LUKE |

ЛЮК КЛИРУОТЕР
предложения по дополнению матчасти и квестам; вопросы по ордену и гриммам; организационные вопросы и конкурсы;
AGATHA |

АГАТА ГЕЛЛХОРН
графическое наполнение форума, коды; вопросы по медиумам и демонам; партнёрство и реклама; вопросы по квестам;
REINA |

РЕЙНА БЛЕЙК
заполнение списков; конкурсы; выдача наград и подарков; вопросы по вампирам и грейворенам;
AMARIS |

АМАРИС МЭЛФРЕЙ
общие вопросы по расам; добавление блоков в вакансии; графика, коды; вопросы по ведьмам и банши;
GABE |

ГАБРИЭЛЬ МЭЛФРЕЙ
общие вопросы по расам; реклама; заполнение списков; проверка анкет; графическое оформление;
RAVON

РЭЙВОН ФЭЙТ
общие вопросы по расам; массовик-затейник; заполнение списков; выдача наград и подарков;
#1 «Inevitable evil» - Anton Dreier [до 26.09]
# 2«The dark omens» - Amaris Malfrey [до 27.09]
#3 «The whisperer in darkness» - Nora Sharpe [до 25.09]
#4 «Helheim's gate» - Franklin Steiner [до 26.09]
#5 «Mountains of madness» - Sólveig Nyberg [до 24.09]
Генриетта, Британская Колумбия, Канада
апрель-июль 2017.

- А мистер Робертс, это же совсем катастрофа! - Моник совсем не по субординации сидит на собственном столе, закинув ногу на ногу и изящно покачивая классическую бежевую лодочку на пальцах. - Все девочки жалуются, его абсолютно невозможно понять, это уникальная способность коверкать слова так, чтобы было не разобрать, это “мороженное” или “тарталетки”, - Вентьель смеется в чашку с какао...читать далее

Henrietta: altera pars

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Henrietta: altera pars » beyond life and death » No Monsters Allowed


No Monsters Allowed

Сообщений 1 страница 3 из 3

1

http://funkyimg.com/i/2Gnwx.png
http://funkyimg.com/i/2Gnwy.png
http://funkyimg.com/i/2Gnww.gif  http://funkyimg.com/i/2Gnwv.gif
No Monsters Allowed
Matthæus Sørensen, Anton Dreier
17 января 2017 года; Генриетта, больница им. Св. Августина
Такие случаи хуже всего: таинственные пациенты с таинственными ранами и их таинственные надзиратели, представляющие таинственную организацию. Такие случаи хуже всего, когда тебе три сотни лет и ты прекрасно знаешь и природу этих ран, и название этой организации.

+3

2

Бывает так, что наваливается просто все.
Орден как с цепи сорвался, в очередной раз затянув излюбленную балладу «а за что мы тебе платим», налоговая, проснувшись, решила приглядеться к бизнесу Сёренсена попристальнее, заинтересовавшись его капиталом, никак не соответствующим уровню владельца одного-единственного стрип клуба.
Маттеус с радостью бы объяснил им, что нужно не его доебывать, а заниматься законодательством по поводу поступления средств от секретных организаций, но, увы, Орден на то Организация засекреченная, чтобы доходы от службы на него в декларации не значились отдельной строкой.
В принципе, это все было решаемо, но находясь на другом континенте сложно было донести бухгалтерам и адвокатам светлые мысли, и разница в часовых поясах лишь добавляла ситуации особой остроты.
Остроты хирургического скальпеля, и вот уже несколько дней грейворен ощущал, что сейчас нахрен сорвется к чертям.
Потому что ему было не до того, совсем не до того.

- Джеррик, эти пидорасы все равно скоро от тебя отвяжутся, - Маттеус горько качает головой, бросая осторожный взгляд на спутника. Меньше недели прошло с момента их знакомства, если можно назвать знакомством попыткой пресечь бренное существование Сёренсена. – А если нет я сам их прикончу, достали.
После знакомства последовали несколько тяжелых дней допросов в Ордене, который все никак не мог успокоиться и поверить в непричастность и неосведомленность Йенсена. Осложняла всю гребанная бюрократия – если на местах им поверили, то после отправки данных в Главный штаб возник ворох вопросов, необходимость «дополнительной проверки» и, как следствие, их практически ежедневные визиты в гостеприимный филиал Ордена в Генриетте.
Темный ковен это не шутки, нужно было спустить на кого-то собак, и вот ниточка нашлась, сама пришла в лице Джеррика, ведомая ненавидимым большинством розенкрейцев Маттеусом.
Ситуация, в общем, дерьмо, но не впервой.
- Да и Крис нам верит, так что… - Маттеус замер, будто врезавшись в незримую стену, вслушиваясь в звуки окружающей их тьмы: сегодня они снова задержались допоздна.
В вышине раздался резкий крик ворона, и Сёренсен бросился в ближайшую подворотню, мысленно поблагодарив Вальравна.
- Домой, быстро!

Кто бы сомневался, что Джеррик не послушает его, бросившись следом. Представшая пред глазами картина заставила Йенсена отшатнуться, Маттеус же бросился вперед, доставая пистолет и горько жалея о том, что не взял с собой меч.
На груде мусорных пакетов угадывался силуэт, над которым склонился другой, присосавшись к шее. Сёренсен прекрасно понимал, что это значит, за секунду просчитывая варианты: против вампира с огнестрельным оружием ему просто не выстоять, значит… нужно время, немного времени и молиться, чтобы за эти секунды Джеррику хватило мозгов нахрен смыться отсюда подальше.
В глазах поднявшего голову на звук вампира неожиданно мелькнула не злоба, а страх, и вместо нападения он отшатнулся прочь, со всей немыслимой скоростью огибая их по дуге, выскакивая из проулка.

- Вампир… - Подошедший Джеррик ошарашенно смотрел на прижимающего пальцы к пульсу Маттеуса, поднявшего тяжелый взгляд на актера.
- Я же просил… Не важно, думаю ты сам понимаешь, насколько нам повезло, - нащупав биение пульса Сёренсен облегченно выдохнул, серьезно посмотрев на Джеррика, попутно набирая номер скорой. – Хорошо, что ты понимаешь, что тут произошло. Поэтому теперь мигом иди домой. И не смей спори… Алло, скорая? – Быстро продиктовав адрес, Маттеус засунул телефон в карман, серьезно смотря на актера. – Джеррик, ты знаешь, в какой ты жопе, - грейворен достал из кармана нож, - как думаешь, насколько сильно Орден обрадуется, обнаружив, что тебе еще известно и о вампирах, да еще и застав на месте преступления?

Йенсен смотрел упрямо – он всегда упрямится и желает поступать в рамках своего «правильно», и за это Матс его уже уважал. Но актер молчал, а это было хорошим показателем того, что он сам понимает, что сейчас ему лучше не влазить.
- Возьми пожалуйста, и спрячь, - грейворен выверенным движением полоснул пострадавшего по шее, так, чтобы не углублять рану, но чтобы два следа от укусов превратились в рваный порез, тут же зажимая рану. – Я приду, как разгребусь.
Джеррик кивнул, забирая окровавленный нож (наверняка следом приедет полиция, и подставляться было бы тупо) и пистолет Маттеуса. Тот был зарегистрирован, но могли возникнуть лишние вопросы.
Вдали послышался вой сирен, и Йенсен растворился в темноте улиц.

- Иренеуш? Здравствуй, друг, - польский Маттеуса был плоховат, но достаточен для приветствия. – Да, нужна помощь. Пару часов назад я видел явно новообращенного вампира, он напал посреди улицы, - Сёренсен помолчал, выслушивая собеседника. – Сбежал, я в больнице с пострадавшим, нужно подождать, когда очнется, узнать что ему известно. Да не за что, найди его пожалуйста, до Ордена, надеюсь, не дойдет, я пока не докладывал. До встречи.
Маттеус тяжело опустился на стул возле больничной койки, потирая покрасневшие от недосыпа глаза.
Крови пострадавший потерял не так много, и более того, оказавшись в карете скорой Сёренсен понял, что знает его – это был один из грейворенов, живущих в Генриетте, в момент координации зон ответственности он навестил всех, пытаясь как-то организовать работу своей расы.
Приборы мерно попикивали, врачи давали утешающие прогнозы – оставалось надеяться, что очнувшись парень не вспомнит лишнего.

+2

3

Даже глубокой ночью хирургическое отделение редко оставалось спокойным надолго.

Этого парня привезли ближе к полуночи, обескровленного и в бессознательном состоянии. Врачи скорой позаботились о его ране, чтобы пациент не потерял еще больше крови, но, к удивлению бригады, переливание все-таки потребовалось. Как заметил накладывавший шов доктор, объем кровопотери при таком сравнительно неглубоком ранении казался удивительным. Кто-то предположил, что у парня проблемы с кроветворением, а еще кто-то предложил проверить, не был ли тот донором – и к счастью, никто, кроме Антона, не знал наверняка, в чем именно причина.

Если бы Антон уже не обладал среди коллег репутацией хмурого молчуна, кто-нибудь из них наверняка заметил бы, что сегодня он даже менее разговорчив, чем обычно – и, что совсем уж ему несвойственно, куда более рассеян. С самого момента прибытия бригады ему не давал покоя пациент, а если точнее, его ранение: характерный надрез в характерном месте. Не такой, который останется на шее при попытке вспороть кому-то горло. Антон слишком хорошо знал природу таких порезов: он сам оставлял их не раз и не два и даже учил этому других: маскировать след от укуса с помощью ножа в случае, если что-то пошло не так. И подозрительный хмурый тип, наотрез отказывающийся покидать палату пациента даже после заверений, что жизни парня ничто не угрожает, лишь подтвердил опасения Антона.
Розенкрейцер.

По иронии судьбы, деятельность Антона практически всегда вынуждала его так или иначе пересекаться с розенкрейцерами. Конечно, в операционных это случалось не так часто, как, например, во времена его работы парамедиком в конце восьмидесятых, когда он видел орденцев чуть ли не каждый день. Однако всегда оставался шанс, что очередной пациент окажется на операционном столе потому, что ему не повезло в этой жизни столкнуться со сверхъестественным, и это почти всегда значило, что Орден будет тут как тут, за дверью операционной, потирая руки в предвкушении возможности допросить свидетеля.
Вот как сейчас.

Пока остальные занимались своими делами, Антон улучил несколько минут, чтобы выкурить сигарету – и заодно осушить пакет с кровью, который он успел «спрятать про запас», пока забирал кровь для переливания пациенту. Он не был уверен, когда сможет нормально поесть в следующий раз, и решил, что лучше не рисковать – и так, по крайней мере, ему не придется просить Айлив об очередном одолжении.
В последнее время в его отношениях с «сестрой» все снова шло наперекосяк.

Вернувшись в сестринскую, Антон не обнаружил там никого, кроме светловолосой Греты Лоренц. Заметив Антона, та улыбнулась и, как всегда, предложила поделиться с ним какой-то едой, от которой он, разумеется, отказался.

Лоренц привела в Генриетту из далекого Гамбурга какая-то программа по обмену опытом. Она была немкой, а не австрийкой, но все равно заинтересовалась человеком, с которым могла поговорить немного на родном языке – поэтому их отношения с Антоном быстро стали напоминать что-то вроде дружеских – но лишь что-то вроде, потому что сложно и неправильно называть другом того, кому приходится на постоянной основе лгать.
– Мне иногда кажется, что ты вообще не ешь, – заметила Грета шутливо, на что Антон ответил легкой усмешкой – действительно, какое нелепое предположение.
– Этот мрачный тип не ушел? – поинтересовался он у Греты, забирая со стола процедурный лист. Та покачала головой, скорчив ироничную гримасу – вероятно, считая, что не Антону называть кого-то мрачным. Он кивнул и сделал вид, что изучает список назначенных препаратов, на самом деле думая только о том, чего именно розенкрейцер планирует добиться от парня, когда тот придет в себя.
Какой неудачник, интересно, на него напал, и почему не завершил начатое.
– Я займусь этим парнем, – сказал Антон, зная, что Грета будет не против, если ей придется делать меньше работы.

Подходя к палате, Антон услышал доносящийся оттуда голос – и на мгновение подумал, что пациент уже очнулся, но вскоре понял, что розенкрейцер говорил по телефону, причем не по-английски и не по-французски. Антон определил язык как славянский; точно распознать не смог, но по характерному звучанию предположил, что это польский – и в этот момент ему вспомнился Иренеуш и его любовь к ножам.
«Надеюсь, это не он покромсал этого беднягу».
Приятель всегда отличался некоторым безрассудством – мягко говоря, – и, хотя Антону хотелось верить, что так глупо Рен бы не влип, гарантий у него не было.

Дождавшись, пока розенкрейцер закончит говорить, и выждав еще несколько мгновений, Антон вошел в палату, старательно изображая человека, который просто занят своей работой и пришел дать пациенту лекарство. Возясь с капельницей, он бросил взгляд на приборы – пульс отмечался чуть чаще, чем по идее должен был под дозой седативного – возможно, подумал Антон, из-за потери крови дозу дали слишком маленькую, и теперь его действие ослабевало.

– Вы хотите провести здесь всю ночь? – спросил он у остававшегося на стуле розенкрейцера, стараясь звучать не особенно заинтересованным. – В коридоре есть кушетки, а на первом этаже диван, возможно, вам будет удобнее там?
Особого смысла этот вопрос не имел. Даже если розенкрейцер сейчас ушел бы, у Антона все равно не было никакого четкого плана. Разве что разбудить парнишу и стереть ему память о происшествии, пока его не успели допросить: кто бы ни был невезучий нападавший, Антону бы не хотелось, чтобы тот попался в лапы Ордена.
Если, конечно, они его еще не поймали. Может, парень нужен им зачем-нибудь еще.

Монотонный писк, отмечавший частоту сердцебиения пациента, стал интенсивнее, заставив Антона поднять глаза на монитор. Он нахмурился и бросил короткий взгляд на розенкрейцера.
– Что-то не так. Я позову врача, – сказал Антон и, развернувшись, направился к выходу. Ничего критичного, вероятно, но лучше уведомить доктора о симптоме. Он был уже у двери, когда силуэт, мелькнувший в отражении на стекле выходившего в коридор окна, заставил его обернуться – и замереть на месте.

«Что за... Я что, сплю?»

+1


Вы здесь » Henrietta: altera pars » beyond life and death » No Monsters Allowed


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC