«Она внимательно всматривается в лицо старшего брата, — теперь же можно называть его именно так? — силясь различить возможную фальшь. Словно заранее ожидая подвоха. Матильда паршиво разбиралась в людях...» читать далее
В этот город идёт много дорог, но никто вам не скажет, что приехал сюда просто из любопытства. Почему же? Всё просто. Этот город окутан тайнами и многовековой историей, которую каждый житель может поведать лишь шёпотом. В этом городе есть Потерянное озеро, где легко можно пропасть и самому. Что-то странное в густых лесах. Зло ходит рядом с добром. Это не простой городок в Канаде. Это Генриетта, и она вас не отпустит просто так.
HENRIETTA: ALTERA PARS
Генриетта, Британская Колумбия, Канада // октябрь-декабрь 2016.
// LUKE
ЛЮК КЛИРУОТЕР
предложения по дополнению матчасти и квестам; вопросы по ордену и гриммам; организационные вопросы и конкурсы;
// AGATHA
АГАТА ГЕЛЛХОРН
графическое наполнение форума, коды; вопросы по медиумам и демонам; партнёрство и реклама; вопросы по квестам;
// REINA
РЕЙНА БЕЙКЕР
заполнение списков; конкурсы; выдача наград и подарков; вопросы по вампирам и грейворенам;
// AMARIS
АМАРИС МЭЛФРЕЙ
общие вопросы по расам; добавление блоков в вакансии; графика, коды; вопросы по ведьмам и банши;
// GABRIEL
ГАБРИЭЛЬ МЭЛФРЕЙ
общие вопросы по расам; реклама; заполнение списков; проверка анкет; графическое оформление;
//

Henrietta: altera pars

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Henrietta: altera pars » beyond life and death » What Speaks When Words Fail


What Speaks When Words Fail

Сообщений 1 страница 12 из 12

1

http://storage7.static.itmages.ru/i/17/1115/h_1510778745_7404266_3f90eb2f0e.gif
What Speaks When Words Fail
Eiliv Wels & Anton Dreier
18 ноября 2016 года, Генриетта, дом Антона и Айлив
Вопреки распространенному мнению, любопытство вовсе не обязательно всегда влечет за собой неприятности. Иногда последствия могут быть неожиданными, но хорошо это или плохо – сложно сказать наверняка.

+2

2

Айлив выключила ноутбук и, закрыв глаза, потянулась.
Кажется, она просидела за работой без малейшего перерыва несколько часов подряд. Девушка совсем не замечала, как пролетает время, занятая переводом, и не обращала внимания на нужды тела. Она осознала, что стоит наконец отвлечься только тогда, когда заболела шея, а под веки словно попал песок. Всё же стоило иногда беспокоиться о собственном здоровье, так и хорошее зрение потерять недолго. Решив, что прерваться на часок-другой будет совсем не лишним, девушка поднялась со своего места и покинула свою комнату.
Спустившись на первый этаж, Айлив зашла на кухню и включила чайник. Занимаясь подготовкой чая, она отрешённо поглядывала в окно. На улице было по-осеннему хмуро, и даже яркая листва деревьев не сглаживала впечатление. В такую погоду хочется залезть под плед и не делать ничего, кроме просмотра лёгких развлекательных фильмов или сериалов. А лучше вообще заснуть на целые сутки, чтобы, проснувшись, не видеть больше этой серости. Может, позже она так и сделает, выбрав один из двух вариантов. Ноябрь нагонял тоску.
Чайник вскипел с характерным щелчком. Заварив чай и разбавив его молоком, Айлив сделала несколько глотков, сжимая в руках чашку. Неторопливо наслаждаясь приятно согревающим напитком, девушка перекусила парой конфет, раздумывая, чем бы заняться. Сначала она решила, что стоит остановиться на первом варианте, но любителем и знатоком фильмов она никогда не была. Выбирать для просмотра что-то неопределённое скучно и долго. Да и зачем нужно кино, когда есть книги? Девушка попыталась вспомнить, что у неё есть из нового, однако недавних покупок было слишком много и трудно было воскресить в памяти все.
"Ладно, определюсь на месте".
В кружке ещё оставался чай, поэтому она взяла её с собой. Проходя мимо гостиной, Айлив машинально окинула её взглядом и резко остановилась, заметив на столе кое-что, выбивающееся из привычной картины комнаты.
Скрипку.
Видимо, сегодня что-то отвлекло Антона или он торопился, потому что обычно он никогда не оставлял свой инструмент здесь. Девушка периодически слышала, как мужчина музицирует; это было красиво. Порой ей хотелось посмотреть на процесс, но она старалась не мешать "брату", отчего-то думая, что это слишком личные моменты и её присутствие будет излишним.
Поставив чашку на стол, Айлив протянула руку и осторожно дотронулась пальцами до деревянной поверхности. Скрипка оказалась очень лёгкой, почти невесомой. На взгляд она была тяжелее. Девушка чуть нажала на струны, слушая их мелодичное гудение. Она сама никогда не занималась музыкой и была максимально далека от этого мира, хоть и любила инструментальные произведения. Движимая любопытством, Айлив поднесла скрипку к плечу и прижалась к ней подбородком, повторяя позу, которую обычно принимали музыканты, которых показывали в кино и на записях концертов. Неуверенно коснулась смычком струн и провела по ним. Инструмент зазвучал разными, но абсолютно не мелодичными голосами. Девушка поморщилась, но продолжила своё занятие, зажимая струны в разных частях грифа, пробуя извлечь из скрипки что-нибудь, отдалённо похожее на связные звуки.

+1

3

Звук – пронзительный, дребезжащий – привлек внимание Антона, как только он вошел в дом.

Он сразу понял, что именно это был за звук: не распознать измученный плач инструмента в неумелых руках было бы трудно – но в конечном счете Антон только удивился. Ему и в голову не могло прийти, что Айлив захочет взять его скрипку без разрешения – а скорее даже, что она в принципе зачем-то захочет ее взять, пусть даже спросив. Она не была музыкантом и никогда, как ему казалось, не интересовалась его игрой – эта тема поднималась между ними лишь изредка, когда он спрашивал у нее, не мешает ли его музыка ей работать. Видимо, решил Антон, сейчас ей двигало простое любопытство. Раз уж он так неосторожно забыл убрать инструмент перед уходом, стоило ли удивляться, что тот привлек ее внимание?

Айлив не заметила его – кажется, даже не слышала, как он вошел. Возможно, в другое время Антон бы рассердился на то, что кто-то – пусть даже «сестра» – вообще прикасается к принадлежавшему ему инструменту, не говоря уже о том, чтобы играть на нем, и уж тем более – пытаться играть, не умея этого. В конце концов, это была старая скрипка, притом работы не самого безвестного из мастеров; Антон никогда не оценивал ее у профессионалов, но и без этого знал, что по нынешним меркам она бы стоила немало, вздумай он ее продать. Кроме того, скрипка эта была у него уже давно, он привык к ней и он дорожил ей в числе прочего по личным причинам.

Поэтому мысль о том, что девушка может по неосторожности испортить бесценный для него инструмент, у Антона, конечно, мелькнула. Однако он отогнал ее: сейчас ему совсем не хотелось находить еще один повод для ссоры с Айлив – они и так только недавно помирились после всего, что произошло в канун Дня Всех Святых. Ничего страшного, в конце концов, не случится, если девушка немного «поистязает» его «подругу». Не сломает же она ее надвое. Может, расстроит чуть-чуть.

Какое-то время Антон молча наблюдал за ее неумелыми и не слишком удачными попытками извлечь из скрипки что-то, похожее на мелодию, но вскоре слушать это – как и наблюдать за процессом – стало невыносимо. Айлив его все еще не замечала, увлеченная своим занятием, а он не хотел напугать ее неожиданным появлением, отчасти немного опасаясь, что от неожиданности она может попросту выронить скрипку, поэтому сначала негромко кашлянул, чтобы обозначить свое присутствие, и только затем произнес:

– Так ничего не выйдет, Айлив. Скрипка – довольно капризный инструмент, особенно для новичка. Между прочим, – добавил он с улыбкой, подходя ближе, – эта леди старше тебя. Раз в десять.

Отредактировано Anton Dreier (2017-11-18 18:41:40)

+1

4

"Мне кажется, похожими звуками можно кого-нибудь пытать. Нерадивых учеников музыкальной школы, например".
Если бы скрипка была живым существом, то она наверняка бы пыталась вырваться из рук Айлив. Инструмент издавал не мелодии, а скорее стоны раненого животного. Иногда девушка зажимала струны неправильно, и тогда они вообще не звучали, или отзывались глухо, с помехами. У неё явно нет таланта к музыке, да и бывают ли вообще такие люди, которые начинают играть что-то связное, увидев, например, гитару в первый раз в жизни?
Айлив не знала, почему этим занимается. Какая-то тяга, неясная заинтересованность, которая возникает, когда на глаза попадается музыкальный инструмент. Его хочется испытать, послушать, подержать в руках, пусть и непонятно, что нужно делать, чтобы он звучал правильно. Тем более что девушке всегда нравилась скрипка, наряду с флейтой и фортепиано. В музыку, особенно современную электронную, они вносили своё неповторимое очарование, сочетая, казалось бы, несочетаемое.
Видимо, поэтому она не смогла отказать себе в возможности прикоснуться к скрипке, ощутить её магию. Жаль, конечно, что на практике всё получилась не так сказочно, как хотелось в мечтах: в ней не проснулся великий музыкальный дар и она не начала с первой попытки играть классические произведения. Слишком по-детски было бы всерьёз надеяться на такое.
Девушка провела смычком по струнам, извлекая из них очередной грубый звук, когда за её спиной раздался голос Антона. Айлив замерла на месте, её руки моментально похолодели.
"Ой".
- Антон! Ты уже вернулся...
Она развернулась, опуская скрипку и испытывая глупое желание спрятать её за спину. Ещё не успела осесть пыль предыдущей ссоры, а она снова ошибается, лезет в чужое личное пространство. Не так уж сложно было сдержаться и пройти в свою комнату, как планировалось изначально, но нет, нужно же заглянуть в гостиную... Самобичевание Айлив прекратилось, когда она услышала о возрасте инструмента, который держала в своих руках. Скрипке около двухсот лет? Теперь на неё и смотреть стало страшно, не то, что трогать.
"Двести лет. Подумать только. Древнему вампиру и вещи под стать, да?"
- Прости. Я не... увидела её на столе и не сдержалась. Как-то само собой получилось. - Смущаясь, девушка протянула Антону инструмент. - Я здесь недолго, так что она в порядке. Извини. Я... Такого больше не повторится.
Вроде бы она не сотворила ничего страшного, но от стыда хотелось провалиться сквозь землю.

+1

5

Антон только продолжил улыбаться в ответ, пока Айлив, судя по всему, изо всех сил старалась подобрать слова, пытаясь как-то перед ним оправдаться за свой «проступок». Ну как он мог на нее сейчас сердиться, в самом деле? Девушка выглядела растерянной и даже слегка испуганной; зная ее, Антон предположил, что она наверняка уже вся истерзалась переживаниями по поводу того, что только что сделала. И он, конечно, опять появился не вовремя и неожиданно.

Антон вдруг подумал, что, если прямо сейчас он просто заберет у Айлив скрипку, она еще долго будет мучиться совестью. Даже если он при этом скажет ей, что все в порядке, и ей не о чем волноваться, девушка не станет его слушать: она, как обычно, сделает вид, что все хорошо, а сама продолжит себя грызть, как часто делала в других ситуациях. Конечно, в этот раз повод чувствовать себя виноватой у нее был: она взяла чужую вещь без разрешения – но Антону, на самом деле, куда важнее было ее душевное спокойствие, которое «сестра» и так испытывала нечасто.

Поэтому, когда Айлив протянула ему скрипку, он не стал ее забирать.
– Все хорошо, – Антон покачал головой, поднимая руки в примирительном жесте. – Не волнуйся. Ничего страшного. Знаешь... – он сделал еще несколько шагов в ее сторону, – тебе неудобно будет играть так, как ты ее держала. Давай, я покажу.

Антон зашел девушке за спину и мягко взял ее за левое запястье, поднимая ее руку так, что ей пришлось вернуть скрипку на плечо.
– Не заводи руку так сильно назад. Ты должна видеть скрипку перед собой, когда держишь ее. Не прижимай подбородок слишком плотно и не изгибай шею – она устанет. Просто разверни плечо, чтобы удобнее было держать.

Он сопровождал свои действия жестами, помогая ей встать прямо, приподнять подбородок и развернуть руку, как требовалось. Это, в общем-то, было не так уж сложно: со струнами все будет сложнее, подумал он – правильно взять инструмент в руки это одно, а вот как следует зажать струну – другое. Пальцы Айлив не выглядели достаточно сильными, и Антон не был уверен, что она справится; тем не менее, он аккуратно развернул ее руку, державшую гриф, показывая, как лучше расположить запястье.

– Вот так. Пальцы не должны касаться тех струн, которые ты не планируешь зажимать. Следи, чтобы они... как бы объяснить... падали на струны точно сверху.
Антон поставил на струны свои собственные пальцы, показывая. Подбирать подходящие слова было непросто: он никогда никого не учил играть и совершенно не знал, как толком объяснить то, что сам уже давно выполнял автоматически – выверенные за два столетия действия, которые уже не требовали от него даже на секунду задумываться о том, что именно он делает.

– Смычок возьми так, как тебе удобнее. Держи его достаточно твердо, но сильно руку не напрягай.
Антон взял ее правую руку в свою и осторожно, мягко опустил смычок на одну из струн, которую зажал сам. Та отозвалась мягким, спокойным звуком, разительно отличавшемся от тех, что до сих пор удавалось извлечь из скрипки Айлив.
– Конечно, правильно держать ее это полдела. Нужно еще научиться, собственно, играть, – он усмехнулся. – Если захочешь, конечно.

+1

6

- Она такая старая... Ты уверен?
Айлив немного растерянно смотрела на подошедшего мужчину. Ей стало легче от понимания, что Антон не злится, но она слегка удивилась тому, что он доверил ей такую древность. Столь многолетний инструмент наверняка к тому же немалых денег стоит, а если она его случайно поцарапает или как-то повредит?
Впрочем, переживания девушки о стоимости скрипки резко испарились из головы, когда мужчина встал позади неё и взял за руку, заставляя поднять инструмент. По спине пробежал холод, а сердце ускорило свой ритм. Кажется, они никогда не стояли так близко друг к другу, как сейчас, и это отчего-то напрягало. Слушая Антона, но едва ли слыша его, она автоматически повторяла движения, которые он ей указывал, одновременно пытаясь не шевелить остальным телом, чтобы ненароком не коснуться мужчины. Она так сосредоточилась, что периодически неосознанно задерживала дыхание.
Но её старания пропали втуне, когда Антон перехватил её руку со смычком и извлёк из скрипки красивый, чистый звук. Слишком близко. Теперь это были почти полноценные объятия, от которых в горле пересохло, в висках застучал пульс. С одинаковой силой хотелось отстраниться и остаться на месте. Непонятное, дикое, невесть откуда взявшееся желание.
Что-то похожее она испытала тогда, около месяца назад, на кухне, когда сама дотронулась до мужчины.
"Мне нужно успокоиться, срочно".
- Я не знаю... - Дрогнувшим голосом сказала Айлив. Хотела ли она научиться играть на скрипке? Если в процесс обучения входят объятия с Антоном, то однозначно да. Нет. Нет! Или да?.. -  Разве этому учатся не с детства? Мне уже двадцать, может ли в таком возрасте что-то получиться?
"Я что, всерьёз хочу согласиться?"
Девушка зажала струны так, как этому учил "брат" и медленно провела по ним смычком. Скрипка низко загудела разными голосами, но на сей раз не такими отвратительными, как в самом начале. Звуки не могли отвлечь от спутанных эмоций. Сложно понять, есть ли у Айлив желание научиться играть на музыкальном инструменте, когда в её голове царил хаос, который невозможно было унять.
"Просто. Успокоиться".
Айлив шагнула вперёд, осторожно выбираясь из рук мужчины, чувствуя вместе радость и разочарование. Однако напряжение чуть спало, позволяя начать мыслить разумно. Девушка повернулась к Антону, сохраняя свою позу начинающего музыканта, и вопросительно взглянула на него, мол, верно ли держит скрипку? Снова провела смычком по струнам - получилось неплохо, хоть и не мелодично. Пока она так и не могла понять, нужно ли ей умение играть на музыкальном инструменте или нет.
- Антон, а ты учился играть ещё когда был... - "жив?" - человеком? Или уже после обращения?
Пожалуй, ей действительно интересно узнать об этом. Остаётся надеяться, что это вопрос не из личных.
"Любопытство сгубило кошку".

+1

7

Комментарий Айлив о возрасте скрипки остался без ответа. В конце концов, зачем вообще нужен музыкальный инструмент, если на нем не играть, сколько бы лет ему ни было и сколько бы он ни стоил? Поставить на полку и изредка протирать пыль? Ужасная судьба для такой прекрасной вещи, как скрипка, пожалуй.

– Ну, мировой известности на этом поприще тебе, боюсь, действительно уже не достигнуть, – отозвался Антон. – Но научиться играть несложные композиции, думаю, вполне можешь. И сложные тоже, со временем, если не бросать занятия.

Сравнивать Айлив и его самого в этом плане, конечно, смысла не было. У Антона, когда он только начал учиться играть, было все время мира, и занятия его могли длиться часами. Клавишные ему к тому времени успели поднадоесть, и хотелось чего-то нового, а скрипка всегда его привлекала – к тому же, ее проще было взять с собой куда-либо, в отличие от громоздкого клавесина.

Когда девушка выскользнула из его «педагогических объятий», Антон будто опомнился – после чего усмехнулся. Он успел привыкнуть, что Айлив избегает близости с людьми и прикосновений в целом, и считал подобное поведение одним из свойств ее характера, однако после случившегося на Хэллоуин это уже не казалось неоспоримой истиной. Конечно, тогда она была нетрезва, и в целом вся ситуация разительно отличалась. И все же Антон не мог избавиться от ощущения, что дело было, по крайней мере отчасти, лично в нем.

«Наверное, неприятно, когда у тебя за спиной вампир, да?» – он едва удержался от того, чтобы сказать это вслух, но все же смолчал, снова, как и ранее, в попытке избежать ссоры. Антон и без этого начинал переживать, что их взаимоотношения вот-вот испортятся окончательно, а отпускать от себя Айлив ему очень не хотелось. Не было смысла портить все снова из-за такой ерунды; в конце концов, она и не обещала ему позволять к себе прикасаться, удивительным казалось скорее то, что она вообще допустила, чтобы он был настолько близко такое долгое время. Поэтому Антон просто кивнул ей, когда она взглянула на него – давая понять, что она все делает правильно, – и опустился в стоявшее неподалеку кресло, продолжая наблюдать за ее действиями.

– Нет, я был уже лет сорок как обращен, когда впервые взял в руки скрипку. Правда, я с юношеского возраста играл на клавесине, затем – на фортепиано, – когда оно появилось. Интересно, как бы Айлив отнеслась к тому факту, что он старше, чем фортепиано. – Так что мне, возможно, было проще затем изучать другие инструменты. Но не думаю, что это так уж влияет на…

Он умолк. Может, и влияет. Ему не с чем сравнить, но более тонкий слух, вампирская ловкость, позволяющая увереннее обращаться с инструментом – все эти факторы, несомненно, должны служить некоторым подспорьем в музыкальной практике?

– Как бы то ни было, скрипку я тоже изучал не с раннего детства. Не знаю, правда, насколько хороший мог бы получиться из меня педагог. Я никогда не пробовал никого учить.

Отредактировано Anton Dreier (2017-11-21 13:55:33)

+1

8

Осторожный взмах смычком. Скрипка едва ощутимо вибрирует, издавая высокий звук. Айлив старалась не проводить смычком по нескольким струнам одновременно, потому что чаще всего они создавали неприятный диссонанс вместо красивого звучания. Вряд ли можно было научиться играть, бессистемно терзая инструмент, но девушка не стремилась к этому сейчас. Она пыталась понять, что чувствует ко всей идее. Изначально она взяла в руки скрипку из чистого любопытства, не задумываясь о чём-то большем, но теперь у неё был выбор. Нужно ли ей это?
Нелегко было сосредоточиться, поскольку она всё ещё не успокоилась после неожиданных почти-объятий. Глядя на Антона, она чувствовала фантомные прикосновения к своим рукам и это сбивало с толку. Айлив стала смотреть не на мужчину, а куда-то поверх его головы, благо теперь он сидел и такой взгляд не был слишком заметен.
"Расслабься уже".
Очередной почти чисто взятый звук, во время которого девушка прислушалась к себе. Если откинуть мысль о том, что учить её будет Антон, то... Скрипку приятно было держать в руках и сам процесс игры на ней оказался увлекательным. Ей нравилось, как смычок скользит по струнам, как дрожит инструмент, какие чистые ноты он способен издавать. Играть на нём цельные произведения со знанием того, что именно нужно делать, наверняка сплошное удовольствие.
Айлив опустила глаза на мужчину. "Разбежалась". Потрясающими будут уроки, когда в процессе она не сможет сосредоточиться на, собственно, обучении.
- Почти триста лет практики... Ничего себе. - Вслух подумала девушка. Она догадалась, о чём хотел сказать прервавший себя Антон. - Мне кажется, что твоя сущность может влиять на скорость изучения в лучшую сторону. С другой стороны, дай музыканту триста лет жизни и его успехи вряд ли будут хуже, чем у вампира.
Струна запела максимально низко для скрипки и Айлив опустила руку со смычком, оставляя этот звук растворяться в воздухе. Она нашла решение, которое почти её устроило. Почти.
- Наверное, я бы не отказалась... ну... Попробовать научиться. Если у тебя найдётся свободное время и ты не против. Один-два урока для начала. А дальше - посмотрим. Вдруг тебе или мне не понравится. - Если она продолжит так же реагировать на приближение Антона, то, конечно же, ей очень скоро "не понравится", пусть в реальности будет совсем наоборот. - Всё устроит - тогда я, видимо, куплю себе скрипку. Мне всё-таки немного страшно держать твою. Боюсь повредить ей что-нибудь.
Айлив слегка улыбнулась и смущённо опустила взгляд. Принятое решение, пожалуй, вызывало больше волнений, чем радости, но слов обратно не вернёшь. Да и... может, ей на самом деле понравится. Может, она перестанет так переживать или привыкнет к тому, что мужчина может находиться рядом. Нельзя узнать, не попробовав.
- Видимо, в самом начале придётся изучать ноты и по большей части теорию? Или всё успешно совмещается с практикой?

+1

9

Антон ответил не сразу.
Какое-то время он сидел молча, раздумывая над собственными мотивами. Он что, в самом деле только что предложил Айлив учиться у него игре на скрипке? Причем использовать для обучения его собственную скрипку? И с чего вдруг? Неужели он так сильно не хотел с ней ссориться? Но разве для этого дать ей понять, что он не сердится, было недостаточно?

– Ну, с этой скрипкой уже и так довольно много всего происходило, – отозвался Антон, все еще не до конца веря тому, что и вправду это говорит. – Если ты не собираешься швырять ее об стену или ломать надвое об колено, то, думаю, никакого критичного ущерба ты ей не нанесешь.

Идея в любом случае казалась лучше, чем покупать Айлив новую скрипку специально для обучения. Вдруг она и вправду передумает через пару занятий – инструмент это, в конце концов, не самый простой, а трехсот лет практики, чтобы освоить его в совершенстве, у нее не будет. Если, конечно, он однажды не решит обратить ее в вампира, тогда...

Это была очень спонтанная мысль: Антон удивился, что она вообще у него возникла вот так вдруг, ни с того ни с сего; но это была одна из тех мыслей, уцепившись за которые, бывает потом очень сложно отпустить их от себя.

«Если ее обратить, ты больше не сможешь пить ее кровь, это раз. Кровь будет нужна ей самой, это два. Тебе придется долго учить ее контролю и вообще, не факт, что она согласится на такое существование».

Да и с чего бы ей соглашаться? И зачем бы ему предлагать ей такое, и почему он вообще, раз уж на то пошло, об этом задумался? Вроде бы ранее речь об этом никогда между ними не заходила. Да и не было повода; несколько иного рода ведь должны быть отношения, чтобы он решился ее обратить? Более близкие, чем у них сейчас? Неужели ему просто так не хочется отпускать ее от себя рано или поздно?

«Тогда тем более не стоит ей это предлагать, иначе она сбежит от тебя еще быстрее. Выброси это из головы».

Это казалось куда более рациональным подходом, и Антон действительно постарался отогнать эту невесть откуда взявшуюся идею; благо, у него было, на что отвлечься: он вернулся к вопросам Айлив.

– Совмещать, я бы сказал, не только можно, но и нужно. На мой взгляд, в теории нет особого смысла, если ты ее не применяешь.

Антон поднялся с кресла и сделал несколько шагов в сторону Айлив, но мгновение спустя остановился, так и не подойдя достаточно близко.

– Я мог бы показать кое-какие вещи прямо сейчас, если ты хочешь. И если... позволишь.
Для этого ему снова нужно к ней подойти, но теперь – только если она согласится. Второй раз испытывать ее терпение навязыванием собственной близости он не собирался.

Отредактировано Anton Dreier (2017-11-27 00:25:46)

+1

10

- Ты что, и в мыслях не было делать с ней что-то столь ужасное.
"Даже если бы это была ничейная скрипка, я бы не стала ей вредить. Я же, в конце-концов, не рок-музыкант какой-то, это они любят свои гитары о сцену разбивать..."
Девушка периодически поглядывала на Антона, пока тот молчал. Почему-то ей казалось, что он сомневается, стоит ли доверять ей скрипку и вообще нужно ли Айлив чему-то учить. Она не могла сказать точно. Мужчина ей всегда казался закрытой книгой, она не понимала его мотивов и причин его действий. Например, почему он вдруг предложил ей обучение? Он ведь довольно много работает, иногда задерживаясь допоздна. И имеет свойство уставать, как и обычный человек. Зачем ему тратить время на непонятное, не имеющее пользы для него занятие? Может, он считает, что пусть лучше она трогает его вещи под надзором и контролем? Или ему скучно? Или он предпочитает так отдыхать, а, может, внезапно решил попробовать себя в качестве преподавателя? Она терялась в догадках.
Наверное, имей девушка больше опыта в общении, она бы лучше понимала Антона. Но для неё другие люди были тёмным лесом, даже те, с которыми она жила или живёт под одной крышей. Она и себя-то порой не всегда до конца осознавала.
- Ээ, показать? - "Сейчас?!" - Да, конечно...
Айлив почувствовала лёгкий приступ паники. На такое скорое продолжение урока она совсем не рассчитывала. Это что, Антон планирует опять учить её чему-то прямо на живом примере? Снова встанет так близко, что сложно будет даже дышать?
"Ну вот и посмотрю сразу, смогу ли я контролировать процесс, или вся идея изначально плоха".
Учитывая её мечущиеся мысли, то с контролем точно будут проблемы. Уже были. С новой силой вспыхнуло это странное, двойственное желание. Девушка жалела о том, что не смогла отказать и согласилась - в конце-концов всегда можно отговориться банальной усталостью, а урок перенести на другой день, когда она успеет подготовиться; она боялась сближения и своих собственных эмоций. С другой стороны, ей отчаянно хотелось вновь почувствовать почти настоящее объятие и мягкое прикосновение Антона к рукам. От этих мыслей и от безумного предвкушения у неё торопливо застучало сердце.
"Боже, кажется, я сошла с ума".
Могла ли она подумать о том, какими могут быть последствия простого любопытства? Ведь всего лишь хотела посмотреть на настоящую скрипку.

+1

11

– Хорошо.
По правде говоря, Антон был несколько удивлен, что Айлив так легко согласилась – ему казалось, что в ее голосе сквозила какая-то неуверенность, но это, впрочем, случалось с девушкой так часто, что он не мог решить, стоит ли заострять на этом внимание.

Возможно, ожидать от Айлив страха или недоверия было с его стороны на самом деле неправильно. Несправедливо даже, скорее, по отношению к ней. Она ведь уже доверилась ему настолько, насколько это вообще было возможно. Уехала с ним черт знает куда. Жила в одном доме. Кормила своей кровью. Если это не доверие, то что тогда вообще? Почему он до сих пор, два с лишним месяца спустя, продолжал искать подвох в ее отчужденности? Почему, в конце концов, это казалось таким важным?
«Она просто такая сама по себе. Смирись».

– Смотри, – снова встав позади нее, Антон опустил собственные пальцы на струны и взял руку Айлив со смычком в свою. – Изначально, у нас четыре струны, которые соответствуют четырем нотам: соль, – он провел по струне смычком, вынудив ее звучать. – Ре, – Антон проделал то же самое с другой струной. – Ля. Ми. Ты… вообще-то раньше не изучала нот, да?

«Пожалуй, это придется очень долго объяснять словами. Впрочем, учебные материалы можно ведь поискать в Интернете…»
Хвала двадцать первому веку и новейшим изобретениям, подумалось Антону. Действительно ведь можно все найти: и вспомогательный текст, и видеоуроки, и ноты каких-нибудь простеньких композиций для начинающих – было бы желание.

– Знаешь, давай с этим чуть позже разберемся, – когда у него действительно будут какие-нибудь теоретические пособия. – Пока… просто прислушайся к звучанию струн. Постарайся уловить разницу между ними.

Теория – это скучно, конечно, на взгляд очень многих, но умение играть «интуитивно» приходит только с опытом, и, как правило – после долгого изучения этой самой скучной теории. Не факт, что она вообще захочет продолжать, снова подумал Антон – и почувствовал легкий укол досады. Несмотря на общую спонтанность этого решения, он уже морально настроился, в каком-то смысле, ее обучать; возможно, потому, что обучение музыке было чем-то принципиально новым, чего Антон еще не пробовал – а новые ощущения после трехсот лет жизни становятся в определенной степени редкостью.

Стоя почти вплотную к Айлив, Антон мог чувствовать – не физически, вероятно, а своим вампирским чутьем, – как бьется ее сердце – торопливо, как ему казалось, слишком быстро, словно бы ее что-то тревожило. Да и ее сжимавшая смычок рука, которую он держал в своей, по-видимому, была слишком напряжена – она словно бы сопротивлялась и замирала, когда Антон пытался направлять ее.

Конечно, ему могло просто казаться с непривычки, но на всякий случай Антон перехватил руку Айлив помягче, стараясь не сжимать ее кисть слишком сильно. Исходящее от девушки человеческое тепло ощущалось очень четко, она была головокружительно живой – будь Антон моложе на пару сотен лет, это ощущение присутствия рядом живого человека возможно сводило бы его с ума, пробуждая жажду; но сейчас он уже в совершенстве наловчился сдерживать свои порывы. Он не был голоден, а Айлив не была добычей – она была значимым для него человеком, который доверял ему и отдавал свою кровь добровольно; к присутствию которого в своей жизни Антон успел привыкнуть. Приятно было иметь кого-то рядом, даже если их братско-сестринская близость и была маской, призванной обмануть окружающих, а забота друг о друге редко выходила за рамки, очерченные отношениями «донорства» – хорошо ли себя чувствует «донор» и сыт ли «реципиент». Впрочем, Антон, как правило, беспокоился еще и о моральном самочувствии девушки – потому что больше об этом побеспокоиться было некому, а обстоятельства их знакомства все еще оставались свежи в памяти.

«К слову, об этом».
– Айлив, тебя что-то беспокоит? – все-таки спросил Антон, не в силах больше выдерживать исходившее от нее напряжение. – Что-то не так?

Отредактировано Anton Dreier (2017-12-04 09:14:32)

+1

12

Мужчина встал за спиной и девушка замерла, напряжённая, как натянутая струна, застыла в предчувствии.
В предвкушении.
В страхе.
- Нет, только знаю, что есть семь нот. Ну и их порядок, до, ре, ми, фа, соль, ля, си, и всё. Я не музыкальный человек...
Айлив не знала, каким чудом ей удалось выдавить из себя эти слова. Разум сходил с ума от противоречивых чувств, едва сохраняя возможность внятно мыслить и тем более отвечать. Девушка даже была не уверена, что правильно расслышала вопрос и всё, что говорил Антон. Ей было не до того.
Она чуть склонила голову к скрипке, делая вид, что прислушивается к звучанию струн - это ведь от неё требовалось?
Прикосновение мужчины обжигало, а находиться в его объятиях было ещё сложнее, чем в первый раз, потому что теперь Айлив знала, каково это. Знала и всей душой жаждала пробыть в них как можно дольше. А если сделать буквально полшага назад, может даже меньше, то она прикоснётся спиной к груди Антона и они станут невозможно близко друг к другу.
А если повернуться, то...
Это безумие.
Собственные желания пугали. Пугали и в то же время казались невероятно заманчивыми. Почти естественными. И на удивление знакомыми.
"Это же..."
Руки не слушались, тело словно стало деревянным. От внезапной догадки сердце пропустило удар, а в голове на мгновение стало пусто.
"Действительно?"
Как она могла не понять этого раньше? Понять, осознать и пресечь на корню.
Ведь когда-то давно она уже чувствовала нечто подобное. Так давно, словно это было в прошлой жизни. Ещё до того, как она стала... пробудилась как банши. Тогда, когда она была простым человеком.
Знакомые эмоции, пусть и не такие сильные, как сейчас.
И она точно знала, что именно чувствовала в то время. А это значит...
"Я что, на самом деле, по-настоящему, всерьёз влюбилась в Антона?"
Как так получилось? Неужели переживания о своей новой сущности так закрыли ей глаза, что она не смогла вовремя понять, что с ней происходит?
И когда вообще это произошло? Айлив попыталась вспомнить, с какого момента её бесконечная благодарность к Антону за спасение её морального и физического здоровья превратилось в то, что она чувствует в данный момент. Ведь должна быть какая-то точка перехода, что-то, что подтолкнуло эмоции к такой трансформации.
Может, тот день, когда они начали жить вместе? Или когда мужчина предложил ей уехать с ним в Генриетту? Когда он признался ей, что является вампиром?
Когда они познакомились?..
"Нет, любовь с первого взгляда существует только в бульварных романах".
Антон перехватил её руку и от этого ничего не значащего движения у девушки защемило внутри. И что теперь делать? Она не сможет вести себя с ним так, как раньше. Как ему в глаза смотреть? И кормить... И жить в одном доме, чёрт возьми. Зачем ей это осознание, если от него стало только хуже? Почему из всех существ на планете она влюбилась в бессмертного вампира, который по совместительству ещё и её названный брат?
- Эээ, что? Меня? - Айлив с трудом смогла вынырнуть из пучины лихорадочных мыслей, торопливо прокручивая в голове вопрос, чтобы понять, что ответить. - Нет, всё в порядке. Я просто...
"Да, Антон, беспокоит. Ты меня беспокоишь. И я не могу ничего с эти поделать".
- Просто заработалась сегодня и даже не делала перерывов. Устала немного, не рассчитала сил. Поэтому, может, давай отложим урок на другой день? Если нужно будет к нему как-то подготовиться, я как раз успею это сделать. Ноты, например, выучить.
Очень этого не хотелось, но объятия должны были прекратиться. Любые физические контакты впредь она сведёт к минимуму. Только "донорство" и ничего, кроме. Иначе... Айлив не была уверена, что сможет держать свои эмоции в тайне. Она и сейчас не была уверена в том, что Антон не догадался о причинах её состояния по ошеломлённому голосу и колотящемуся сердцу.
Он никогда не должен узнать. Вампиру ни к чему влюблённая в него смертная, а она сама как-нибудь справится со своими чувствами. Со временем. Наверняка.
"Держи меня, не отпускай,
смотри, как я горю".

+1


Вы здесь » Henrietta: altera pars » beyond life and death » What Speaks When Words Fail


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC