— Ну ты и скажешь! — воскликнула Джоук, засмеявшись и с трудом подавив в себе желание весело толкнуть Даса в бок. Удивительно, как она могла разговориться и вдруг стать самым обыкновенным подростком...читать далее


#3 «Estuans interius»
Alex Murray [до 28.06]

#4 «Tempus es iocundum»
[ЗАВЕРШЕН]
LC

ЛЮК КЛИРУОТЕР
предложения по дополнению матчасти и квестам; вопросы по ордену и гриммам; организационные вопросы и конкурсы;
// AG

АГАТА ГЕЛЛХОРН
графическое наполнение форума, коды; вопросы по медиумам и демонам; партнёрство и реклама; вопросы по квестам;
// RB

РЕЙНА БЛЕЙК
заполнение списков; конкурсы; выдача наград и подарков; вопросы по вампирам и грейворенам;
// AM

АМАРИС МЭЛФРЕЙ
общие вопросы по расам; добавление блоков в вакансии; графика, коды; вопросы по ведьмам и банши;
// GM

ГАБРИЭЛЬ МЭЛФРЕЙ
общие вопросы по расам; реклама; заполнение списков; проверка анкет; графическое оформление;
// RF

РЭЙВОН ФЭЙТ
общие вопросы по расам; массовик-затейник; заполнение списков; выдача наград и подарков;
Генриетта, Британская Колумбия, Канада
январь-март 2017.

Henrietta: altera pars

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Henrietta: altera pars » beyond life and death » leave the gun, take the cannoli


leave the gun, take the cannoli

Сообщений 1 страница 4 из 4

1

The Heavy — Short Change Hero
http://i.yapx.ru/BfQYd.gif
leave the gun, take the cannoli
Jonah Grayson & Marceline Duval
25 марта 2017 года, бар «Melrose» и далее.
Вы издеваетесь, — выдыхает Марси, разглядывая вывеску бара пять минут, прежде чем зайти внутрь.
Вы издеваетесь, — размышляет Марси, допивая третий коктейль и кокетливо (кокетливо, я сказал!) улыбаясь Ионе.
... — шипит Марс, зажимая кровоточащий бок и поднимая с земли выкидушку.
I think this is the beginning of a beautiful friendship, bitch!

Отредактировано Marceline Duval (2018-06-07 21:18:02)

+3

2

"Иона, Иона, Иона" различает он на самой границе слуха женские и мужские голоса и просыпается. Реальность обрушивается на голову, заставляя тут же закрыть глаза и сглотнуть подступившую к горлу тошноту. Откуда-то появляется ожидание прикосновения сухих пальцев к собственному запястью, и некоторое время Грейсон лежит недвижно, прислушивается к окружению ушами и чувствами. Ничего не происходит, лишь веет освежающей прохладой от приоткрытого окна да мерно пиликает кардиомонитор. "Надеюсь, ты быстро восстановишься", вспоминается низкий густой бас, Иона хочет возразить, его губы беззвучно шевелятся, наконец с них срывается тихий вздох, и хирург приоткрывает глаза и сквозь ресницы смотрит на тонкую полоску света от окна, неровной кривой рассекающую комнату надвое.
Он чувствует себя нагим, буквально кожей ощущает болезненную беззащитность собственного "Я", и Иона благодарит всех немногочисленных несвятых, в которых верит, что никто не нарушает его уединение. Если никто не увидит, никто не узнает, как он может быть слаб и уязвим. В движении воздуха ему мерещится легкое, почти невесомое прикосновение прохладной ладони к щеке и виску, мягкое скольжение кончиков чужих пальцев по шее, перед глазами на мгновение возникает разрозненный ворох воспоминаний о произошедшем на озере, но сосредоточиться получается лишь на том, что Грейсон услышал от Фэйта в последние секунды перед тем, как провалиться в беспамятство. Подумаю об этом завтра, решает он и спустя полчаса засыпает. Его сны тревожны и беспокойны, дежурная медсестра пару раз застает его мечущимся в кровати с бессвязным шепотом и со вздохом добавляет успокоительного в капельницу.

Он возвращается домой под вечер следующего дня. Долгий разговор с психотерапевтом порядком утомителен, но сидеть дома у Ионы нет никакого желания. Он плохо помнит, чем всё закончилось на озере, и он очень не хочет разбираться в бессвязной каше раздробленных на части образов, роящихся в голове. Они вызывают у него опасение, будто если пытаться их осознать и как-то уложить в голове, то никогда не выберешься из их цепкого омута и они погребут под собой всё настоящее, что есть у Грейсона. Его уверенность в себе, легкость отношения к жизни и его свободу. Ему не нужны никакие приветы из прошлого, он ненавидит разговоры "расскажи о своей родне?", он с удовольствием забыл то немногое, что еще помнит. И теперь твердая земля под его ногами грозит обернуться вязкими зыбучими песками - ступи не туда, и твоя песенка спета.
Ионе кажется, что после всего, что он натерпелся, как следует выпить и может быть подцепить кого-нибудь на ночь - хороший план. Ему очень не хочется оставаться на ночь в одиночестве, и потеряться в тепле чужих рук и ласке чужих губ проверенный и эффективный способ защититься от беспокойных снов. Люди всегда были его спасением, в них Иона находил защиту и укрытие от призраков прошлого, он стремился к ним как мотылек на свет, любил их, наслаждался каждым по-своему - и делал всё, чтобы воспоминания о детстве и юношестве поблекли, как блекнет и осыпается выцветшая на солнце картина.
Грейсон едет в "Мелроуз".

После второй кружки пива Иона наконец заказывает себе сырных шариков и ощетинившуюся длинными тонкими золотистыми палочками чашку картошки фри с острым соусом. Макает одно особо прожаренное перышко в красный соус, в голове на мгновение мелькает ассоциация с кровью. Иона не вампир, но в насыщенном и густом кроваво-красном оттенке он находит необъяснимую прелесть, почти что первобытную сексуальность, и он некоторое время рассматривает капли соуса на темно-золотистой картофельной корочке прежде чем отправить картофельную палочку в рот. А после замечает чужой заинтересованный взгляд и с улыбкой смотрит в ответ.
Юная, свежая, аристократичная красота девушки впечатляет. Впечатляет гладкость розовой, будто светящейся изнутри, кожи, оттененная золотом соломенно-светлых волос, легко подведенные красным четко очерченные губы придают лицу некоторую кукольность, но он приковывается взглядом не к их мягким контурам, а к невероятным пронзительным голубым глазам, в которых одновременно слишком много и неба, и моря. Возможно, излишне впечатлительным и восприимчивым его сделало пиво, но заговаривает Грейсон не сразу.
- Слушайте, ваша красота это преступление. Вас непременно нужно охранять, в темное время в городе небезопасно. Не видел вас в "Мелроузе" раньше, вы часто здесь бываете? Пиво наливают неплохое, а вот сырные шарики будто сам боженька стряпал. Хотите? - он подсаживается ближе. Грейсона не очень волнует, пришла ли девушка с подругами или с парнем. Если она сидит одна и рассматривает других мужчин, значит, ее молодой человек весьма проигрывает конкуренцию, а увести женщину у такого мужчины не зазорно. - Я Иона. Что пьете? Могу я вас угостить?

Отредактировано Jonah Grayson (2018-06-10 11:06:28)

+2

3

Утро, начинающееся с вызова на ковёр к начальству, не может быть хорошим утром по определению.
А уж утро, начавшееся с разговора с матушкой («Марселин, детка, я заказала платье специально на тебя, ты приедешь на мой день рождения, да?»), после которого раздражённая секретарша драгоценного шефа шипит по поводу опозданий «всяких... родственниц», можно отнести к категории просто отвратительных.
Марселин ещё не знает, что всё только начинается.
Марселин понятия не имеет, что уготовано ей - и даже не судьбой, а непосредственным начальством - и насколько гадким будет этот сюрприз. Не то чтобы она в контрах с начальством, просто минуй нас пуще всех печалей и барский гнев, и барская любовь, а ей хватит Риттера. Риттера, с которым согласовывались все - без исключения в с е её предыдущие выходки. Больше, чем дядя, чуть меньше, чем отец — он никогда не позволял ей вляпываться в реальные неприятности.
Вот только, пожалуй, период везения и тени от крыла над головой заканчивается. Марс неуверенно давит на ручку двери, и последующий стук её закрытия за спиной звучит как щелчок взведенного курка. Тихий и неизбежный. Глава ВСБ Ордена Розы и Креста Генриетты смотрит на неё так, как могут смотреть только военные: рассекая надвое и препарируя внутренности одним лишь взглядом. Охотница выдерживает этот рентген (с трудом, чувствуя, как кишки прилипают к позвоночнику), выпрямляет спину, вопросительно поднимает бровь. Никогда не показывай зверю, что ты его боишься. Даже если этот зверь — человек.
Мужчина напротив довольно улыбается и кивком предлагает сесть.

...
Марс выходит из дверей Ордена, неся в себе как величайшее сокровище клокочущую ярость, обиду, недоверие, желание развернуться и нарисовать где-нибудь на стенах под окнами его кабинета хулиганскую роспись, оставить тэг, сделать хоть что-нибудь, противоречащее этой ледяной, железобетонной уверенности, полной внутреннего превосходства, с которым Марселин не может - хоть и очень хочет - спорить. Привычное урчание мотора позволяет выдохнуть, а набор механических привычных действий дарит состояние, близкое к дзену.
Такого задания ей получать ещё не приходилось.
— Вы издеваетесь, — рычит Дюваль, выворачивая руль, истерический визг колёс по дорожному покрытию на выезде в город доставляет ей почти садистическое удовольствие. Ехать на пределе разрешённой скорости — то бунтарство, которое можно себе позволить. Марс оставляет машину у дома и прячется в квартире, поглаживая соскучившегося и потому невероятно ласкового Ангенса и листая досье, собранное на Иону Грейсона за тот короткий срок, что прошёл со дня расследования Фэйта. Марс помнит лицо Ионы по визиту в агентство, и фотографии чертовски плохо передают его обаяние.
Да уж. Сегодня она абсолютно точно напьётся впервые с декабря.

Вечер в Мелроуз обещает быть томным: рубиновая помада, тонкая белая рубашка, выпущенные из пучка вьющиеся пряди, общий образ эдакой овечки Долли, сама невинность и наивность. В таком виде очень легко цеплять подвыпивших мужчин старше тридцати, к которым Марси питает странную любовь, и она улыбается, призывно и нежно, наметив очередную жертву. Только одна Вселенная знает, что заставляет её перевести взгляд и заметить Иону.
Иону, которого ей нужно охранять.
Иону, которого ей приказали изучить.
Иону, с которым ей намекнули переспать.
Твою мать.
Марс выдыхает сквозь зубы, лицо искажается лёгкой гримасой, но самообладание, самообладание, вот чему учат в Ордене очень хорошо. Она опускает глаза в Маргариту, ведя взглядом по сахарной кромке, чтобы спустя десяток минут уже посылать Ионе многообещающие взгляды и улыбки, полные неподдельного интереса. Ей и правда интересно, во что вляпался этот молодой хирург.
«Есть!» — ликующая мысль отражается на лице довольной улыбкой.
— Охранять нужно от меня, а не меня, поверьте, — со смешком поправляет Марс, она сегодня сама благосклонность и доброжелательность. Ещё бы, ведь добыча сама плывёт ей в руки, даже не нужно прилагать никаких усилий. — Я не являюсь местным завсегдатаем, а вот вы, видимо, да. Хочу.
Она тянется за шариком, задевая его ладонь, проверяя реакцию: реакция положительная; отправляет шарик в рот, прикрывает глаза, пробуя — это действительно очень вкусно, и она едва слышно вздыхает от удовольствия. Когда ты вечно на страже, остаётся слишком мало развлечений и наслаждений. Меньше, чем хотелось бы, еда - один из них.
— Иона, а давайте на ты? Я Марс. Как планета, как батончик, как Марсельеза в крайне редких случаях. Говорят, приношу несчастья, — Дюваль усмехается: особенно когда дядя в очередной раз узнаёт о какой-то выходке, или когда Рэйвон ноет, что у него снова не работает компьютер, или когда Илай страдальчески вздыхает, что она отрывает его от сна. — Пью маргариту, дайкири, б-52 или кровь. Что больше нравится, Иона?
Марс укладывает подбородок на сложенные ладони, упираясь локтями в стол, и чуть наклоняет голову набок любопытной птичкой. Он симпатичный, он ей нравится, а вот то, что спит с мужчинами — ну, в конце концов, у всех есть свои недостатки? Задание отменить всё равно не получится, придётся расслабляться и получать удовольствие. Грейсон разговорчив: это плюс. Грейсон уже не очень трезв, судя по блеску в глазах: это вообще замечательно.
— Что сегодня привело тебя - верю, что ты не против быть на ты - сюда? Скука? Или что-то поинтереснее?

+2

4

Марс очень необычно выглядит и нравится Ионе, потому он делает вид, что не заостряет внимания на ее словах об опасности. Задумывается на мгновение, но хмель не дает фокусироваться на серьезных вещах, и вместо опасений  в голову лезут всякие непристойности. Наверное, так опрометчиво поступают многие, и многие потом огребают и жалеют, но он достаточно умен и недостаточно пьян, чтобы понимать, когда "нет" значит "нет". Грейсон смотрит Марс в глаза, после бросает взгляд на маленькую ладонь, мазнувшую его кисть легким прикосновением, и снова расслабляется.
- Ммм, давай. Марс? - он всё пытается подобрать достойный синоним к слову "необычное", но сдается и заказывает маргариту. Чуть склоняет голову к плечу, - кровь как Кровавая Мэри, или ты вампир? Стоит ли мне тебя опасаться?
Насколько Иона знает, вампиры в Генриетте не выдают себя столь очевидным способом. Если, конечно, не охотятся, но кто будет так неосторожен и займется поиском "еды" средь бела дня в городе, где сидит Орден охотников? 
Потому Грейсон не ощущает рядом с Марс никакой заблаговременной тревоги за свою жизнь.
- Если верить старым мифам, Марсом звался римский бог войны, и отождествлялся он с Аресом, а тот в свою очередь имел скверный характер и действительно приносил несчастья, мор и падеж скота, любил войну ради войны, коварство, насилие ради насилия, кровь, ужас и страдания, за что был очень нелюбим олимпийцами в общем и отцом в частности. Однако, он женился на самой красивой богине пантеона, и среди его детей были боги любви и страсти. Так что если ты не охотница за головами или в тебя не влюблен жестокий бог, то несчастья... - Иона пожимает плечами. Конечно, он может представить пистолет или нож в маленькой ладони вместо бокала мартини, брызги крови на бледной коже и золотистых волосах, и это на мгновение кажется ему сексуальным. Он задумчиво рассматривает Марс. "Марсельеза. Слишком много кринолина в этом имени, оно совершенно тебе не подходит". Задерживает взгляд на чуть влажных от коктейля красных губах и на мгновение ощущает желание попробовать их на вкус, сорвать сладковатый поцелуй, ощутить их горячую нежность. Грейсон прячет улыбку в стакане пива, делает глоток и пожимает плечами. Скука ли выгнала его в бар?
И да, и нет.
- Скажем так, у меня было предчувствие встречи с интересным человеком. Полагаю, оно меня не обмануло. А что привело сюда тебя?
Он подается к ней чуть ближе, чувствует тонкий аромат ее парфюма и прилагает усилия, чтобы какая-нибудь банальщина типа "ты не похожа ни на одну из девушек, которых я встречал" не слетела с языка и не испортила вечер. С одной стороны он сказал бы чистую правду, но с другой Иона и сам бы не повелся на подобную чушь, потому разумнее придержать ее при себе.
- Слушай, если у тебя нет планов вроде сидеть в баре до закрытия и слушать унылые пластинки Пинк Флойд, можно пригласить тебя прогуляться по вечернему городу? Или будем слушать их вместе и выпьем все коктейли в баре. На набережной сейчас здорово. Что больше нравится, Марс?

0


Вы здесь » Henrietta: altera pars » beyond life and death » leave the gun, take the cannoli


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC