как таковой). С другой стороны, даже Ив со своим дурацким затыком на неприятии колдунов вряд ли был из тех, кто просто так бы отказался помочь невиновному, - а материалы дела и правда выглядели настолько отшлифованными, что только ленивый не заподозрил бы неладное, да и чутью Морель Рэйвон уже привык доверять, - за время совместной работы оно еще ни разу не подводило.
По всему выходило, что выбора у них особого нет, да и церемониться с щепетильным психиатром никто не собирался.
- Потому что мы будем вытягивать не слова, - ровно заметил колдун, решив больше не оттягивать этот неизбежный момент, - Фабре не дурак, сам уже должен бы начать догадываться, к чему они клонят. – И в данном случае она одновременно и пострадавшая, и свидетель, - а в случае Сойера, интересы которого в данный момент представляет Мишель, она – вообще единственный достоверный источник информации. Это наша единственная надежда, если угодно. Поэтому мы и пришли к тебе.
Он легко может проследить напряженную  работу мысли медиума – для этого даже не надо залезать ему в голову, - прорезавшая лоб глубокая складка явно выдает обстоятельное размышление, в ходе которого Ив наверняка складывает два и два, приходя к единственному возможному выводу.
Все же приятно, что он не совсем идиот.
Рэйвон выдает короткую небрежную  гримасу в ответ на обвиняющий жест в свою сторону и демонстративно закатывает глаза, призывая Фабре приберечь свой яростный пыл для лучших времен,  когда они смогут позволить себе такую роскошь, как свободная пикировка, сейчас – время поджимает, и чем больше они его теряют, тем больше набирается несправедливых минут в копилку обвиненного. 
В диалог изящно вступает Мишель, - и Фэйт благодарен ей за это, официально  закрепленные права ее организации сейчас играют как никогда на руку, - в этом подчас и было преимущество адвокатов, особенно, учитывая, что мистические дела так до сих пор и не были выделены в особую категорию.
- Даже если нет – то, что мы узнаем,  может натолкнуть нас на верный след, а там уж за доказательствами дело не станет, - дополнил детектив, задумчиво потирая подбородок.  -  Анонимность первичного источника информации – рядовая ситуация, сейчас главное для нас – убедиться в невиновности Сойера и найти зацепки, чтобы поймать настоящего преступника.
Он помолчал немного, позволяя Микки выложить финальную партию своих аргументов, а потом чуть наклонился в кресле, сцепив руки в замок и глядя прямо в глаза медиуму:
- Послушай, я прекрасно знаю, что ты думаешь о наших методах,  но сейчас это просто необходимо. Мы не коновалы и не собираемся перекраивать девочке сознание – просто аккуратно выцепим то,  что нужно, Мишель подлатает психологический урон, и она просто сможет жить с этим дальше, -  наиболее безболезненно. Я буду рядом, чтобы страховать каждую минуту – любое неосторожное движение Микки я перехвачу, для твоей клиентки это будет самое мягкое воздействие из возможных. И потом…подумай, сколько еще таких несчастных может прибавиться в списке твоих пациентов, если настоящий преступник так и останется на свободе.  Я понимаю, тебе  за них платят,  но я всегда уповал на то, что ты здесь не за этим. Не разочаровывай меня, пожалуйста. Помоги нам. Считай это личной просьбой, если угодно.
Несмотря на весь скепсис, который он питал относительно способности Фабре рассуждать здраво, он никогда не испытывал сомнений в истинных мотивах избранной им деятельности. Хотя бы ради тех,  других девочек,  которые однажды могли оказаться на месте Риты, он должен был согласиться.
«Личная просьба» Фэйта, пожалуй, позволит ему умаслить свое негодование по поводу ненавистных ему методов работы.

+1


Вы здесь » Henrietta: altera pars » beyond life and death » justice


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC