«Она внимательно всматривается в лицо старшего брата, — теперь же можно называть его именно так? — силясь различить возможную фальшь. Словно заранее ожидая подвоха. Матильда паршиво разбиралась в людях...» читать далее
В этот город идёт много дорог, но никто вам не скажет, что приехал сюда просто из любопытства. Почему же? Всё просто. Этот город окутан тайнами и многовековой историей, которую каждый житель может поведать лишь шёпотом. В этом городе есть Потерянное озеро, где легко можно пропасть и самому. Что-то странное в густых лесах. Зло ходит рядом с добром. Это не простой городок в Канаде. Это Генриетта, и она вас не отпустит просто так.
HENRIETTA: ALTERA PARS
Генриетта, Британская Колумбия, Канада // октябрь-декабрь 2016.
// LUKE
ЛЮК КЛИРУОТЕР
предложения по дополнению матчасти и квестам; вопросы по ордену и гриммам; организационные вопросы и конкурсы;
// AGATHA
АГАТА ГЕЛЛХОРН
графическое наполнение форума, коды; вопросы по медиумам и демонам; партнёрство и реклама; вопросы по квестам;
// REINA
РЕЙНА БЕЙКЕР
заполнение списков; конкурсы; выдача наград и подарков; вопросы по вампирам и грейворенам;
// AMARIS
АМАРИС МЭЛФРЕЙ
общие вопросы по расам; добавление блоков в вакансии; графика, коды; вопросы по ведьмам и банши;
// GABRIEL
ГАБРИЭЛЬ МЭЛФРЕЙ
общие вопросы по расам; реклама; заполнение списков; проверка анкет; графическое оформление;
//

Henrietta: altera pars

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Henrietta: altera pars » beyond life and death » remember me


remember me

Сообщений 1 страница 8 из 8

1

https://78.media.tumblr.com/a83847d7ba2c6f1fc51980d995ae94d2/tumblr_o21tk7WLh31us25fco2_400.gif

https://78.media.tumblr.com/840ea9ba324c934f3eb80d73f46526ba/tumblr_o21tk7WLh31us25fco1_400.gif

remember me
Matilda & Adrian
3 сентября, 2016 // оружейный магазин
Ища ответы на вопросы о своем прошлом, Адриан даже не подозревал, что это прошлое само к нему придет.

Отредактировано Adrian Abernathy (2017-11-24 02:22:59)

+1

2

[indent] Матильда непозволительно долго мнётся на месте и закуривает очередную сигарету. Третью за сегодня. Чертыхается про себя и думает, что больше и впрямь не стоит — слишком дорого и слишком много. Марион точно учует запах табака и тогда ей придётся несладко. Неодобрения старшей сестры она давно не боится, а вот с придирками приходится труднее — давят на мозг, да так, что Матильда, как самый порядочно непорядочный недоросток, старается увиливать от серьёзных разговоров любыми способами. Последнее время они звучат в стенах маленькой квартирки слишком часто. Паранойя Марион успела проесть не только мозг младшей, но и плешины в обоях; Ненависть Марион пляшет уголками пламени, даже когда та ставит чайник на плиту. И во всех её ипостасях звучит одно и то же имя. Одно и то же имя, как сигнал sos о том, что Матильде нужно поскорее сваливать.

[indent] И она оказывается здесь. Неизменно в одно и то же время. С одним и тем же именем в голове. Маленькую вывеску оружейной лавки Матильда может повторить до любых мелочей с закрытыми глазами, разбуженная посреди ночи. Она всегда стоит напротив неё, в неглубоком переулке, скрываясь под козырьком чёрного входа какого-то мелкого кафе. Периодически на неё косятся выбегающие покурить повара, но она не обращает на них внимания. Ей, впрочем, и не нужно делать вид особой отстранённости. Она всегда стоит недвижимо, и это похоже на один из грифельно-серых муторных снов, где бежать бесполезно — шаги не приближают к цели, старательно отбрасывая назад. Матильде кажется, что она прикована к месту, приклеена намертво, а люди, которые так легко открывали дверь с колокольчиком и просто заходили внутрь — чёртовы маги, колдуны, просто магистры смелости и решительности. Но девчонка из блеклого сна словно в молоке, знает, что вопреки логике и по сценарию собственного же кошмара, рано или поздно ей придётся шагнуть вперёд. Встретит ли её моросящий дождь, хлыщущий по щекам, преградит ли ей путь пугающего вида бродяга, просящий мелочишку, всё равно рано или поздно придётся перестать бояться выдуманных границ. Но пока у девчонки, нервно курящей в переулке, самостоятельно выстроенные и отшлифованные до идеала барьеры, а ещё промокшая сигарета и немного неприятностей на вечер.

[indent] Кстати, о сигаретах и неприятностях.

[indent] — Чёрт! — Матильда иррационально едва ли не отскакивает назад, задевая плечом сетку рабицу. Та со звоном пружинит туда-сюда, привлекая к себе лишнее внимание поварёнка. Девчонка стоит к нему спиной, выдыхая недовольно: сырая сигарета размазывает по губам мерзейший горький вкус. Девчонка плюётся и пальцами выстреливает бычок прямо на козырёк кафе. Поварёнок усмехается.

[indent] — Чё-ё-ёрт, — недовольным голосом мажет Матильда, закатывая глаза, и смотрит на мерцающий дисплей телефона. «Лучше бы тебе прийти сегодня пораньше». Она почти кожей ощущает грозность тона Марион. Та обладает удивительной способностью обрисовывать грядущий пиздец голосом, при этом сохраняя абсолютное спокойствие в лице. Каждый раз девчонка переживает, что сестра вдруг, каким-то случайным образом узнает, где именно она задерживается после работы. Узнает, что за человек находится по ту сторону двери с колокольчиком. И каждый раз крутит подходящие слова в голове, но они упорно крошатся в белый шум. В этот самый момент Матильда тоже переживает; хоть и понимает, что на деле всё совсем не так. Наверняка она просто оставила ключи не на том месте или забыла закрыть книжную полку. Наверняка нечто подобное. Повседневное, неважное.

[indent] На улице становится противно и холодно. Матильда невольно подёргивает плечами и её взгляд непозволительно стремится на до боли знакомую вывеску, затем следует по пятам зашедшего в магазинчик мужчины. Она старается мысленно отогнать себя на путь домой, старается не крутить в голове звенящую неизвестность, откликающуюся обрывками пламени и чужих криков. Она старается очень сильно, но на улице противно и холодно; разве будет плохо, если она просто позволит себе зайти погреться? Девчонка вздрагивает вновь. И шаги начинают нести её вперёд независимо от собственных мыслей и здравой логики. Она идёт, словно подвязанная верёвочками марионетка, наверное, очень забавно смотрясь со стороны. Она думает: это всё осень, просто ноги немного подмерзают и куртку давно нужно подшить. Она знает: это всё чёртова одержимость одним единственным местом, и если она не осмелится зайти за его порог, то кошмар не закончится никогда.

[indent] Дверь с колокольчиком приветствует её робкие шаги. Матильда неловко проскальзывает внутрь, отчаянно желая, чтобы её появления никто не заметил. И осознавая собственную нелепость, старается перевести взгляд на что угодно: сияющие на свету пули, странные сувенирные монетки и обилие пушек на стене. До неё доходит с ужасным опозданием: что вообще девчонке вроде неё делать в оружейном магазине? Покупать кольт для папы? Она на секунду зажмуривает глаза, сильно-сильно, затем ведёт взглядом по прозрачной стеклянной стойке, стараясь выровнять участившийся пульс. За всё это время она впервые находится так близко. Настолько, что, казалось, подними ресницы и встретишься один на один с тем, кого Марион так отчаянно ненавидит и кому так отчаянно желает отомстить. Матильда не желает. Но не может пройти мимо едкой иронии: в оружейном магазине только и место что для мести.

[indent] «Чё-ё-ёрт», — выдыхает девчонка беспомощно. И думает, что стоит поднять взгляд — пути обратно не будет. Но она ведь знает, зачем пришла сюда, так ведь?

[indent] На негнущихся ногах девчонка подходит к кассе, слепо смотря вперёд. Странным тихим голосом вторит своему состоянию:

[indent] — Здесь работает человек по имени Адриан?

+1

3

— Мистер Абернати? Там к вам какая-то девушка. Помните, я о ней говорил? Она постоянно около магазина ходит. — сделав секундную паузу, продавец Джонни загадочно добавил, — Почти в одно и то же время.

Адриан отклоняется от документов, удивленно смотря на помощника. На самом деле, он знал, о какой девушке говорил Джо. Адриан сам ее видел, не понимая, почему она ходит вокруг да около. Покупать оружие явно ей не стоило, точнее никто в здравом уме его и не продаст. Паранойя тут же проснулась, нашептывая, что всему виной именно колдун. Чертов недостаток в виде дыры в памяти в размере 32 лет не давал покоя ни на секунду, каждый раз предполагал самое худшее. Но, несмотря ни на что, при взгляде на гостью, у Адриана не колыхнуло ничего в сознании, абсолютно. Перед магазином почти каждый день приходила абсолютно незнакомая девушка, которая непонятно, чего хотела. Видимо, купить оружие, что еще делать перед оружейным магазином? Предложила бы взятку? Адриан всякое успел повидать за время бизнеса, пусть работал не совсем по честным схемам, детям огнестрельные игрушки не давал в руки. Это опасно для самих детей, а также для окружающих. Еще и дело подсудное, потому если что и хотела эта дама, то колдун бы ей отказал в любом случае.

    Впрочем, Абернати в последние дни редко раздумывал об этом инциденте, фокусируя свое внимание на совершенно других задачах. Его ждала важная сделка, срыв которой был бы серьезной неудачей. Поэтому почти все дела по продаже в последние дни колдун передал помощникам и продавцам, а сам почти неотрывно работал с различными документами, ездил на встречи и договаривался о поставках. Адриан любил свою работу, точнее ценил то, что он имеет. Амбиции иногда просыпались, но сразу засыпали на фоне факта об отсутствии прошлого, знаний о нем и мелкого страха столкнуться с этим самым прошлым, без малейшего предупреждения. Только этого не хватало, а ведь стало все налаживаться. Не так давно колдун чуть с жизнью не расстался, пытаясь вернуть себе память, с тех пор подвергать себя экспериментам безрассудно не будет. Следующая попытка снять магический блок рискует окончательно убить стихийного мага.

    — Сделайте что-нибудь, еще проблемы будут. — буркнул Джо, явно недовольный приходом гостьи, и имел для этого все основания. Адриан не был склонен сейчас влезать в проблемы, тем более, подобного характера. Колдун кивнул, отложив бумаги, а после направился из кабинета в сторону торгового зала.

    Девушка перед ним была молода, он бы дал ей максимум двадцать. Абернати не знал её, даже не подозревая, кто перед ним стоит. Внимательно посмотрев на нее, на лице колдуна на пару мгновений застыло раздраженное недоумение, но он взял себя в руки. Эту проблему стоит решать отнюдь не эмоциями, а в стихийном маге говорит усталость, накопленная за эти дни. Но, с другой стороны, все может быть совсем не так, как рассчитывает канадец. Если девушке нужна посильная помощь, то Адриан нисколько не откажет. В его принципах помогать другим, следуя какой-то необъяснимой цели делать для людей что-то полезное, спасать их. Словно в прошлом он кого-то не спас, но уже не первый раз Адриан ловит себя на мысли о глубинном чувстве вины, которое прерывается страхом. За себя ли? Адриан знал, что все это лишь осколки эмоций, которые не прикрываются блоком. Они могут относиться к любому периоду жизни, любой причине, о которых ему так просто не узнать. Придется собирать все по-крупицам или пытаться жить нормальной жизнью, но последнего Абернати не хочет. Больше не может себя обманывать, бесполезно заставляя себя не двигаться навстречу настоящему.

    — Я и есть Адриан Абернати, здравствуй. — отключившись от своих секундных размышлений, мужчина вежливо улыбнулся, посмотрев на собеседницу с легким любопытством. — Тебе что-то нужно? Тебя видели здесь не один раз.  Хочешь приобрести оружие? У тебя есть лицензия? — она не была похожа на стрелка, а колдун в этом в определенной мере разбирался. Он совсем не понимает, почему девушка вдруг посмотрела на него так, словно чего-то требовала. Если честно, ему надоело играть в угадывание, но фирменная вежливость должна быть лицом качественного и продуманного обслуживания. Даже, если клиент толком не признается, чего же он хочет. Или Абернати все не так понял?

Скажи хоть что-нибудь.

Отредактировано Adrian Abernathy (2017-11-27 00:54:15)

+1

4

[indent] В одно мгновение Матильда цепенеет. Ей кажется, что между не столь далёким прошлым и теперешним секундным моментом простирается нескончаемая пустота; и все слова, что мельтешили в назойливых мыслях, решили со счастливым воплем дружно сигануть в эту тёмную пропасть. Меж тем оставляя Вессель словно на произвол судьбы да собственной паники в придачу. А она всего то и могла нервно скрести ломанными ногтями по стеклянной оружейной витрине, грозясь проделать в той дыру. Все беспокойные раздумья, что будто бумеранг на бесконечной тяге тарабанящие по голове в моменты казалось бы ну-наконец-то-смирения, вся злость на саму себя, что грозила в один момент проделать в сердце тысячу рваных дыр, теперь стёрлись в пыль. Сосредоточились в нелепой физиономии полного непонимания происходящего.

[indent] «Привет. Меня зовут Матильда Вессель. Я — та из сестёр, что счастливой (ли?) случайностью выжила в подстроенном тобою пожаре. А вообще, как дела?»

[indent] Матильда раздражённо мотает головой, усердно выжимая из себя крохи адекватности. Той, на которую вообще можно оказаться способным в данном положении. Ей, конечно же, хочется бегло извиниться, сморозить глупость, мол ошиблась и перепутала вас с сувенирной, убежать восвояси и больше никогда не возвращаться. Ей, конечно же, хочется, чтобы вся эта суматоха с отмщением за прошлое наконец закончилась, и, может, Марион вдруг стала бы счастливее, отыскав свою собственную справедливость. Матильда считает, что не имеет права препятствовать ей в этом. Во всяком случае, сестра оказалась бы куда смелее и строптивее, чем распластавшаяся в сомнениях младшая, что сейчас отчаянно желала одного — раствориться на месте и сделать вид, что ничего такого не случалось. Что не было обеденных перерывов, систематично потраченных на перекур в переулочке напротив, что не было судорожных поисков старшего брата по обрывистым кускам информации, и событий тех месяцев в далёком прошлом тоже не было.

[indent] Ирония в том, что она знала — её мозг всячески потворствовал бы такому выбору. Он бы милостиво стёр всё плохое, услужливо заменив редкими счастливыми воспоминаниями: как Марион притаскивает вкусный ужин в их не слишком уютную и слишком маленькую квартирку, как Матильда остаётся на работе допоздна, до щелчков неуёмных сверчков и приятного ощущения полнейшего одиночества. Мозг непременно помог бы ей в этом. Но Матильда своим взращенным до победного максимализмом рвётся знать правду. Которая наверняка окажется слишком горькой на вкус.

[indent] Наконец она решается шевельнуться, кашлянув в кулак и бегло кивнув головой в знак приветствия. Смешно, когда момент, продуманный до малейших мелочей, становится словно не смешная пантомима — нелепой импровизацией.

[indent] — Нет, оружие мне не нужно, — «Но пуля в лоб может и пригодилась бы». Девчонка шумно вздыхает, самым честным образом не понимая, какими словами стоит начать подобную беседу. Недолго, решившись поднять взгляд на своего старшего брата, она рассматривает уже давным-давно успевшее стать незнакомым лицо. Обрывки памяти спешно подносят Матильде беглый образ того, как, будучи ещё совсем маленькой, она пытается унять его головную боль и радостно улыбается во все зубы, когда Абель то ли сдержанно делает вид, то ли ей действительно удаётся помочь. Но она всё равно счастлива, потому что сумела его отвлечь от боли хотя бы на миг.

[indent] И совсем на короткое мгновение ей становится обидно: тот момент осознания, который она ожидала разглядеть в глазах найденного брата, к которому она готовилась, словно сакральному событию своей жизни, его попросту… Нет? Нет и не было. Матильда неловко ёжится, поведя плечами. Ощущение, будто она ошиблась, пристав к случайному прохожему, всё равно что какая-нибудь городская сумасшедшая, но нет же: хоть и имя его изменилось, а черты лица приобрели повзрослевшую твёрдость, Вессель была уверена — это точно он. Немного поразмыслив и загнав сильнее наступающую панику куда подальше, девчонка пытается начать издалека:

[indent] — Меня зовут Матильда Вессель. Вам что-нибудь говорит это имя? — Увидев во взгляде напротив стойкое равнодушие, что недвусмысленно намекало — её имя не говорит ему абсолютно ничего, Вессель чуть было не опешила от смеси досады и растерянности. Должно быть, это шутка? Это просто нелепый розыгрыш. Не мог же он забыть собственную семью. Даже спустя столько лет. Даже если верит, что оставил всю в могилах. Но на лице его не проступало ни удивления, ни каких-либо признаков узнавания, скорее — раздражение оттого, что какая-то девчонка пудрит ему мозги. Совершенно буднично и уж слишком равнодушно. Матильда спешно решает, что теперь терять ей особо нечего, поэтому продолжает настойчивее.

[indent] — Видите ли, я не просто так потратила уйму времени, маяча перед этим магазином. Я хотела найти конкретно и только лишь вас, — девчонка старается незаметно сжать пальцы в кулаки, отчаянно тараня ногтями внутреннюю часть ладони. — Когда-то, очень давно в прошлом мы были одной семьёй. Точнее, вы — моим старшем братом. Я не знаю, узнаёте ли вы меня, но надеюсь, что мои поиски были не напрасными.

+1

5

Сегодня колдун не отличается титаническим терпением,а ситуация с девушкой, которая столько времени оббивает порог магазина с неведомой целью, невольно напрягает. Человек с многолетней амнезией имеет право быть подозрительным. Возникшая сцена затягивается, чем продолжает вызывать слабое раздражение. Абернати не высказывает его, терпеливо ожидая слов девушки. Может быть она по личному делу, в конце концов, колдун не отказывает в помощи, если он может на что-то повлиять. И что-то внутри натягивается струной смутного подозрения. Вессель? Эта фамилия и имя самой девушки не говорят ему абсолютно ничего. В сознании не возникает ни тени узнавания, хотя, если присмотреться, то между ними можно найти сходство. Они куда ближе, нежели Адриан способен вообразить, но, кажется, он все равно ничего не понимает. Сердце невольно учащает ритм только от мысли, что Матильда знала его — помнила. Сущее безумие, ведь за почти шесть лет никого в Генриетте, помимо Иммануила, кто знал его в прошлом. Никого, кто бы мог дать ему ответы, без которых колдун медленно загоняет себя в безумие.

Одной семьей.

Заявление Матильды словно гром посреди ясного неба обрушивается на Абернати. Он замирает, не сводя отчасти недоуменного взгляда с собеседницы, не в силах переварить полученную информацию. Она доходит до него медленно, отдаваясь дрожью в руках. Семья. У Абернати была семья, которая его искала. Искала ли? Адриан машинально пытается сложить одно к другому и пропасть между пониманием увеличивается вдвое. Помощник рядом замирает, переводя взгляд с обоих Весселей, невольно став участником целой драмы. Его присутствие и становится неким толчком к тому, чтобы прийти в себя. Колдун вздыхает, переводя взгляд на помощника — взгляд Эда расстерянный, словно у заблудившегося зверя. Он и правда потерялся, не в силах понять, откуда ему на голову подобное счастье.

— Господи...— и пусть колдун никогда не был верующим, он обретает возможность говорить и двигаться, делает над собой титаническое усилие. — Я...я даже не знаю, что сказать. — он сколько лет думал о подобных моментах, представлял, а все равно не сумел последовать представленным вариантам. Растерянно улыбается, сглаживая свою немногословность, — Пойдем со мной.

Абернати ведет ее в свой кабинет, не желая еще больше травмировать несчастного помощника. Он подходит к девушке, мягко касается ее плеча, и кажется абсолютно счастливым от мысли, что у него есть близкие. Не те, кем невольно (точнее по воле Нэйтана) стали Мэлфреи. Его кровная родня. Адриан проводит девушку в кабинет, закрывая за нею дверь, толком не зная, с чего начать. Впрочем, стоило ее предупредить об амнезии — она определенно желала, чтобы он вспомнил ее, а он до сих пор не мог даже ассоциаций вызвать в сознании. Эмоции, царившие внутри, были новыми, вызванными внешними факторами, не связанными с воспоминаниями прошлого. Теми, о которых Адриан в силу проклятия не имеет ни малейшего понятия. Не так давно он пытался избавиться от своего недуга, но артефакт чуть не убил его, не говоря уже о других попытках. Узнать о прошлом наверняка можно было лишь от того, кто знал в его в прошлом. И, тут на мгновение эмоция радости и удивления уступает место трусоватому чувству страха. Матильда перед ним не выглядела той, которая полна радости от своей находки. В этом всем было так много пустот, которые Абернати был не в силах заполнить самостоятельно.

— На самом деле, я очень рад этой встрече. Ты даже не представляешь...Матильда. — негромко произносит ее имя, словно пробуя на вкус, ловя каждую деталь, пытаясь сопоставить все происходящее в единую картину. И ничего не получается. Стоит все-таки предупредить. — Я должен сказать тебе, что я не узнаю тебя. И не в силах узнать никого, кого знал до декабря 2010 года. Мой разум сковала амнезия, вызванная проклятием. — он не страшится этих слов, упоминает детали, словно заранее за все извиняется. Адриан теперь смотрит на девушку осторожно, пытаясь вспомнить хотя бы все те детали, которыми делился с ним Иммануил. Проблемы, не те люди, которые в итоге жестоко отомстили Абернати, лишив его памяти и попытка Мэлфрея уберечь жизнь друга хотя бы таким способом. Как ни странно, но тот считал себя единственным ребенком в семье давно погибших родителей. Как выражался Мэлфрей, Эд был поздним дитем. Кажется, кто-то солгал, и кто из них, нужно еще решить. Зачем лгать Матильде? Если она правда послана давними врагами, то никаких бы бесед не было. Эд оказался на неком распутье, запертый между двумя сторонами — ложью и истиной, и где-что он не понимал.

— Человек, который однажды спас меня, не говорил о родне. Живой так точно. — иначе почему не отправил к ней? — Вессель? Ты ведь не замужем? Я ничего не понимаю. — он смотрит на нее больным взглядом, все больше углубляясь в тяжесть размышлений. Все стало слишком сложно, вероятно, к подобной ситуации невозможно себя подготовить. Мужчина старается выглядеть спокойным, но это получается очень и очень плохо. Адриан не знает, что ему говорить на это все, как себя повести, и главное — он боится узнать правду. Он понимает это на уровне подсознания и проклятой интуиции, понимает по поведению самой Матильды. Она не выглядит, как человек, обретший любимого родственника. Не говоря уже о проблемах, которые якобы стали причиной его амнезии. Что-то не так во всей этой истории, которая одним появлением родственницы рухнуло. — Что я сделал? — ему не хочется тянуть с этим, хочется понять все с самого начала. Адриан поплатится за свою спешку, но он ждал больше пяти лет, чтобы узнать.

+1

6

[indent] Это совсем не похоже на те вытягивающие слезу передачи по телевизору, где потерявшиеся родственники находят друг друга после долгих лет разлуки. Они рыдают, обнимаются и говорят, как сильно скучали. Где-то в глубине души Матильда всё же надеялась обнаружить в себе столь же щемящее ощущение, но — нет, ничего. Скорее ворох подозрения тщательно перемешанный с остатками оцепенения. Она внимательно всматривается в лицо старшего брата, — теперь же можно называть его именно так? — силясь различить возможную фальшь. Словно заранее ожидая подвоха. Матильда паршиво разбиралась в людях, ещё паршивее — в их эмоциях и лицах. Не то что остальные Вессели: они видели людей и нелюдей насквозь, просчитывали ходы наперёд, но почему-то в итоге живой осталась самая непродуманная и бесхитростная из них. Такая вот хреновая цепочка естественного отбора. Наверное, это злая шутка, думается ей чёрт знает какой раз за день. И туго натянутая словно струна тишина наконец отступает; девчонка неопределённо ведёт головой, в конце концов заметив одиноко стоящую в уголке фигуру другого продавца. Она, будто застуканная за чем-то странным и непотребным, тут же вздрагивает, почувствовав чужое касание. Тактильность — не самая сильная её сторона, поэтому Матильда как можно незаметнее уходит из-под чужой руки, поскорее семеня ногами в кабинет.

[indent]  Она совершенно неосознанно, словно сомнамбула, медленно рассекает шагами тесноватое пространство кабинета. В итоге, остановившись, опирается на стол, стоящий неподалёку от Адриана. Он тем временем говорит вещи, которые Матильда не в состоянии понять, принять — тем более. Конечно же, вертя момент их встречи вдоль и поперёк в собственном воображении, она представляла, что Абель начнёт выкручиваться, пытаться юлить — если всё, что говорила Марион действительно окажется правдой. Но об этом она старалась думать в последнюю очередь. Слепо — и, должно быть, очень глупо — веря, будто цепочка несчастных случаев и вина старшего брата в них — клевета. Ужасная ложь. Но реальность выплёскивается на неё словно ушат холодной воды. И девчонка стоит, беззвучно хлопая ртом, замёрзшая и задыхающаяся. Метафорически, разве что.

[indent]  На деле она, чуть сощурив глаза, внимательно следит за каждым движением и словом Абеля. Да, именно Абеля, и никакого не Адриана. По-детски упёртое противоречие режет острее, чем здравый смысл — Матильде почему-то становится невероятно спокойно вместе с осознанием того, что её семья вернула себе ещё одного человека, со своим родным именем, а не всякими там заменами. И лишь в последний момент до неё доходит, что этот человек может быть виновен во всех бедах, что выпали на долю её и Марион. Она поджимает нижнюю губу, да так, что на той проступают тёмные следы зубов. Ей хочется верить, что всё произнесённое Абелем — правда. Но чёртова холодная логика злобно ухмыляется где-то в сторонке, приговаривая: «Амнезия? Серьёзно? Возникшая самым чудесным образом сразу после того, как почти со всей твоей семьёй было покончено?»

[indent]  — В самом деле? Тогда, надо сказать, декабрь для всех был тяжёлым месяцем, — она торопливо отводит взгляд в стену, замечая, как предательски в уголках глаз собираются слёзы. Ей обидно, до боли обидно, что она не в состоянии вспомнить те ужасные дни; аварию, а затем пожар, которые должны были вбиться в сознание, отпечататься на подкорке мозга. Чтобы она не стояла сейчас идиоткой, не понимая, где начинается её старший брат и заканчивается убийца. Чтобы знала, какую тоску она обязана чувствовать.

[indent]  — Иронично, но я тоже не должна тебя помнить, — влажная лазурь вновь цепко уставилась на Абеля. — Но я знаю лучше многих, что твоё настоящее имя — Абель Вессель, что ты старше меня на девятнадцать лет, что когда-то давно ты был самой большой занозой в заднице всей нашей семьи. А она была очень большой и очень влиятельной. Как видишь, — Матильда ведёт ладонями вдоль тела, демонстрируя свою потёртую куртку и старые джинсы, — последнее уже не актуально.

[indent]  Матильда ненадолго замолкает, метрономом отщёлкивая в мыслях, сколько времени ей понадобится, чтобы остыть и не выдать мужчине напротив всё на свете. Голова путается, вопя, что ей бы замолкнуть на пару секунд, не встревать в этот тихий пыльный кабинет с абсолютной оголённой правдой, не иди на поводу у лжеца. «Ведь он же лжёт. Это очевидно. Придумал себе нелепую историю про амнезию и просто нагло лжёт!» Но сколько бы девчонка не пыталась разжечь в себе не фильтрованную злость — напрасно. Что-то во взгляде Абеля выдавало его полностью; эта пустота в глазах, стоило Матильде коснуться острых слов, стоило ей сказать чуть больше положенного и чуть сильнее допустимых эмоций — он не менялся в лице, только удивлялся чуть больше. И был растерян, действительно сильно растерян. В конце концов, с тяжёлым вздохом, девчонка смягчается.

[indent]  — Пожалуй, тебе стоит знать, что в этом городе есть ещё один человек, который ищет тебя. Но, поверь, этот человек не станет говорить с тобой по душам, — она смыкает руки на груди в замок, — не захочет выслушивать и спрашивать. Так что моё любопытство стоит мне многого, в том числе и доверия этого самого человека. А он мне очень дорог.

[indent]  Она едва не хочет ударить себя по голове за такой сносящий поток откровений. Ведь обещала же себе быть аккуратной, подбирать каждое слово и пытаться достучаться до правды пусть медленно, зато наверняка. Но у неё в голове картинки из слезливых передач и рьяное желание избавиться от тяжёлого груза беспамятства.

[indent]  — Лучше расскажи, как ты оказался в этом городе. Мы жили в другом месте. Поэтому, полагаю, после всего случившегося, — она резко осекается на этом слове, но осознав, что сказанного уже не вернуть, спокойно продолжает, — тебе наверняка пришлось бежать. — Сдержанный гнев постепенно сменяется на безобидный, хоть и весьма резкий, интерес. Может быть и вправду стоит попытаться разглядеть в нём потерявшегося в дебрях беспамятства человека? По сути, Матильда ничем не отличалась от Абеля, только масштаб её неведения был куда меньше. И всё же. — Что самое первое ты можешь вспомнить после декабря 2010-го года?

+1

7

Ответы так и остаются где-то не здесь. Абернати до сих пор не может определиться в собственных эмоциях и в отношении к девушке, которая говорит с ним. Не так должны встречаться близкие родственники, но в их семье все всегда было неправильным. Взаимные упреки, амбиции, потери. Вессели доживали последние поколения не от недостатка потомков, а как раз потому, что эти потомки знали лишь жажду, от которой может спасти лишь смерть. Так и случилось, но Адриан жив, удивительным образом получил второй шанс, на который не заслуживал. Если бы Адриан по воле случая все вспомнил, он бы осознал это — незаслуженность всего того, что он имеет сейчас. И появление Матильды тому явное доказательство.

Адриан жадно хватает скупые факты о своем прошлом, но даже они не приносят ничего хорошего. Были влиятельными? Тильда говорит в исключительно прошлом времени, которое определенно не вернуть, сколько не старайся. Что-то произошло в том прошлом, но Абернати смутно чувствует, что причиной конечного фатального итога был он сам. Иначе не находился бы здесь, не стал другим, пусть не по своей воле. Колдун медленно осознает происходящее, оно его приводит в замешательство и откровенно расстраивает. Жизнь вокруг него ложь — теперь это не просто громкие слова. Как с этим жить? Абернати сам ведь хотел правды, нечего теперь бежать от неизбежного.

— Что за человек? —  спросил мужчина после некоторой паузы, пытаясь собрать все происходящее в единую картинку. Кажется, получается, хотя с трудом. Абернати берет себя в руки, перестает внутренне метаться от эмоции к эмоции, принимая правду. Даже ту, о которой его новоявленная сестра еще не сказала. Колдун ничего не понимает, но это, верно, ненадолго. Быть может, эта девушка опасна для него, но за Эдом редко приходили со словами — я твоя сестра. За те годы амнезии вообще не было никаких связей с прошлым, помимо лучшего друга (друга ли?), да и родни официально не было. Вся жизнь была пуста, а Генриетта должна стать новым этапом, но Адриан продолжает тонуть в прошлом. —  Значит Абель Вессель. — собственное имя, данное родителями, не кажется ему знакомым. Не побуждает ни воспоминаний, ни эмоций, оставляя за собой холодную констатацию факта. Впрочем, жаловаться на то, что ему на ходу не раскрыли всю информации нельзя, теперь-то колдун знает свое настоящее имя.

— Небольшой отель.
—  не желая что-либо скрывать, вспоминает Абернати свой первый кадр из новой жизни. —  Не так далеко от Генриетты. Рядом со мной человек, который в последствии представился мне другом, спасшим меня от смерти. Сказал, что я связался не с теми людьми, за что поплатился легко. —  тогда Адриан узнал, кто он, откуда знаком с Мэлфреем. Тот называл факты из биографии уверенно, у колдуна были недолгие сомнения. По большому счету, ему было некуда идти. Вероятнее всего, если бы не пошел по своей воле, то заставили. Адриану не хочется верить в тот вариант, при котором Иммануил оказался предателем. Стопроцентно есть иное объяснение! То, в котором друг реально спас ему жизнь, но зачем тогда лгал? Чтобы защитить, в первую очередь Адриана от самого себя. —  Он рассказал мне основные факты из моей биографии, которая точно не сходится с твоими словами. Потом мы уехали в Генриетту, где я поступил сначала на обследование в клинику, а после начал жить здесь. Как видишь,уже больше пяти лет живу. —  ведомый обещанием, что никаких отъездов долгих не будет. Адриан многие годы не знал, с чем ему придется столкнуться, но не ожидал, что это будет собственная сестра. Вздохнув, колдун постарался произнести свои слова как можно более непринужденно —  Не хочешь чаю? У меня где-то есть зефир. —  верно, ей не до посиделок, но она стояла на улицу и могла продрогнуть. Трогательная забота, а ведь Абернати вовсе отличается тем, что не откажет в помощи. И может ли он хоть чем-то помочь Матильде? Кажется, в прошлом и без того все испортил.

— Все настолько плохо? Что я сделал, Матильда? Что случилось с нашей семьей? — в тоне проскальзывают требовательные нотки.  Адриан, кажется, уже готов к любому ответу, но где-то там он понимает. Вновь задает одни и те же вопросы, замечая, что сестра не спешит этим делиться. Почему? Вполне вероятно, ей очень непросто об этом говорить вообще. Но, Абернати же должен знать. Точнее, он свято уверен в необходимости знаний, которые у него забрали с определенным умыслом. Ничего не происходит случайно, а учитывая, что проклятие не взялось из ниоткуда, то Адриана хотели забрать в Генриетту не спроста. —  Я хочу правды, потому вынужден предупредить —  лгать человеку с амнезией не очень этично. —  скорее просьба, нежели предупреждение или, тем более, угроза. Не тот тон, не те слова, и совершенно не подходящее тому поведение. Абернати, сколько не старался бы,все равно выглядит потерянным.

Отредактировано Adrian A. Wessel (2017-12-12 18:36:34)

+1

8

[indent] На шкале странности происходящее в этой куцей комнатке заняло бы самую максимальную позицию. Воздух вокруг — спёртый и душащий. Стремительно нарастающая неловкость и неизвестность сжимают горло, стопорят мысли, не позволяя даже крупице здравости прояснить хоть что-нибудь. Матильда была бы рада действовать, рубить с плеча, решать ситуацию напрямик, однако любое неправильное движение рискует обернуться новой бедой. Для неё — потерять едва найденную зацепку из прошлого; для Марион — лишиться всего, к чему она столь долго и отчаянно стремилась по мановению слабовольности собственной сестры.

[indent] Но о Марион девчонка думает в последнюю очередь. Хотя бы потому, что Абель — или Адриан?.. или теперь просто брат?.. чёрт — оказывается удивительно откровенен, потоком абсолютно честных слов, без единой дрогнувшей на лице морщинки снося всю подозрительность Матильды наверняка. На мгновение такая правдивость кажется ей показушной, но секундой спустя сменяется разочарованием в собственных же мыслях: Абель наверняка не столь уж хороший актёр, чтобы вымучивать из себя подобные слова лишь для того, чтобы втереться в доверие. Да и на кой ему вообще сдалось доверие Матильды? Она для него не более, чем призрак из прошлого. Ныне не играющий никакой роль в его жизни. Он же знать не знает о желании Марион найти его как можно скорее; более того — он вообще не знает про то, что Марион до сих пор существует на этом свете. А если верить словам про амнезию, то Абель и про её появление на этот самый свет не помнит. Девчонка устало потирает висок. Стоит ей заикнуться об истинной личине этого самого «ещё одного человека», все её намерения падут прахом, а все попытки уберечь моральное спокойствие своей старшей сестры — подавно.

[indent] Матильда приподнимает брови в удивлении. Значит, в этом городе имеется некий загадочный друг, который вырвал Абеля после тогдашней заварушки? Запихал куда подальше, с глаз долой и из сердца вон? Или достал из пожара, который он же сам и устроил? «Никаких тебе ответов, Матильда, запутайся ещё больше. Почему бы, блин, и нет? Ты же именно за этим наконец решилась сюда прийти», — мелькает в усталой понурой голове.

[indent] — Не с теми людьми? — Девчонка торопливо концентрируется на словах, которые по итогу наверняка и не имеют такой уж важности. Она сама прекрасно знает о Лафайетах, о чёрт знает какого года протухшести семейном конфликте, но теперь, вдобавок ко всему прочему, ей начинается казаться, что Абелю могли просто-напросто запудрить мозги. Но в таком случае зачем оставлять его в живых? — Скажи, ты доверяешь человеку, про которого говоришь? Ты знал его раньше?«Если это чёртов Эллиот, я найду его самолично. Ещё и к Марион приведу, чтобы показала ему стиль древней инквизиции. Но если это действительно он, или кто-то из этой семейки Лафайетов, то сомнений нет — их уже и след простыл, не будь они глупы». — Нет, спасибо, как-то мне весь этот день уже поперёк горла, — путано бормочет себе под нос Матильда, отказываясь от чая и зефирок (чего, будучи человеком здравым не сделала бы в любой другой ситуации — зефирки всё-таки). Сейчас центром сосредоточения её внимания стала многострадальная стена, в которую она вцепилась взглядом, исследуя вдоль и поперёк, задумчиво прикусывая столь же многострадальную щёку изнутри. «Но если Марион права и Абель сговорился с этой семейкой по своей воле, то всё происходящее сейчас совсем не имеет смысла. Лафайеты не так просты, совсем не глупы и безжалостны. Наверняка убили бы его при любой удобной возможности», — она торопливо переводит усталые понурые глаза на замешкавшегося и столь же явно ничего не понимающего брата: «А здесь всё так удобно вышло: другой город, внезапная амнезия и некий загадочный друг».

[indent] Когда Абель задаёт самый ожидаемый из всех своих вопросов, — вопрос, который он, конечно же, имеет полное право задать — Матильда всё равно самым честным образом не находится в ответах. Она прокручивала это в голове много-много раз, рассказывала самой себе историю, которую знала и из сухих полицейских сводок, и из эмоциональных повествований Марион. Она знала всё досконально: каждую мелочь, вплоть до шагов и забытых впопыхах вещей. До маршрутов бегства, до поз обгоревших тел, до самых мелких заключений экспертов. И всё равно это не имело никакого значения. Это было просто буковками на бумажках, путающимися словами, но никак не образами в памяти, что обязаны всенепременно всплывать в голове. Это один из немногих случаев в её жизни, где эмоциональность нуждалась в ней, а она — в эмоциональности. Где впечатления о пережитом открыли бы ей пути в ясность куда быстрее, нежели эти нелепые попытки слепого крота найти лазейку, давно засыпанную землёй и другими глупыми кротами.

[indent] В конце концов, Матильда не станет лгать — самое мудрое решение, к которому она оказалась способна прийти сейчас. Фактически, рассказ даже о таких деталях никак не затронет душу, ведь очень сложно затронуть то, что практически с клочьями вырвано вместе с этими чёртовыми провалами в голове. Матильда недолго, но всё же медлит.

[indent] На шкале странности стремительно вырывается вперёд попытка рассказать о совершённых грехах человеку, который не имеет о них ни малейшего понятия.

[indent] — Я не помню события той декабрьской ночи. То есть я прекрасно знаю о них, но ничего не помню. Кто-то из полицейского департамента сказал, что это — эдакая попытка мозга защититься от полученных увечий. – Девчонка водит ногтём по краешку стола, стараясь сконцентрироваться на зацикленных движениях. Потому что слова идут слишком трудно, болезненно и глупо. — Сначала часть нашей семьи погибла в аварии, затем, месяцем, или больше, спустя, в доме случился пожар. В живых осталась только я… И тот самый человек, который не захочет тебя слушать ни при каких обстоятельствах. Потому что он, приложив очень много усилий, разыскал тебя. А ещё информацию о том, что авария, а затем и пожар случились по вине нашего родного брата, связавшегося с нашими же давними общими врагами. Нашего родного брата, заказавшего все эти бессмысленные убийства, дабы сидеть на оставшихся лаврах. Богатстве «трагично утерянного рода». — Матильда говорит с удивительным спокойствием, сухо, практически слово в слово перечисляя всё то, что твердила ей Марион одним холодным вечером внезапных душевных откровений. Отчего-то ей не хочется смотреть в глаза Абелю, не хочется видеть его реакции — она расстроит одинаково сильно. Сыграй на его лице равнодушие — значит всё и правда фальшь, а он, в свою очередь, прекрасно ведает о собственных действиях; если же старшего брата постигнет печаль, то значит план Матильды провалился. Человек напротив неё будет чувствовать безмерную вину за то, чего не помнит. Также, как она тоскует по тому, что всплывает в памяти лишь размытым тёмным пятном.

[indent] «Обоюдная досадная несправедливость, но ты просил правду».

[indent] — Как ты понял, я не единственная из.. твоей семьи, кто остался в живых. Но у меня из без того будут слишком большие проблемы. Я сказала слишком много. — Пальцы вяжутся едва ли не в морской узел, с мыслями — то же самое. Кажется, она ведь просто хотела зайти издалека, покапать на мозги и вырвать куцую информацию хотя бы по кускам фраз, но по итогу разворошила осиное гнездо. И теперь только и могла что воззриться на Абеля ничего не смыслящим дурным взглядом, ожидая чёрт пойми какой реакции.

[indent] — Мне не стоило рассказывать этого. Извини. — «Ты очень крупно облажалась. В который раз, в который раз».

Отредактировано Matilda Wessel (2017-12-13 18:09:24)

+1


Вы здесь » Henrietta: altera pars » beyond life and death » remember me


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC