- Стой, - говорит она через несколько секунд, привставая со стула и поворачиваясь всем телом туда, где стоял Харви. Лицо ее, обычно расслабленное и почти лишенное всякого выражения, приобретает неожиданную остроту...читать далее
В этот город идёт много дорог, но никто вам не скажет, что приехал сюда просто из любопытства. Здесь зло ходит за руку с добром. Это не простой городок в Канаде. Это Генриетта, и она вас не отпустит просто так.
LC

ЛЮК КЛИРУОТЕР
предложения по дополнению матчасти и квестам; вопросы по ордену и гриммам; организационные вопросы и конкурсы;
// AG

АГАТА ГЕЛЛХОРН
графическое наполнение форума, коды; вопросы по медиумам и демонам; партнёрство и реклама; вопросы по квестам;
// RB

РЕЙНА БЛЕЙК
заполнение списков; конкурсы; выдача наград и подарков; вопросы по вампирам и грейворенам;
// AM

АМАРИС МЭЛФРЕЙ
общие вопросы по расам; добавление блоков в вакансии; графика, коды; вопросы по ведьмам и банши;
// GM

ГАБРИЭЛЬ МЭЛФРЕЙ
общие вопросы по расам; реклама; заполнение списков; проверка анкет; графическое оформление;
// RF

РЭЙВОН ФЭЙТ
общие вопросы по расам; массовик-затейник; заполнение списков; выдача наград и подарков;
Генриетта, Британская Колумбия, Канада
апрель-июль 2017.

Henrietta: altera pars

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Henrietta: altera pars » beyond life and death » before the sunset


before the sunset

Сообщений 1 страница 6 из 6

1

Антитіла - Люди, як кораблі // Антитіла - Танцюй

[indent] Дорога начинается не с выезда, не с запертой машины во дворе, дорога - это то, что в сердце вызрело, господь привел или кривая вывезла, дорога не умеет не гореть. Лежит наш мир - изученными картами - и, кажется, довольно пары фраз, но сломаны вселенские локаторы, куда свернем? Давай по навигатору, а вдруг не подведет на этот раз.

https://s8.hostingkartinok.com/uploads/images/2018/03/729472249dadb401e715db4fc6bc35f4.png

[indent] И требуя у бога озарения, на вечный путь к себе обречены, что знаем мы? Терпение, смирение, поля, столбы, особенное зрение, отчаянье режимов скоростных. Давай отныне будем осторожными, не выйдем вон, не попадем под плеть и в этот раз сумеем невозможное:
[indent] промчаться, не сворачивая в прошлое,
[indent]  [indent]  • • • чтоб до заката в будущем успеть• • •

before the sunset
Matthæus Sørensen & Ravon Fate
27 июня 2013 года
Окончание университета - весьма важное событие в жизни любого человека. И отметить его хочется особенно.
Что же, у Рэйвона Фэйта действительно свое понимание слова "особенно".

[sign]я обещаю вернуться, не взорваться сверхновой, не умереть у них на руках,
не уйти на орбиту на радость арбитрам, раствориться мгновенно
http://s3.uploads.ru/iRE5e.gif http://sa.uploads.ru/dCMsf.gif
в танцах кукол Вуду и остывшем глинтвейне.

(ну что ж ты поверил во все эти сплетни?)

Матс творит магию, брэйкинг ньюс[/sign][icon]http://s7.uploads.ru/O752T.png[/icon]

+1

2

[indent]  [indent] ищем друг друга по внутренним схемам,
[indent]  [indent] маршрутам, голодного сердца приметам,
[indent]  [indent] ищем друг в друге свои отражения,
[indent]  [indent] не прекращая слепого движения


Порыв  - великая вещь. Оголтелое чувство, сиюминутное желание, внутренний взрыв, выпорхнувший на волю, точно птица, выпущенная из клетки. Стоит позволить себе поддаться ему - и уже ничего нельзя предугадать, предсказать, соотнести с первоначальным планом. Когда ты начинаешь играть с огнем, огонь всегда  начинает играть с тобой.
Рэйвон знает это, - и именно поэтому доверяется каждому своему порыву. Только так, по его мнению, можно ощутить вкус настоящей жизни, не притупленный рамками и ограничениями, не размазанный точно тонкий слой масла по хлебу, а оглушительно-бодрящий и опьяняющий, ударяющий в голову и обжигающий чувства.
Только так можно действительно взять от жизни все, не размениваясь по мелочам.

Приближение выпускного вечера действует на всех студентов как введение в кровь сильного наркотика, швыряя их из состояния крайнего возбуждения в ностальгические пучины. Сотни раз выбираются и меняются наряды, создаются и распадаются пары, рождаются и забываются пылкие клятвы. Последние экзамены сданы, кафедры пустеют, зато кампус буквально переполнен энергией. Репетируются отчетные номера, забавные скетчи, вдохновляющие речи, весь Принстон, кажется, стоит на ушах, готовясь выпустить из своих стен очередную стайку желторотых птенцов, уже на следующий день вступающих в самую настоящую взрослую  жизнь. Эфемерность будущего разлетается как карточный домик, хотя в его предельную  близость до сих пор до конца не верится, - ну как можно предположить, что когда отгремит прощальный салют, все эти смеющиеся, раззадоренные юноши и девушки станут серьезными людьми - адвокатами, врачами, бизнесменами, федеральными агентами или исследователями космоса? Грядущий день уже буквально стоит на пороге, но время словно застыло, как муха в смоле, позволяя им последние шалости, протесты и безумства.

Рэйвон - не исключение, ему тоже невольно передается общий мандраж: примеряя перед зеркалом элегантную бабочку, он на мгновение замирает, оценивая собственное отражение и находя его до странности чужим. Пока его университетские приятели гадают и делают ставки на то, какую вольность он выкинет на празднике и кого в конечном итоге пригласит на бал, сам Фэйт испытывает странное ощущение незавершенности этой шестилетней истории принстонской жизни, - ему хочется попрощаться с университетом на взрывной ноте, которая стала бы достойным финальным аккордом, и хотя выпускной обещает быть грандиозным, чего-то неуловимого не хватает для истинного завершения этой картины.
Это чувство мучает его целую неделю,  - и лишь накануне торжества становится понятным.
"Поздравляю, малыш!" - короткая, лаконичная смска, без смайликов, которые вовсю используют его ровесники, пронзает его существование, как прогремевший выстрел.
Спустя секунду он уже знает, что делать.

[indent]  [indent] по отверзанным каналам, пропускаем два начала
[indent]  [indent] природы в тебе и во мне,
[indent]  [indent] каждый миг мы выбираем между адом и раем -
[indent]  [indent] спиною к спине


Он выезжает из Принстона на арендованном автомобиле, стоит только жидким предрассветным сумеркам разлиться по небу, оставив на столе соседа беглую записку, чтобы избавить приятелей от необходимости его искать.
Дорога до Нью-Йорка по прямой занимает в столь раннее время немногим больше часа, и вскоре он уже врывается в огни шумного мегаполиса, забивая в навигаторе название отеля. Вероятно, сейчас он единственный в мире человек, которому доподлинно известно местонахождение Маттеуса Сёренсена, - пару раз они созванивались через ресепшен, и Рэйв надеялся, что ему улыбнется удача, и в это утро грейворен еще не успел получить очередное задание от Ордена.
Вероятно, срываться без предупреждения и согласования было достаточно безрассудной идеей, - и в случае, если он просчитался, разочарование будет слишком большим, но именно это и делает возможную радость столь же грандиозной.
Подъезжая к парковке, он сжимает ладони на руле и отчаянно загадывает, чтобы вероломная Фортуна была на его стороне.

Ожидая, пока портье свяжется с номером 1492, он слегка нервно перебирает пальцами по стойке, и едва услышав заветное "Доброе утро, простите за беспокойство...", выхватывает трубку из рук ошарашенного юноши.
- Матти, это я, - в его голосе слышится едва скрываемое торжество и бурлящее ликование - все получилось! - Я внизу. Не хочешь поздравить меня лично?

В Принстоне все готово к предстоящему торжеству - развешены воздушные шары, подобрана музыка, платья и смокинги отутюжены с вечера и только и ждут своего часа. На Рэйвоне - обычные потертые джинсы и футболка, но он еще никогда не чувствовал в себе такого предвкушения праздника.
До заката им предстоит успеть слишком многое, - и, как обычно, у него нет совершенно никакого плана, но импровизация обещает быть легендарной.[sign]я обещаю вернуться, не взорваться сверхновой, не умереть у них на руках,
не уйти на орбиту на радость арбитрам, раствориться мгновенно
http://s3.uploads.ru/iRE5e.gif http://sa.uploads.ru/dCMsf.gif
в танцах кукол Вуду и остывшем глинтвейне.

(ну что ж ты поверил во все эти сплетни?)

Матс творит магию, брэйкинг ньюс[/sign][icon]http://s7.uploads.ru/O752T.png[/icon]

+1

3

Дым клубится серыми завитками в еле проникающих через задвинутые шторы лучах солнца, тревожимый только порыва ветра от лениво пролетающего по комнате Вальравна. На самом деле у Матса не так много дел, бешеный ритм приготовлений закончен и осталось только ждать.
Безумная идея родилась несколько недель назад.

Маттеус никогда не учился в университете, это было словно из другой, нормальной жизни, где человек растет, выбирает профессию, кем им стать в будущем. Он был лишен такого выбора, и, честно говоря, к тридцати восьми годам ему стало уже все равно. Сложно сожалеть о том, чего не пробовал и никогда не узнаешь. Собственная жизнь на чемоданах вполне устраивала Сёренсена, тем более благодаря ней он нашел столько удивительных людей, каким-то чудом принимающих его именно таким - необразованным и неотесанным. И один из таких людей сейчас и заканчивал этот важный этап своей жизни.
Маттеус безумно хотел порадовать его.

Какое-то время ушло на то, чтобы перерыть доступные задания и подобрать подходящее - в Нью-Йорке, как и в любом из крупных городов было неспокойно. Слишком большой наплыв приезжих, слишком большая территория, и отсутствие какого-либо координирования. Еще в Копенгагене под недовольным взглядом Джин он обложился картами с нанесенными лей-линиями, расчерчивая город на сектора, по опыту обозначая особо проблемные участки, которые нужно будет проверить в первую очередь.

После женитьбы Сёренсен практически прекратил постоянные разъезды, все чаще цапаясь с Орденом, но с прекратившимися прорывами им нечем было давить на него. Каждый раз, когда он отправлялся на очередное занятие, Джин провожала его, как в последний путь, не говоря ничего, но смотря так выразительно с застывшими слезами в глазах.
Теперь у него была спокойная жизнь, с не одной, а двумя кружками в их квартире, семейным счастьем и отсутствием ежедневного риска. И если это и есть та самая нормальная жизнь, то Маттеус немного… не умеет в нее жить.
Копенгаген стал уже образцовым городом в плане лей-линий, каждый грейворен знал Сёренсена и свои обязанности, а сам он задыхался и больше не мог так.
Спасение у него всегда было только одно.

Выходя в международном аэропорту Нью-Йорка Сёренсен практически задыхался от счастья. У него было четыре дня в запасе, чтобы действительно разобраться с работой, по ней он тоже безумно соскучился.
Маттеус справился за два, приходя в отель под утро, старательно скрывая плащом следы отнюдь не своей крови.
Оставшееся время он потратил на выбор подарка. Что дарить он придумал давно, но нужно было объездить все магазины, и выбрать самый лучший…
Заветная коробочка с торжественной синей лентой лежала на тумбочке, а сам грейворен изнывал от ожидания. Выпускной уже завтра, но ему там делать, понятное дело, нечего - он приедет на день позже, чтобы спокойно поздравить. Маттеус дотянулся до телефона, набирая короткое смс с поздравлениями, убеждая себя, что это все потому что завтра Рэйвону будет просто не до того, а не потому что он сходит с ума от тоски.
Всего лишь день, один день и они встретятся снова.

Утро следующего дня началось со звонка в номер. Маттеус, сдавленно матерясь, снял трубку - без особых причин персонал отеля не стал бы звонить в такую рань. Дежурные извинения прерывает возня, и в трубке раздается такой родной, сотни раз слышимый им в трубке голос, каждую интонацию которого он знает.
- Малыш… - Грейворен ошарашенно выдыхает в трубку. Кто бы мог догадаться, что ему не удастся устроить сюрприз Фэйту из-за такой оригинальной причины, что он попросту успеет раньше! - Сейчас спущусь, минуту.

Едва открываются двери лифта, в фойе врывается черным вихрем Вальравн, нетерпеливо врезаясь в своего любимчика, прекрасно зная, что его всегда подхватят. Администратор недовольно поджимает губы - при заселении он попытался не позволить находиться грёзе в отеле, на что Маттеус ткнул пальцем на дамочку с трясущейся хренью в руках, и вежливо поинтересовался, чем его умный ворон хуже этой бестолочи. Умный ворон сейчас походил больше на комок счастливых перьев, растеряв всякий показной пафос.

Маттеус усмехнулся, приближаясь и притягивая к себе Рэйвона, крепко прижимая, впившись пальцами в спину, не в силах оторваться.
- Привет… - Тихо выдыхает на ухо, пряча улыбку в волосах, чтобы никто не видел. - Что ты тут делаешь? - Отстраняется, держа за плечи, взволнованно нахмурившись. - Малыш, у тебя же выпускной скоро!
Вряд ли если бы что-то случилось Рэйв был бы так спокоен и радостен, и лукавая зелень глаз намекает, что он и в этот раз что-то задумал.
В этом весь Воронёнок.
[icon]https://s8.hostingkartinok.com/uploads/images/2018/05/a7772e74b2ca0453b4f1d31094ef36e8.png[/icon]

Отредактировано Matthæus Sørensen (2018-05-10 22:25:57)

+1

4

[indent]  [indent] ты смеёшься, как бес, приручил свечу,
[indent]  [indent] научился спускать курок.
[indent]  [indent] эти шрамы идут твоему плечу,
[indent]  [indent] как отметины ста дорог

Когда все только началось, знакомые Рэйвона подозревали, что он завел очередной страстный роман с какой-нибудь богатой светской львицей старше себя примерно вдвое и обязательно обремененной надоевшим до чертиков замужеством. Теперь, по прошествии лет, созерцая Фэйта, срывающегося на звонки с другого конца света и до ночи набирающего эмейл, они были в этом свято уверены, хотя сам колдун не предоставил им ни единого намека на личность своей "загадочной избранницы".
Стоило признать - кое в чем любопытствующие были правы - у его постоянного адресата действительно было немало средств, куда  больше лет в копилке жизненного опыта и даже кольцо на пальце.
Но в конечном итоге это было все, что можно было назвать сходим с образом, родившимся в голове невольных наблюдателей.
Потому что для того, чтобы понять, что таилось  за этой связью на самом деле, потребовалось бы куда больше,  чем самая изощренная фантазия.

- Тише-тише, разбойник, ты так во мне дыру пробьешь! - он со смехом подхватывает на руки влетевший в него стрелой комок черных перьев и спустя пару минут сосредоточенных поисков, наконец, определяет, где в этом суматошном ворохе находится клюв. Вальравн с первых же минут знакомства напрочь очаровал Фэйта, даром, что в силу своих знакомств, он успел насмотреться на множество диковинок из снов. Этот ворон был особенным, - колдун знал это наверняка,  - главным образом потому, что во многом отражал собственного создателя, и Рэйвон испытывал даже невольную  затаенную гордость,  понимая, какую роль сыграл он сам, подтолкнув Маттеуса к тому, чтобы тот научился раскрываться. Валли, при всей своей крикливой манере и невообразимом самолюбии, был, очевидно, воплощенным посылом самого грейворена  миру - всем тем скопившимся внутри, неоформленным воплем и невысказанным вопросом.
Рэйв мог предельно точно угадать, о чем тот спрашивает, -  хотя бы потому, что в свое время сам так и не получил ответа на тот же.
"За что?"

Наверное, объективно их было фактически невозможно сравнивать - колдун и сновидец, мальчишка, родившийся с СДВГ, и мужчина, проклятый предсмертным гневом, беззаботный и беспечный Фэйт - и замкнутый, нелюдимый Сёренсен. Но кости, выброшенные самим Фатумом. совпали столь причудливым образом, что вся внешняя шелуха разлетелась, обнажая суть, - а там, в глубине, они чувствовали ровно одно и то же. И, как ни забавно, несмотря на то, что Рэйвон был значительно младше, он уже успел пройти ту часть пути, которая только открывалась Маттеусу. И он прекрасно знал главный секрет - мир начнет принимать тебя только тогда, когда ты сам научишься себя принимать, и добиться этого, отгораживаясь от любых эмоций и контактов, просто невозможно.
Вероятно, выбранные им методы демонстрации этой истины повергли бы в шок любого именитого психолога, - но именно в их случае они оказались самыми действенными, и с каждым годом стратегия лишь все больше оправдывала себя.
Видя сейчас радостную улыбку грейворена вместо когда-то плотно поджатых губ и недоверчивого взгляда, колдун понимает, что все было правильно.

- Привет, - он отзывается лукавым эхом, наклоняясь, чтобы мягко коснуться своей щекой шероховатой щеки Маттеуса. Задиристо улыбается, чуть сощурив бесстыжие зеленые глаза, явно не намереваясь долго хранить серьезность, приличествующую моменту. - В данный момент - жду, пока ты прекратишь хлопать глазами, и мы пойдем куда-нибудь завтракать. Лично я дико проголодался, - одобрительное карканье живо засвидетельствовало безоговорочное согласие третьего участника их импровизированной сходки, хотя Рэйвон и подозревал, что ворона больше интересуют напитки, а не еда.
На упоминание собственного выпускного Фэйт лишь широко улыбается, выдерживает длинную театральную паузу, а затем сообщает самым небрежным тоном:
- Ага, сегодня. Буквально через несколько часов начнется торжественное собрание с вручением дипломов и прочая ерунда. Я подумал, что я просто не вынесу душещипательную речь профессора Монтгомери еще  хоть один раз в своей жизни, преисполнился ужаса и рванул к тебе,  - помолчав еще пару секунд, чтобы дать Сёренсену возможность осознать тот факт, что он в самом деле оставил принстонский праздник и стоит сейчас перед ним, колдун легко рассмеялся и хлопнул мужчину по плечу: - Я просто решил, что мне куда больше хочется провести этот день с тобой... и с тобой, конечно, - поспешно добавил он, едва заслышав возмущенно-требовательное карканье. - У тебя ведь...найдется для меня время, я не сильно отрываю от работы? - его взгляд искрит мягким лукавством, потому что он прекрасно знает ответ на этот вопрос.
- У нас времени примерно до заката, - добавляет он, бросив быстрый взгляд на настенные часы в холле. - У меня билеты на завтрашнее утро, так что мне нужно будет вернуться в Принстон к ночи.

Это значит, что у них есть целый день, выторгованный у бесконечных планов и распорядков, день, будто выпавший ненароком из котомки Вечности, неучтенный и незарегистрированный, - день, который принадлежит только им двоим и никому больше.
Такой день однозначно не может обойтись без сюрпризов[sign]я обещаю вернуться, не взорваться сверхновой, не умереть у них на руках,
не уйти на орбиту на радость арбитрам, раствориться мгновенно
http://s3.uploads.ru/iRE5e.gif http://sa.uploads.ru/dCMsf.gif
в танцах кукол Вуду и остывшем глинтвейне.

(ну что ж ты поверил во все эти сплетни?)

Матс творит магию, брэйкинг ньюс[/sign][icon]http://s7.uploads.ru/O752T.png[/icon]

+1

5

Рэйвон порой кажется сном, грёзою, которую сам Маттеус придумал и против правил протащил в реальный мир. Это подтверждает, и этому же противоречит главный факт: он слишком хорош, чтобы быть настоящим.
Сновидец никогда бы не смог придумать столь неординарную личность, но и никогда бы не мог предположить, что подобные люди вовсе существуют. Или колдуны, в прочем это для него давно расовые предрассудки абсолютно не важны.
Они с Фэйтом настолько разные, что со стороны предположить возможность даже диалога между ними кажется бредом, но по неведомым хреново разбирающемуся в отношениях Сёренсену причинам подходят друг другу, как две части пазла, идентичные друг другу с трех сторон, и соединяющиеся друг с другом четвертою.
При этому Маттеус никогда не мог предугадать дальнейших действий Рэйвона, и это затягивает еще больше. Он привык видеть людей насквозь, мигом определять все их слабые и сильные стороны, не знаниями психологии, а привычной выучкой бойца, которому необходимо предвидеть все возможные варианты развития событий.
Воронёнок был загадкой, открытой книгой, никогда не таящей своей сути, но к понимаю это нисколько не приближало: он просто всегда поступал так, как считает нужным, и это всегда извечно выливалось в нечто неординарное.
Как и эта встреча.

- Он скучал, - Вальравн, сдержанность которому отнюдь не присуща, выливал на своего любимца тонны пернатой любви, и это не могло не вызвать улыбки. Ворон будто выражал все, что не был способен сам Маттеус, давно замкнувший себя под оковами самоконтроля, и только лишь привыкающего к возможности сказать самому «я скучал» и быть понятым и разделенным.
– Завтрак это отличная идея, - Сёренсен даже в мыслях не решается предположить, во что может превратить Рэйвон обыкновенный завтрак, единственное, что очевидно – это точно не будет рядовым событием.
- Малыш… - Хотелось сказать многое, очень многое, но в этом никогда не было нужды между ними. Фэйт читал и понимал его мысли лучше самого грейворена, и наверняка понимал, насколько значимым и удивительным было для него то, что колдун бросил все, весь блеск обязательной мишуры одного из главных праздников в жизни, чтобы провести этот день именно с ним. Небрежный тон повествования и ворохом сыпавшиеся шуточки были тому лишь самым лучшим подтверждением, Маттеус хреново переносил слишком важные разговоры, терялся, не знал, как выразить то, что засело глубоко в душе, ничерта не привыкший туда вообще заглядывать.
Тем более в людном холле гостиницы. Колдун сглаживал все, и грейворену достаточно было лишь провести мягко пальцами по внутренней стороне запястья Воронёнка, чтобы глаза того вспыхнули огнем уже не веселости, а понимания, что суровый сновидец хочет выразить.
«Спасибо»
В обычной жизни именно это доставляло большую часть проблем, люди ничерта не понимали, что Маттеус хочет сказать, и чем больше он говорил, тем больше напридумывали себе ереси. Постепенно он научился молчать, если не молчал – материться, а потом просто вовсе переходил к языку силы.
Им двоим достаточно было лишь секунды, чтобы понять все.

- Для тебя всегда найдется, - это было правдой, доказанной временем, если Маттеус был рядом – он срывался в путь при первой же возможности, если далеко – всегда отвечал на звонки или смски, не особо объясняя, зачем встает с кровати в четыре утра при малейшей трели телефона, подолгу засиживаясь на кухне с чашкой кофе и сигаретами.
- До заката не так уж мало времени, - Сёренсен кивает, даже не пытаясь просчитывать варианты. Наверняка Рэйвон уже все придумал и спланировал, и только с ним грейворену, привыкшему составлять тщательные планы операций, распределять время, необходимо было просто расслабиться и наслаждаться ворохом безумных идей, посещающих их головы и тут же находящих свое воплощение.
Жаль, что они не могут увидеться дольше, но даже такая встреча это уже огромный подарок судьбы, тщательно продуманным и выторгованным ее однофамильцем.

- Ресторан напротив отлично подойдет для завтрака, не люблю терять время, так что всегда селюсь рядом с хорошими заведениями. Тем более нам явно пора валить, - Маттеус указал подбородком на вошедшую в холл даму с миниатюрной собачкой на руках, вечно трясущейся, видимо от осознания собственной несостоятельности. Вальравн провожал дефилирующую даму медленным и тяжелым взглядом, только и ожидая, когда та отпустит его добычу с рук: с людьми он предпочитал не связываться, а вот погонять всякую мелочь всегда был рад. – Вальравн, веди себя прилично, хоть пять минут, - Матс беззлобно бурчит, привычно, для проформы, придерживая входную дверь перед колдуном.
– Но прежде, чем мы туда пойдем, нужно успеть сделать еще одну вещь, а то даже завтрак может перерасти в грандиозную пьянку, - Сёренсен коротко ухмыляется уголками губ, уводя за собою Рэйвона, крепко завладев его ладонью – сегодня он не намерен его отпускать ни на миг – спускаясь на подземную парковку отеля.
- Глаза закрой, - Маттеус преувеличенно сурово хмурит брови, просьба мальчишеская, но с Рэйвом всегда тянет на какие-то шалости, не свойственные ему в обычной жизни. – Вот так, еще несколько шагов, так, стань тут. Открывай.
Сёренсен стал лицом к Рэйвону, желая видеть его реакцию, его же повернув к черной махине Харлея, поблескивающей в искусственном свете гаража хромированными трубками.
- С выпуском, малыш.

+1

6

[indent]  [indent] в этом единственном пепелище даже в молчании есть огонь.
[indent]  [indent] наши тотемные звери рыщут в мире, где кроме них - никого,
[indent]  [indent] ходят кругами и припадают в поисках следа ничком к земле:
[indent]  [indent] найденный первым - всегда подарок, ждать - добровольный
[indent]  [indent] желанный плен

Рэйвону нравится играть с собственными чувствами - острыми, как наточенная сталь клинка, колючими и расхристанными, не поддающимися никакому упорядочиванию или, не приведи господь, психоанализу. Он может заглянуть в голову любому из людей, вытащить наружу их секреты или внушить что угодно, - болезненная, горчащая власть, которую он поглаживает по самой кромке, любуясь расходящимися по воде кругами, но никогда не заплывая "за буйки", потому что так когда-то учил его Хайрем, и потому что так полагает правильным он сам. Вместо этого он с горячностью препарирует самого себя, кидаясь в омут собственных желаний и не тормозя у знаков "стоп", потому что, кажется,  только так может удержать на весу до ужаса нестабильный мир, который то и дело шатается и норовит сорваться в тартарары, сметая все подпорки и якоря.
Его лучший порядок - это хаос, и он поддерживает его, как умеет, почти не оставляя себе времени на вдох перед очередным нырком. Только так он способен держаться на плаву.
Только так он может не тонуть.

Маттеус знает эту его бессовестную сущность, видит и не пытается менять, - когда Рэйвон отвечает на его звонок, тяжело дыша и пьяно улыбаясь, едва оторвавшись от очередного партнера на ночь, еще пахнет чужим потом и чадит жаром чужого тела, но тут же забывает о лежащем рядом, срываясь в привычное "привет, я скучал", - это не похоже на нормальные отношения, это вообще ни на что не похоже, но связь по-прежнему предельно натянута между ними, звенит и искрится, проходя прямым током от одного к другому.
Редкие встречи обычно окрашены вечерним сумраком и тенью от плотно задернутых штор. Рэйвон прикрывает глаза, устроив макушку на крепком плече грейворена, лениво затягивается стащенной у него сигаретой - слишком крепкой для его обычного выбора, но самой подходящей для Здесь и Сейчас - перебирает, как четки, все прошедшие дни, выспрашивая у мужчины о каждом, кто касался его во время их разлуки, изогнувшись, игриво обводит контуры шрамов. задерживаясь на тех, что оставил сам.
"Когда я был маленьким, мне нравилось оставлять зарубки на всем, что я видел. Так мне казалось, что я привязываю вещи к себе", - его ладонь неподвижна, и нож вальсообразно вращается над ней, проворачиваемый силой телекинеза.
"Ты знаешь, что я могу точно сказать, сколько у тебя шрамов, просто посмотрев на тебя? Но для этого тебе нужно быть полностью обнаженным, чтобы я все видел",  - холодное лезвие, сверкнув в отсвете заглядывающего в комнату сквозь узкую полоску между гардинами фонаря, подлетает вверх и кружится над их головами, когда он склоняется, чтобы оставить на суховатых губах сновидца очередной клеймящий поцелуй.
"Знаешь, сколько у тебя шрамов теперь?" - смеется, подцепляя кончиком языка жгучие бисеринки крови, медленно выступающие на грубоватой коже.  - "Плюс один!"
Эта встреча не должна добавить новых рубцов, но зарубки в вечности точно оставит.
Потому что это он точно не намерен забывать.

- Сегодня можно перестать скучать, - с мягкой насмешливостью говорит колдун, ласково ероша темные перья. Встрепанный ворн нетерпеливо гарцует на его плече, копаясь клювом в волосах и прихватывая ухо, но Фэйт почти не смотрит на него, с лукавой улыбкой обращая свое внимание на грейворена.
Короткое движение вдоль запястья - и пальцы чуть вздрагивают, поймав искру благодарности, он почти не сдерживает своей восприимчивости рядом с Маттеусом, хотя обычно несколько отгораживается от людей, чтобы их ментальный шум не мешал ему.
- Отлично. Хватит уже стоять столбом, давай начнем этот день, пока он не сделал это за нас! - бодро восклицает юноша, решительно хватая Сёренсена за локоть и разворачивая к выходу из отеля. Его, как обычно, переполняет бурлящая, требующая выхода,  энергия, не позволяющая долго оставаться на месте,  - но в этот раз Матсу удается перехватить ее, направляя в иное русло.
Теплота мозолистой ладони ощущается как самое естественное продолжение собственной кисти, и колдун изящно сплетает их пальцы, позволяя держать себя за руку, хотя обычно, со своей порывистостью, просто убегал вперед или накручивал вокруг степенного сновидца круги.
- Если ты намерен держать меня голодным больше, чем полчаса, то у меня могут быть плохие новости для Валли, - ворон возмущенно каркает, и Фэйт со смехом почесывает его под клювом, показывая, что не всерьез.
Заинтригованный, он позволяет вести себя, ориентируясь на голос Маттеуса и,  пройдя обозначенное число шагов, распахивает глаза с мальчишеской жадностью ребенка, мчащегося к елке с утра на Рождество.
Его любимым подарком в детстве была заводная железная дорога, и это мало что могло перебить.
Но когда он видит новенький сверкающий Харлей, будто выписанный с обложки журнала, у него буквально перехватывает дыхание.
- Ебать! - от восторга он не сдерживается в выражениях, изумленно оглядываясь на Матса и все еще не веря своим глазам. - Ты что, серьезно? Он...мой?
Поймав ответную мягкую улыбку, он издает какой-то безумный вопль, заставивший даже Вальравна вспорхнуть с его плеча от неожиданности, кидается сперва к Сёренсену, пылко обнимая за плечи, а затем бросается к железному коню, вспрыгивая на него с наскока, и восхищенно поглаживая руль.
- Твою ж мать! Ты точно рехнулся! Но это...это... бля, это лучший подарок! [sign]я обещаю вернуться, не взорваться сверхновой, не умереть у них на руках,
не уйти на орбиту на радость арбитрам, раствориться мгновенно
http://s3.uploads.ru/iRE5e.gif http://sa.uploads.ru/dCMsf.gif
в танцах кукол Вуду и остывшем глинтвейне.

(ну что ж ты поверил во все эти сплетни?)

Матс творит магию, брэйкинг ньюс[/sign][icon]http://s7.uploads.ru/O752T.png[/icon]

+1


Вы здесь » Henrietta: altera pars » beyond life and death » before the sunset


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC